Дарители

Барышева Мария Александровна

«Мне ни за что не заставить его сыграть моими картами!» — с отчаяньем подумала она. Но назад дороги нет, а Схимник там — и уверен в себе, как никогда, — ничего его не берет! И с остальными уже отношения наладил! Наверняка давно заметил ее, а виду не подает, может, уже составляет очередной план. Еще и развлекаться успевает! К ее страху примешалась глухая досада, и, не закончив танца, Вита вернулась к столику, и тщательно удерживаемая на лице удовлетворенная улыбка ехала перед ней, словно заградительный щит. Она села, ей налили, и она выпила, не почувствовав вкуса. Первоначальная

паника начала отступать, но страх не уменьшался, и за этот короткий отрезок времени Вита так и не поняла, кого боится больше — Схимника, жутковатого Яна, сейчас казавшегося воплощением обаятельного добродушия, или «пацанов», бравших исключительно количеством. Она снова покосилась на далекий столик. Никто не смотрел в ее сторону. Схимник о чем-то говорил со своей девушкой, смеялся, глядя на нее, и казался как никогда обыденным…

…и тень отбрасываю, и, кстати, нравлюсь многим — вот что действительно жутко, да?

Неужели она не заглядывала ему в глаза, не видела, как там пусто, как там холодно… конечно, не видела и не видела, как он спит, как ему снится что-то… но и как он…

Вита посмотрела на свои подрагивающие пальцы с неожиданной яростью. Нужно было начинать, но она никак не могла заставить себя, а время шло, и чем дольше она сидела, тем больше погружалась в какое-то странное покорное отупение. «Все, хватит!» — наконец сказала она себе.

Схимник закурил новую сигарету и посмотрел на Виту поверх головы сидящей у него на коленях девушки, а Вита по-прежнему вела себя совершенно беззаботно и весело, очевидно считая себя в полной безопасности. Он еще не знал, что будет делать дальше, и чувствовал, как все сидящие за столиком наблюдают за ним, особенно Ян, чей взгляд был почти осязаемым.

— Пьет, — сказал он негромко. — Хорошо. Может, ей бутылочку шампанского прислать? — Ян усмехнулся собственной шутке. Схимник отвернулся, поглаживая теплое бедро Юли, потом снова поднял голову и взглянул на далекий столик.

«Посмотри на меня, — мысленно сказал он. — Увидь меня».

И Вита словно услышала — вдруг повернула голову, небрежно обмахнула взглядом зал, скользнув и по их столику, чуть задержавшись на его лице с рассеянным любопытством неузнавания. Потом ее взгляд двинулся дальше и тут же остановился, точно споткнувшись, метнулся назад, и веселая безмятежность на ее лице разбилась вдребезги, ссыпалось, обнажив гримасу дикого ужаса. Несколько секунд они в упор смотрели друг на друга сквозь танцующий свет и танцующих людей, потом выражение ужаса исчезло с лица Виты, а вместо него появилось тупое отчаянье загнанного животного. Она отвернулась и с натянутой лихостью махнула еще одну стопку водки.

— Срисовала, — сказал наблюдательный Дрозд. — Ну, все. Теперь, если совсем дура, то сразу к двери рванет, если еще не совсем — посидит, пойдет напряженная работа ума или чего там у нее.

Но Вита не сделала ни того, ни другого. Она встала, поправила сползшее со спинки стула пальто, а затем уверенной развязной походкой, слегка пританцовывая, направилась точно к их столику, лавируя среди танцующих под медленную музыку пар, а охранники, удерживая дистанцию,

неторопливо двинулись следом.

— Чего это она делает? — удивленно спросил Ян в пространство и посмотрел на Схимника, но тот, судя по его лицу, сам ничего не понимал.

— Слушай, мне это не нравится, — пробормотал Дрозд. Все подобрались, настороженно глядя на приближающуюся девушку.

— Может, девчонки, нам еще потанцевать? — неуверенно предложил Калмык, но Ян покачал головой.

— Нет, ничего, пусть сидят.

— А в чем дело? — спросила блондинка. — Кого вы там высматриваете?

— Знакомая моей жены, — пояснил Дрозд, убрал руку с плеч сидящей рядом с ним девушки и скромно положил ладони на стол. — Похоже, я слегка влип.

Вита подошла к их столику и остановилась возле Схимника. На ее лице снова была безмятежная улыбка и улыбалась она ему.

— Мужчина, можно вас пригласить? — осведомилась она бархатистым голосом. Выражение глаз смотрящего на нее Схимника стало страшным, но она улыбнулась еще шире и чуть склонила голову набок, глядя на него с лукавой нежностью. Все смотрели на нее в упор, и она чувствовала, что еще немного — и сломается, завизжит от ужаса и кинется к двери.

— Чтоб меня!.. — не выдержал Дрозд и тут же начал с преувеличенной тщательностью вытирать губы салфеткой. Юля возмущенно фыркнула.

— Ты что, не видишь, что мужчина занят?! Поищи в другом месте!

— Милая, я же не тебя приглашаю, — с усмешкой сказала Вита, и ее голос слегка зазвенел. — Пусть он сам ответит, не маленький. Разве ты ему жена?

— Ну, смотри, как девушка просит, — произнес Ян с издевкой и улыбнулся Вите. — Нехорошо отказывать.

— Почему меня девушки ни о чем таком не просят? — пробурчал Кабан.

— Ну, что же вы? Я стою, жду, вы сидите, молчите… Не по-джентельменски, — произнесла Вита уже обиженно, кожей чувствуя, как на ней сошлось множество взглядов. — Вы умеете разговаривать? Не бойтесь, я вас не укушу.

Схимник вдруг захохотал и воткнул сигарету в пепельницу.

— Бояться… об этом, как раз, можно и пожалеть!

Все, кроме девушек и Яна, с готовностью подхватили его смех. Схимник ссадил с колен расстроенную и злую девушку, прошептав ей на ухо: «Сейчас вернусь. Успокойся, это просто давняя знакомая, ты что не видишь, что она пьяна в дупель?! Сейчас я ее утихомирю и приду, лады?!» — встал и снял куртку.

— Господа, — сказал он с ухмылкой, — я вас оставлю, сопротивляться не в силах. Ну, пошли, маленькая, коли так просишь.

Схимник обнял Виту за плечи, слегка подвинув ее вперед, перед собой, так, что она полностью оказалась закрыта его спиной, и повел в глубь зала, и они почти сразу же скрылись за танцующими. Дрозд резко повернулся к Яну.

— Зачем отпустил?! Он же смоется!

— Никуда он не денется, — высокомерно ответил Ян и поправил очки. — Да уж, хороший предлог для разговора. Ну-ка, пойдем и мы что ли потанцуем? — он подал руку блондинке, кивнул Дрозду и Калмыку и успокаивающе качнул ладонью сидевшим за соседним столиком, которые напряженно смотрели в их сторону, пытаясь понять, что происходит.