Дарио

Торн Оливия

— Никколо хотел, — закончила я.

— Ага.

— Но почему?

— Наверное, по той же причине, по которой он разрешает Катерине работать только полдня, — сказал Массимо.

— А почему?

— Чтобы Валентино не срывался и не трахал ее при каждом удобном случае. Он делает это только по утрам.

— Боже мой! — воскликнула я.

— Что, твои девственные уши не могут воспринимать правду? — со смехом сказал Валентино. Затем он вдруг стал серьезным и обхватил голову руками. — Мои девственные

уши не выдержат твоих криков, когда вы с Дарио будете вместе.

Я покраснела и спрятала глаза рукой.

Массимо засмеялся, но в то же время отругал Валентино.

— Перестань ее дразнить.

— Боже мой, Боже мой, Боже мой… — пробормотала я, оцепенев от ужаса.

Валентино завыл от смеха.

— Забавно, то же самое ты говоришь Дарио, только громче и выше. О, Боже, о, Боже…

— ХВАТИТ! — закричала я, швырнув в него булочку.

— Не надо кидаться едой, дети, — игриво укорил нас Массимо.

— Да, папа, — сказала я, наполовину шутя, наполовину раздраженно.

— На самом деле мы рады, что ты с ним, — сказал Массимо.

— Может, хватит об этом говорить? — взмолилась я.

— Я говорю в общем смысле. Не в смысле Валентино.

— Что, секс в кухонной кладовке? — спросил Валентино.

Массимо скорчил гримасу.

— Ты занимаешься этим рядом с едой? Да ладно, чувак…

— Пожалуйста, мы можем перестать говорить об этом! — прошептала я.

— Ладно, ладно. Но я рад, что ты здесь, — сказал Массимо. — В доме, я имею в виду.

— Почему?

Массимо улыбнулся.

— Потому что я никогда не видел своего брата таким счастливым.

Глава 29

Я никогда не видел своего брата таким счастливым.

Я думала о словах Массимо, пока мы возвращались к машине.

Часть меня радовалась…

… но часть меня была в замешательстве.

Дарио по-прежнему пугал меня во многих отношениях.

Он также был для меня большой загадкой

Казалось, что половину времени он был зол на меня…

… а вторую половину — как будто одержим.

Я начала думать о второй половине…

И о том, что он сделал со мной тем утром…

Когда Массимо положил руку мне на спину и легонько подтолкнул меня на улице.

— Иди быстрее, — прошептал он.

— Что? — спросила я, вынырнув из своих грез.

Я уже собиралась спросить, почему, когда заметила, что они с Валентино настороженно оглядывались по сторонам.

— Что происходит? — прошептала я.

— Что-то не так, — пробормотал Массимо, оглядевшись по сторонам.

Улица была оживленной, по тротуарам шли пешеходы, но что-то казалось

неправильным.

Это было похоже на картину, где одна вещь была не на своем месте. Вы чувствовали, что что-то не так, но не могли понять, что именно.

— Иди к машине и открой заднюю дверь, — приказал Массимо Валентино.

Валентино побежал в спринтерском темпе.

Возможно, это и побудило наших врагов наконец-то раскрыться.

Как будто они испугались, что их обнаружили.

Двое мужчин на другой стороне улицы выскочили на дорогу с оружием наизготовку.

— ЛОЖИСЬ! — крикнул Массимо, оттолкнув меня за припаркованную машину и достав свой пистолет из-за спины.

С улицы по нам открыли огонь.

БАХ-БАХ-БАХ-БАХ-БАХ!

Стекло разбилось вдребезги.

Машины с визгом остановились.

Люди закричали и побежали в разные стороны.

И Массимо открыл ответный огонь.

БАХ-БАХ-БАХ!

— ЛОЖИСЬ! — крикнул Валентино, стреляя из своего пистолета над нашими головами.

Я посмотрела направо и увидела, что третий человек упал. Пистолет выпал из его руки на тротуар.

Массимо сделал еще один выстрел, чтобы убедиться, что незнакомец мертв, а затем снова повернулся к двум стрелкам на улице.

Он выстрелил в одного.

Второй спрятался за машину.

Массимо поднял меня на ноги и крикнул:

— Беги!

Всю дорогу он стоял между мной и стрелком, прикрывая меня.

В пятидесяти метрах впереди Валентино стрелял в кого-то еще, кого я не могла разглядеть. Он продолжал стрелять, распахнув заднюю дверь Мерседеса и обойдя его со стороны водителя.

Повсюду раздавались выстрелы.

Разбивались стеклянные витрины магазинов.

И вдруг мы оказались у машины.

— САДИСЬ, САДИСЬ! — крикнул Массимо.

Я забралась на заднее сиденье.

Массимо сделал последний выстрел, прежде чем нырнуть за мной и захлопнуть дверь.

Валентино уже сидел на водительском сиденье и заводил двигатель.

Окно рядом со мной разлетелось паутиной трещин, раздалось металлическое пинг-пинг-пинг, когда пули ударили в дверь машины.

Я вскрикнула, но тут же поняла, что стекло осталось целым.

Машина была пуленепробиваемой.

— ВЫТАСКИВАЙ НАС ОТСЮДА! — крикнул Массимо.

Валентино объехал остановившиеся машины и на большой скорости свернул налево.

— Ты в порядке?! — судорожно спросил Массимо.

— Да! — сказала я. Я была в ужасе, но боли нигде не чувствовала.

— Вэл? — спросил Массимо.

— Я в порядке, а ты?

— Меня ранили, — сказал Массимо с гримасой.

Только тогда я увидела кровь на его рубашке под пиджаком.