Даркнесс
Шрифт:
– Он слышал намного хуже, – Элли вышла из кухни. – Не беспокойся об этом. Мой сын, возможно, мог бы научить тебя некоторым словечкам, которых ты никогда не слышала ранее. Мы не заморачиваемся по поводу случайных оговорок. Оговоркой считается, когда слово употреблено только с другими разрешенными словами, – она указала на Селвэйшна. – Не приводи ей примеров.
Селвэйшн хихикнул.
– Проклятье.
Элли подмигнула ему и встала позади кресла Фьюри. Она наклонилась, доставая подарочную упаковку.
– У нас
Даркнесс пытался скрыть свое удивление.
– Предполагался обмен подарками?
– Нет, – Фьюри посадил Элли на свои колени. – Моя пара просто хотела сделать что-нибудь, чтобы показать, как мы счастливы за вас обоих.
Кэт поднялась на ноги и уселась рядом с Даркнессом на диван.
– Это так мило.
– Ничего серьезного, но это становится здесь чем-то вроде традиции, – Элли наклонилась вперед и подала подарок Даркнессу. – Осторожнее. Хрупкое.
Даркнесс передал его Кэт.
– Посмотри, что внутри, – он боялся, что может повредить подарок, если он хрупкий. Он смотрел ей в лицо, наслаждаясь ее радостью.
Кэт открыла мешок и вытащила стеклянную рамку. Даркнесс наклонился, прижавшись своим телом к меньшему телу Кэт. Он получал удовольствие, прикасаясь к Кэт, и использовал для этого любые причины. В рамке была не фотография, а копия подписанной бумаги о создании пары. Кэт повернула голову и задрала подбородок. Слезы мерцали в ее глазах.
– Смотри, – она держала ее так, как будто это была драгоценность. – Разве это не круто? – она переключила внимание на Элли и Фьюри. – Спасибо!
– Наша висит над кроватью, – Фьюри многозначительно уставился на Даркнесса. – Только приклей ее к стене. Мы на плохом опыте узнали, что она может упасть, если изголовье слишком сильно ударяется о стену.
Элли покраснела.
– Слишком много информации. Они могли бы выяснить это сами без твоего упоминания об этом.
– Я его брат. Это моя работа – помочь ему избежать тех ошибок, которые сделал я, – Фьюри фыркнул. – Мы прошли через три разбитых рамки, прежде чем я убедился, что она больше не упадет, – он кивнул Даркнессу. – Используй суперклей. Просто прилепи ее за всю заднюю часть прямо к стене.
Элли поерзала у него на коленях.
– Я думаю, что жаркое уже готово. Готовы к ужину?
– Тебе нужна помощь? – Кэт поднялась, чтобы последовать за ней, и положила документ в рамке на стол. – Я ужасна в готовке, но я хорошо следую указаниям.
Глаза Элли расширились.
– Хочешь научиться? Я веду уроки в женском общежитии.
– Было бы здорово. Мои занятия будут проходить в баре.
– Чему собираешься учить?
Кэт бросила шаловливый взгляд в сторону Даркнесса.
– По его словам, я должна все время повторять, что все люди – преступники, – она рассмеялась. – О человеческой натуре. Кажется, многим Новым Видам мы любопытны. Я дам несколько советов Службе
– Не все, – напомнил ей Даркнесс. – Самцам лучше следить за тем, что спрашивают.
Кэт выгнулась бровь.
– Никто не собирается со мной флиртовать. Они слишком тебя боятся. Я не рассказываю тебе, как делать твою работу. То же самое относится к тебе, детка.
Элли схватила ее за руку.
– Пойдем со мной. Он собирается начать ворчать. Он предупредил тебя о том, какими собственниками могут быть Виды в паре?
– Нет необходимости. Я быстро схватываю.
Даркнесс пронаблюдал, как самки заходят на кухню. Он посмотрел на рамку, которую Кэт положила на стол. Это было доказательством того, что они с его женщиной делают шаг вперед. Они стали парой и не пользуются презервативами. Она могла забеременеть. Он рассматривал Селвэйшна. Молодой Вид был занят своим конструктором.
– Такая жизнь может скоро стать и твоей, – прошептал Фьюри. – Это потрясающе – иметь пару и ребенка.
Даркнесс уставился на своего брата.
– Я все еще не знаю, буду ли я в этом хорош.
– Делать Кэт счастливой – твой главный приоритет?
– Да, – он мог ответить на это без колебаний и размышлений.
– Ты ее любишь?
Он кивнул.
– Всем своим существом.
Фьюри наклонился вперед.
– У тебя есть семья. Ты никогда больше не будешь одинок. Это же хорошо, не так ли?
Даркнесс вспомнил жизнь до и после Кэт. Он также был благодарен тому, что наконец-то позволил Фьюри войти в его жизнь.
– Да.
– Значит, ты добьешься отличных результатов, – Фьюри встал. – Пошли есть. Ты понимаешь, что это станет регулярным мероприятием, правда? Мы хотим, чтобы вы приходили, по крайней мере, раз в неделю на ужин, а Элли празднует человеческие праздники. Прими это. Я уже принял. Это не так уж плохо, – он подхватил сына с пола и бросил его в Даркнесса. – Лови.
Даркнесс был поражен тем, что мальчик засмеялся. Он обнял его, прижав его к своей груди.
– Ты бросаешься им в людей?
– Он любит это. Я знал, что ты не уронишь его. Скажи ему, Сэл.
Мальчик просиял.
– Я обожаю это, Дядя Даркнесс. Это весело!
Что-то в груди у Даркнесса растаяло. Доверие, которое показал мальчик, то, как он расслабился напротив него, ощущалось правильным. Теперь он больше не был так напуган самой идеей завести своего собственного ребенка.
– Это не так тревожно, да? – Фьюри рассматривал его. – Я вижу это в твоих глазах. Завтра Сэл и я идем в парк. Встреть нас там в семь утра. Тебе потребуется некоторая практика, прежде чем это произойдет. У меня этого не было, – он рассмеялся. – Это нарабатывается, но я собираюсь дать тебе преимущество к тому моменту, когда придет твоя очередь. Что скажешь?