Дар
Шрифт:
Полчаса спустя, потерявший почти девяносто процентов массы, спускаемый аппарат приземлился у ворот космопорта и, к шоку встречающих вооруженных людей в масках, разлетелся облаком снега.
Наружная оболочка поселения почти сразу же после установки покрылась инеем и сейчас последняя обитель землян выглядела как большой ледяной холм. Только посадочные огни указывали на присутствие жизни.
Две фигурки в сияющих доспехах вошли в открытые двери грузового терминала. Они прошли мимо брошенного в панике оружия, и нескольких стоящих на коленях восставших.
Черт возьми, было приятно. Хотя Рене воспринял это как обычный
Внутри купол напоминал город обычный город, это было абсолютно нерационально с точки зрения использования объема, но зато создавало психологический комфорт для жителей. Стандартные безликие пяти- восьмиэтажные коробки жилых и производственных модулей были разделены узкими проходами. Более широкие улочки, предназначенные для движения электрокаров, формировали кварталы.
Главный проход купола перегораживала баррикада. Почти все защитники, уже разбежались, лишь один оставшийся открыл огонь и маломощного гражданского пистолета. Тупоносые пули завязли в ледяном щите. Увидев, как на него двигаются неуязвимые фигуры повстанец бросил оружие и прижался спиной к стене зажмурив глаза. Рене и Коги просто прошли мимо.
Волна воды ударила в преграду на пути и расчистила проход.
На центральной площади, у опорной колонны, они встретили первое и последнее сопротивление. Стрелки на крыше центра жизнеобеспечения открыли огонь из гауссвинтовок. Тяжелые металлические болты были способны пробить насквозь несколько сантиметров металла. Горбовский только в последний момент успел дернуть Коти назад и спас этим ему жизнь. Такой удар даже зачарованный лед выдержать не мог.
Преждевременно выдав свою позицию, мятежники совершили ошибку. Рене напрягся и туман накрыл крышу здания, делая стрелковое оружие бесполезным. После этого он сформировал крылья и с мечом в руке бросился во мглу. Ему она не мешала. Колдовать на Земле было на порядок проще чем дома, отметил Коти. Неиспользованная магия наполняла планету. Но несмотря на это, до Жанны ему было далеко.
Пока коммандант очищал крышу, Горбовский зашел через главный вход. Дрожащего полковника он обнаружил под столом в диспетчерской. Коги выволок его за шкирку из здания как котенка. Высадившийся вслед за ним взвод десантников уже оцепил площадь. В проходах толпились жители. Рядом с ним приземлился и сложил за спиной крылья Рене.
– Мне казнить его сейчас, Коги?
– Не стоит. Будем судить. Заодно судебную систему протестируем...
Покидать сцену пришлось менее пафосно. Подняться на орбиту силой магии Коги не мог. Пока не мог, поправил он себя.
Эти воспоминания были приятны. Горбовский даже несколько жалел, что на обратном пути никто не пал еще раз на колени.
В сейфе краеугольный камень с руной Манназ тогда рассекла тонкая, не толще волоса, трещина...
И, наконец, в- третьих. Основная проблема была в Якобе. Насколько он был сумасшедшим? Артур очень не вовремя заткнул ему рот. Или наоборот, вовремя для себя? И от Ингрид, и от Рене он уже слышал про концепцию самозарождения бога. Если бы он сам не видел в режиме симуляции, как сила Шторма вся без остатка ушла на сотворения котенка, он бы подумал, что Артур... Крайне неприятная
Простая идея зайти в меню Мира и выбрать пункт "осмотреть персонаж", чтобы увидеть класс, уровень и достижения, ему в голову не пришла... Коги все время проводил в аркадном режиме управления.
Цитадель Хэйхе строилась как форпост гномийской цивилизации еще до войны с богами. Она смотрелась совсем неэстетично. Серые стены многометровой толщины из гранита сплавленного магией огня и начертания были рассчитаны на то чтобы выдержать взрыв рунной бомбы или удар божественной молнии. Ее бастионы и вырытые на склонах, ведущих к стенам, и эскарпы готовились в расчете на применение противником бронетехники и эльфийских бестий. Ничего удивительно в том, что несколько батальонов клана Лиса не пытались штурмовать эту твердыню. Даже имей они в своем распоряжении магов земли, атакующие вряд ли бы достигли бы успеха. Стационарные негаторы магии до сих пор сохраняли остатки заряда.
Три дня, пока они шли по лесу, Жанна размышляла над решением присоединиться ли ей к старейшему из магистров в охоте на люфтфервальтенда. Геомант достаточно благосклонно отвечал не ее намеки, но однозначно сказал, что сотрудничество он, до подписания мирного договора между странами, обсуждать не будет. Опыт и связи Тайскринна были отличным подспорьем в поисках. Сама бы Жанна скорее всего не справилась бы.
Как поступить при обнаружении владеющего мадемуазель Арк-ан-Сьель, пока не знала. Она не испытывала такой же фанатичной ненависти к магам воздуха как Сергей Семенович, но этот был явно опасен. А посему нуждался в изучении. В идеале, конечно, его надо было переманить на сторону Республики.
Любой из консулов бы на ее месте придерживался бы совершенно других взглядов. У них и так хватало внешнеполитических проблем, не хватало еще окончательно превратиться в "Республику зла" за укрывательство люфтфервальтенда...
До Хэйхе оставалось еще пара часов пути, когда шифу упала и не смогла больше встать.
– Тайскринн, что с ней?
– Трикс был не на шутку встревожен.
– Не знаю... у нее жар.
– геомант водил руками над Вейки. Он попытался передать шифу часть своих сил, но в отличии от случая с Ингрид, это не помогло. Болезнь гномы не была магической. Лёгкая простуда за три дня переросла в двустороннюю пневмонию.
Жанна скептически смотрела на происходящее.
– Тайскринн, если бы вы прочитали труды ваятеля плоти Спасокукоцкого и повелителя вод Пастера, то вы бы знали ответ.
– Радужная презрительно поджала губы.
– Будь у меня сейчас была магия...
– Даже и не мечтай сбежать, ведьма ледяная!
– зашипел Трикс.
– Дурачки. Вы ее убьете.
– Жанна повернулась к ним спиной и двинулась дальше по тропе в направлении крепости. Тайскринн попробовал поставить Вейки на ноги, но идти она совсем не могла. Последние несколько километров он нес ее горячее как печка тело на руках.