Дар
Шрифт:
Святая Амина-целительница, где мой мозг? Ведь я же уже поняла, что у Витара проблемы с его второй сущностью. Конечно же он не лучший претендент на власть. Но, тогда зачем его пытаться убить, если все так однозначно?
Вер резко дал шпоры вороному и мы обогнав остальных влетели в открытые ворота большого темного здания. Похоже это был постоялый двор. Мне помогли слезть с коня, которого Витар повел к коновязи. Следом подтягивались остальные спутники. Где-то забрехали собаки, а в окне вспыхнул огонек свечи и вскоре скрипнула дверь.
— Илия, я все же вынужден настоять на том, чтобы вы дождались нас здесь. Я оставлю с
— Вер, вы не понимаете, — сказала я очень тихо. — Я смогу сказать что там за маги и точно определю где инициировали их Дар. Будет ясно, частная это инициатива или Верховный прелат тут замешан. Поверьте, существуют две школы, с разными подходами к развитию способностей. Даже аристократы обязаны учиться в Храме, а после минимум год нести службу. Только для воинов-храмовников одно обучение, а тех, кто остается потом в миру учат иначе. Не мне вам говорить, что допросить магов почти невозможно, они либо будут молчать, либо умрут. А от простых вояк толк вряд ли будет. Не думаю, что им известно что-либо важное. Или вам не нужна информация?
Витар окинул меня долгим взглядом.
— А ещё вам бы хотелось понять, не ищут ли эти люди еще и вас? Ведь так?
— Одно другому не мешает, вер. А меня с Мелетией теперь почти ничего не связывает, поэтому я готова вам помочь, — над входом толстый коротышка разжег огонь в фонаре и я достала свою карту, пытаясь понять где же мы.
— Это здесь, — Витар указал место нашего нахождения. — До Минков можно добраться и по вот этой тропе. Будет быстрее, но менее комфортно. Сюда ехать по ней не было смысла. Все равно наши люди не успели бы добраться. Судя по всему у нас до их прибытия минимум час. Надо успеть отдохнуть. Лошадей сменных пригонят. Хотя, полагаю, большинство пойдут во второй ипостаси. Оставят лишь лучников и ещё пару магов защиты. Оставлять вооруженный отряд у себя в тылу просто недальновидно. Если они сейчас не рванут в леса, им конец. В противном случае, может кого и сумеем отловить. Все же мы быстрее.
Витар устало опирался о коновязь возле входа. Из большого деревянного дома выскочила пара мальчишек и суетились возле лошадей отрабатывая мелкие монетки. Хозяин беспрерывно кланяясь зазывал важных господ на отдых. В доме уже царила суета. Слышались крики, задымили трубы, а значит скоро будет горячая еда.
О, Древняя, конечно мне не хотелось никуда снова ехать, но внутреннее чутье тянуло на эти сомнительные подвиги. И я заставила свое тело двигаться вперед. Сейчас краткий отдых и вардам от меня не отвертеться.
В помещении уже расставили новые свечи на подвесном круге люстры, но этот свет не разгонял тьму, что для меня было только на руку. Витар предложил пройти к столику в самом углу и приказал подать горячей еды. Сам же сел возле стены и откинувшись на спинку закрыл глаза.
Грудастая сонная девица вскоре вынырнула откуда-то из недр кухни — судя по исходившим оттуда запахам еды — неся поднос с горячей мясной похлебкой и нарезанным хлебом. Она извинилась, что пища вчерашняя, но никто и не думал привередничать. Подавальщица кидала заинтересованные взгляды на Витара, да и на других вардов. Ведь и вправду посмотреть было на что. Я понимала, с чего об этих оборотнях ходит столько скабрезных историй — они все определенно могли дать фору любому из человеческих мужчин. И, разумеется, пользовались вниманием у противоположного пола, отчего давно завоевали
Вер Витар поел быстро и просто задремал прямо за столом. Я же постаралась скрыться в самую тень и сдвинув низ плата получала удовольствие от горячего мясного варева. Великий Отец, я уже забыла, как это нормально есть. Дорога совсем меня измотала, ведь голодать мне никогда не приходилось, хоть и изнеженностью я не страдала. Когда мой желудок наполнился и по всему телу распространилось благодатная сытость, я блаженно потянулась и откинулась на спинку. И встретилась с довольным взглядом вера Ренара. Нет, этот вер определенно умеет подкрадываться вообще без единого шороха.
Губы варда растянулись, а глаза блеснули и он произнес нахально подмигнув.
— Я всегда бываю прав, тана! Такую красоту, конечно же, лучше прятать! Особенно от моих молодцов. И если Витар не идиот, то я бы вас и на шаг от себя не отпустил.
— Ты кажется забыл известную пословицу, Рен. От любопытства кошка сдохла, — голос Витара прозвучал неожиданно. Первый наследник невозмутимо встретился с братом глазами и уже другим тоном сказал, — Мои люди прибыли, выдвигаемся. Тана Илия остается?
— Нет, она едет со мной и ей нужна свежая лошадь.
— Хорошо, только пусть будет всегда за твоей спиной. Мы в любом случае уйдем вперед, — вард отвесил мне вежливый поклон, приложив руку ко лбу и ушел к своим людям.
Тень от свечи бьется на лице, причудливо высвечивая старый шрам, который в этом танце света выглядит ещё ярче. Это точно след от магии, другая рана исчезла бы у варда без следа. Витар поворачивается ко мне, его голос звучит как-то виновато.
— Я люблю своего брата, но порой он просто невыносим, — Вер с печальным вздохом проводил глазами крепкую фигуру. Нет, судя по поведению он точно старше Ренара. Ладно, храни этих Иссольских их Праматерь, а меня все прочие святые, Всеотец и Древняя, уже от них самих!
Я поднялась. Снова дорога. Опять впереди опасность. Но, все же это лучше, чем то ровное болото в котором я барахталась целых восемь лет. Да, я впитывала знания, как губка из Галлийского залива воду, но жила лишь ощущением ненастоящей жизни и вечным ожиданием возможности уйти. А ещё притворство. Бесконечное, выматывающее, заставляющее быть в напряжении сутки напролет. Порой мне казалось, что от меня прежней уже ничего не осталось. Но, со мной была память о прошлом, те воспоминания о нормальной жизни, об отце, сестре и о детстве в приморском поместье. Воспоминания, которые у других безжалостно отобрали! И именно они делали меня живой, той кем я являюсь на самом деле, не позволяя сдаться.
Глава 7
Минки
Благодеяния приятны только тогда, когда знаешь, что можешь за них отплатить; когда же они непомерны, то вместо благодарности воздаешь за них ненавистью.
Если ты подчиняешься обычаям, утратившим в твоих глазах смысл, ты поступаешь неверно, прежде всего потому, что тем самым впустую растрачиваешь отпущенные тебе силы.