Шрифт:
Chapter 1.
Новый организм или новое тело.
***
— Боже Сэм, ты был прав! Беременная жена — это нечто. Я как будто в аттракционе или в комедийном кино… — говорит парень тихо, а я всё слышу, выйдя из гардеробной. Смотрю на него, сузив глаза. Он закрывает рот и показывает, что больше не скажет ни слова.
Я возвращаюсь в гардеробную и начинаю снова оценивать своё тело.
За прошедшие
У нее живот меньше чем у меня. Мы проверяли размер недавно. Теперь, когда ее мать в тюрьме вместе с бабушкой, то нам никто не мешает общаться, она будто совсем не переживает насчёт этого. Кстати, Ники знает, что мы волшебники, но по долгу дружбы делает вид, что не знает, да и зачем ей спрашивать меня обо всём, когда она тоже волшебница, вампирской сущности у неё уже нет, но дар волшебницы остался же… Маршалу она рассказала о своём секрете, как ни странно, отнёсся к этому вполне нормально. Видимо у вампиров другие правила по поводу их тайны. Я вообще не имею понятия и даже не собираюсь узнавать. Аргону, отцу Николь Рейт, стёрли память и забрали силы, так как он с ними не справлялся. Она всё же рассказала Маршалу о том, что беременна. Парень отреагировал очень хорошо. Сделал ей предложение, и совсем недавно состоялась их свадьба. Я произнесла большой тост, который заставил всех плакать. Чуть зал не затопили.
Всего лишь пожелала Маршалу терпения и дала несколько советов, как нужно выходить сухим из воды и что делать, если твоей жене плохо. Кстати, на этой свадьбе я и рассказала моим друзьям о том, что беременна. Правда, пришлось соврать, чтобы не выдать нашу тайну. Сказала, что я на четвертом месяце, когда на самом деле заканчивается второй. Я уже говорила, что в нашем мире волшебники вынашивают детей всего шесть месяцев, в самом крайнем случае семь?
— Так, Сэм, оцени меня. Я сильно потолстела?
Начинаю вопрошать парня и выхожу к мальчикам в спортивных шортах и топике на грудь. Весь живот у меня полностью голый. Да и чего стесняться. Я же дома.
— Что ты, сестрёнка, совсем нет. Стала ещё краше… — отвечает парень с белыми волосами, а я смотрю на него и улыбаюсь. Подойдя к нему, чтобы поцеловать, я наклоняюсь к щеке, но вместо этого в мой нос ударяет запах его одеколона и меня начинает выворачивать наизнанку. Я надуваю щёки, и бегу в ванную, плотно закрыв рот рукой. Склоняюсь над унитазом и меня снова начинает тошнить. Но на этот раз не желчью, как утром до завтрака, а одуванчиками!
Вы представляете? Жёлтыми одуванчиками! Это совершенно ненормально. Как только мой токсикоз начался, сначала всё было нормально, но потом нечто внутри меня начало вытворять такие штучки. После еды я начинаю отрыгивать, как маленький ребенок, и из меня вылетает серпантин.
— Чем на этот раз? — спрашивает с любопытством Эрик, и я смотрю на него с выражением, будто ничего интересного не происходит.
— Одуванчики. — Коротко отрезаю я и иду одеваться в нашу с Эриком гардеробную.
— Знаешь, мне кажется, у нас все же дочка. Уж слишком сильное у нашего малыша пристрастие к девчачьим мультфильмам и цветам… Но всё может исправиться.
Высказывается парень и смотрит на меня с улыбкой на лице. А я уже не могу больше терпеть этот токсикоз. Чертовски достала эта тошнота и постоянная слабость. В институте уже устали от нашего с Ники постоянного варева в котельных стаканах. Хорошо, что я могу воспользоваться своими стихиями. Бедная рыжеволосая девушка вынуждена таскать с собой целый термопакет с напитками, сделанными дома.
Сейчас у нас каникулы и от нас смогут отдохнуть целых полторы недели. Эрик сказал: раз я беременна, то он ни в коем случае не позволит мне вставать на лыжи. Из-за этого я на него обиделась. Но пока я лежала в больнице, я многое успела прочитать про беременность. И поняла, что переохлаждение ни в коем образе не желательно для малыша. Даже для смертного, что уж говорить о волшебном.
На праздновании Рождества и Нового года мы пригласили Маршала и Ники, они с активностью согласились прилететь в Фины. И снова нам пришлось соврать, когда друг предложил купить билеты одновременно. Я сказала, что мы уже купили и они на более ранний рейс. Именно поэтому сейчас мы собираем чемоданы. Хорошо, что наш домик уже украшен к Новому году и наша семья не будет тратить ещё и на это своё и без того драгоценное время.
— Всё же хорошо, что ты замаскировал подвал в Финах под портал. И я в любой случай могу вызвать Ронду для консультации. Эти изменения в моём теле слишком внезапные. Я толстая! — хнычу я, показывая на свой твёрдый живот.
Эрик решил вернуть свой истинный цвет волос и покрасился в тёмно-каштановый цвет. Муж закрывает чемодан и переходит от нашей кровати ко мне, берёт за руки и ведёт к другому концу. Он кладёт руки на мой живот впервые за два месяца беременности и поглаживающими движениями по свитеру радуется и смотрит на меня, в его глазах заметен огонёк счастья.
— Родная моя, ты самая красивая на всем белом свете. Даже несмотря на то, что это чудо забирает у тебя множество витаминов и наградило авитаминозом. И вообще, я считаю, что беременный живот — самое лучшее украшение для вас, женщин. И я люблю вас двоих, больше всей жизни, —
говорит комплименты мой муж, и тут внезапно в моём животе кто-то сильно пнул внутри. Мои глаза взлетели до небес, что уж говорить о выражении лица мужа. Его рот и глаза словно три планеты. Ещё немного и по размеру были бы похожи. Он аж побледнел.