Дар
Шрифт:
— Прошло чуть больше суток. Думаю, вам надо поесть, чтобы восстановиться окончательно. Сейчас принесу, — она плавно поднялась, спокойно повернулась ко мне спиной, собираясь выйти.
Не опасается. Знает, что мой признанный долг не позволит причинить ей вреда. Любопытство разгорается костром. Духи гор, такие встречи на дорогах не бывают случайными. Тем более сейчас, когда все идет наперекосяк. Этот бесов плат, так и тянет сорвать с ее головы. Хотя так даже интереснее. Думаю, ещё будет и время и возможность.
Илия возвращается, неся на большом листе лопуха зажаренные куски заячьей тушки, ещё горячие и одуряюще пахнувшие.
— Пришлось рискнуть и разжечь огонь. Мясо вам сейчас необходимо, а смотреть, как вы едите во второй ипостаси, уж простите, желания нет, — при последних словах ее взгляд был очень внимательным. Да, девочка, похоже ты слишком умна. Не прямой вопрос, но намек.
— Мне почему-то кажется, что вас бы это не испугало, Илия. Только вы мне не ответили. Так чем я могу вам отплатить за мою жизнь? — я не выдержал и потянулся к еде. Организм требовал восполнить потери, а мясо пахло, дразня и заполняя рот слюной. Первый же отправленный в рот кусок хотелось проглотить почти не жуя. Только остатки воспитания не позволили вести себя, как настоящее животное. С трудом взял себя в руки. И словил насмешливый взгляд серых глаз.
Илия отсела подальше и отвернулась, делая вид, что что-то ищет в своей суме, а на самом деле, чтобы дать мне спокойно утолить голод.
Бесова природа! Подавлять инстинкты сложно, особенно когда ты ослаблен ранами или болен. Второе случается с нами крайне редко.
— Это зависит от того куда лежит ваш путь, вер, — я почти забыл о чем шла речь. Так увлекся. А теперь подступала долгожданная сытость и тело напоминало, что у него есть и другие потребности. Но, включив мозг, я ответил осторожно.
— Моя дорога лежит на север, — я не уточнял, что должен увидеть брата, прежде чем отправиться в сторону дома. Именно по дороге в Талму, где пока еще находится часть воинов стаи, которых возглавляет Ренар, мы и повстречались с наемниками.
— Тогда я была бы не прочь пойти с вами, пока наши пути не разойдутся. Мой ведет меня в Лемерье.
Я бросил на девушку удивленный взгляд. Лемерье — это на границе с Иллирийскими горами. Дальше только Белозерье — владения лесного народа. Но, те давно к себе никого не пускают. Древние, в отличие от вардов людей сторонятся. Что она забыла в этом оставленном всеми богами приграничном поселении? Только слово дано, а значит…
— Илия, я могу вас нанять в свою охрану. Мои люди мертвы и я вполне могу выдать вас за телохранителя, как верейскую наемницу, — то, что девушка не хотела привлекать к себе внимания, а может и бежала от каких-то проблем было очевидно.
— Договорились, вер Витар! А в моей способности выполнять эту работу можете не сомневаться. И если мы благополучно доберемся до Лемерья, можете считать, что выполнили свой долг передо мной, — и она протянула узкую ладонь в знак заключения договора.
Я коснулся протянутой руки, не сильно пожимая и снова поймал себя на сильнейшем желании сорвать с нее этот идиотский плат. И этот порыв был настолько ярким, до зуда в кончиках пальцев, что захотелось тряхнуть головой. Почему-то был уверен, что Илия очень красива. Ну не могут такие глаза быть у … О, Праматерь! Наваждение или игры старого горного духа Тырге! Да нет, тут в человеческом мире говорят о бесах, что соблазняют и путают мысли. Какая разница, как она выглядит? Она тебе жизнь спасла и кто знает,
Где-то глубоко внутри почувствовал слабый отклик своего зверя. Застыл в неверии. Нет. Тишина. Значит показалось.
Раздосадовано медленно поднимаюсь и двигаюсь из нашего приюта, провожаемый изучающими меня глазами.
За хвойным пологом был в разгаре весенний солнечный день. Меня встретил лес и берег реки, запах которой я почувствовал буквально только придя в себя. Вода манила, обещая смыть следы боли и душевного раздрая. Возле самого берега паслись расседланные и стреноженные кони. Седла и сбруи лежали аккуратно сложенными возле уже потушенного костра. Мой меч я обнаружил тут же. Умничка Илия. Быстро нашел в седельной сумке запасную одежду и не долго думая спустился к воде.
Скинув сапоги и пропитанные кровью и потом вещи, не раздумывая нырнул в ледяную воду.
Кто сказал что дети Праматери Кошки боятся воды? Наглая ложь! Даже такой ледяной. Я с детства мог купаться под водопадами, что брали своё начало с ледников.
О, духи гор, как же хорошо быть живым!
И чувствовать на себе чей-то скользящий по обнаженному телу взгляд. Вот же бесовка! Хотя ведь чисто женского интереса я не наблюдал. Даже обидно как-то. Ухмыльнулся сам себе. Совсем одичал в этом походе.
Не поворачиваюсь. Пусть смотрит, раз не налюбовалась, пока я валялся без сознания. Осторожная девочка, только уж больно любопытная. Впрочем, не была бы такой, может и не полезла бы спасать незнакомца.
Но я тебя чувствую. Я же все-таки Зверь, хоть и потерявший свою вторую ипостась.
Глава 3
В сторону Талмы
И кто поедет в край, забытый богом,
Где спит закон, где грабят по дорогам?
Саади
Градария
Илия
«И правильно, не поворачивайся! Вода ледяная, так что вид сзади интереснее!»- моё ехидство просто жаждало выдать что-то подобное одному весьма самодовольному варду.
Единственная причина, по которой я смотрела на поигрывающего мускулами обнаженного мужчину, это тревога за его состояние. Если этот двуипостасный решил, что за сутки полностью оправился от едва не угробивших его ран, то у меня на сей счет были сомнения. Хотя, что уж врать-то себе самой, хорош, поганец! А с мужской анатомией я знакома, не засмущаюсь. Правда, больше в теории, если не считать умения и знания куда бить.
— Вер Витар, я вижу, что вы достаточно поправились, чтобы удержаться в седле. Оставаться здесь дольше нет смысла, вы не находите? — произнесла я как можно равнодушнее, стоя в пол оборота к воде.
Вард совершенно невозмутимо повернулся и пожав плечами ответил:
— Сам хотел вам это предложить, Илия. Если зададим достаточно быстрый темп, то к ночи окажемся в селении Минки. А значит будет и сытный ужин и постель, — последнее слово прозвучало как-то…мечтательно. Бесов кошак! О том, что Звери большие любители именно этого предмета мебели и отнюдь не только для сна, ходили целые легенды. Ну-ну, мне-то что? Пусть себе грезит. Да и девок в селах полно, лишь бы мне не мешал.