Дар Зен

Шамраев Алесандр Юрьевич

– Нет мой лорд, ещё весь пограничный корпус верит в выздоровление своего командира и каждый день с разных застав сюда прибывают посетители....

В это время я открыл глаза...

Новость о том что я пришел в себя, владыка Дар приказал хранить в строжайшей тайне. А для того, что бы ограничить доступ любопытных к храму забвения, у его ворот была выставлена дополнительная стража. Ко мне перестали пускать "посетителей"

Поправлялся я очень медленно, а ещё медленнее у меня восстанавливалась память. Со мной занимался лорд Мих. И не только как придворный медик, но и как высокообразованный ученый, вторым моим учителем был мой Дэн. Старина Дэн, что учил меня с малых лет всем премудростям воинского искусства, умению читать следы, охотиться на зверье и птиц, ведь как младший сын властителя, я должен был в 20 лет возглавить пограничный

корпус, и я его возглавил. Это я почему то помнил отчетливо.

Кроме того и лорд Мих и Дэн ежедневно пичкали меня всевозможными дворцовыми сплетнями, терпеливо отвечая на мои вопросы, многие из которых начинались- "а почему" и "зачем".

Учиться предстояло с самого начала. Я не умел ни читать, ни писать, я не знал истории государства, его устройства, соседей, друзей и врагов. Я не знал практически ничего. Но вот что странно, стоило мне узнать например про что то, что я знал раньше, как память ко мне постепенно возвращалась.

В нашем королевстве правил мой отец владыка или властелин Дар. И не важно как его звали до восшествия на престол, как только он стал владыкой, так сразу стал зваться Дар. У меня есть старший брат Дар Кол, женатый на леди Нате, которой все приписывают попытку убить меня, для того, что бы расчистить путь к престолу своему сыну. Сейчас она находится в изгнании у своего отца. Раз в месяц мой брат демонстративно посещает свою жену, которую все таки лишили титула принцессы и приставки Дар, что означает члена королевской семьи. Леди Таню, за которой я якобы ухаживал, от двора не отлучили, но из списков ближней свиты вычеркнули.

Дэн по старинке учил меня сидеть в седле, владеть спатой, читать следы и предугадывать погоду. Я вспомнил, что в королевстве культ двух богов - верховного бога Рух и его жены богини Веды. Причем жрицы богини предсказывали будущее и могли заглянуть в прошлое. Главной жрицей в храме Веды была моя мать, Дар Соня, которая лет семь назад дала обет и свято его теперь выполняет. Судя по тому, что владыка Дар принял такие жестокие меры по отношению к леди Нате, ведуньи все таки докопались до истины...

У меня уже не кружилась голова, когда я резко вставал. Я стал уверенно передвигаться, ко мне постепенно возвращалась моя ловкость, сила и выносливость. Изредка со мной беседовал владыка Дар, который по прежнему держал в тайне мое выздоровление. И с его слов, при дворе уже почти забыли о моем существовании.

В одну из нечастых наших встреч, когда и лорд Мих и Дэн заверили властелина о том, что я почти полностью и окончательно здоров и дело осталось за малым, просто восстановить свои навыки и умения путем тренировок и занятий, мой отец посоветовал мне на пару месяцев отправиться в пограничный корпус и там с пользой провести время.

Я думаю, что не стоит говорить о том, что совет владыки - это приказ, который должен быть выполнен. Через пару дней, горячо поблагодарив лорда Мих и старину Дэна за заботу, я в тайне отправился к своим любимым погранцам.

О пограничном корпусе следует сказать особо. Это лучшая и самая боеспособная часть нашей армии. Служить, или быть приписанным к корпусу считается высокой честью. Пограничники имеют свою особую форму. Брюки, френч и даже сапоги - песчаного цвета, под цвет пустыни, где они служат. Даже доспехи и те имеют точно такой же цвет. Кстати погранцы не любят носить доспехи из за того, что под палящими лучами солнца они накаляются до высоких температур и по этому одевают их только перед самой схваткой с контрабандистами, детьми бури или странниками пустыни. А вот при дворе пограничники любят щеголять в своих доспехах. И ещё, в разговорах между собой они называют друг друга погранцами, на всех остальных смотрят свысока, любят погулять и повеселиться. Как правило в пограничники идут младшие сыновья лордов или те, кому по каким то причинам доступ ко двору владыки или его свиту затруднен. Многие идут в корпус пограничной стражи для того, что бы потом подыскать себе приличную партию для женитьбы. В общем принцип пограничников - Один за всех и все за одного,- применяется как в схватках так и в повседневной жизни. Как сказал лорд Карац, который является моим первым заместителем, а по существу командует корпусом: - Бывших пограничников не бывает. Уж если ты прошел обязательный трехлетний испытательный срок, то в тебе есть стержень и теперь до самого своего ухода из этой жизни ты так и останешься погранцом.

Вот к этим то парням я и направлялся. Да, надо

особо ещё отметить, что рядовые пограничники, выслужившие установленный срок - 25 лет в корпусе, получали приличную пенсию от короны, а особо отличившиеся становились людьми потомственного благородного происхождения.

В штаб корпуса я специально прибыл поздно вечером, когда уже всякая служебная деятельность в нем закончилась и бездельем мучились только дежурная сотня, да несколько дежурных смен, так что мой приезд остался "практически незамеченным". Часовые на входе в крепость быстро доложили кому следует о моем появлении, так что у моих покоев меня уже встречала "небольшая" группа пограничников, человек этак двести - двести пятьдесят. Рев, которым меня приветствовали, мог разбудить даже мертвых. Лорд Карац лично взял моего коня под уздцы и помог покинуть седло.

– Я знал Зен, что тебя так просто не возьмешь и старуха Мора ещё долго будет ждать такого молодца в своем подземном царстве. А ну ка кто нибудь из дежурной смены распорядитесь, что бы накрыли столы в большом зале, это дело надо как следует отметить. Через час всех свободных от службы ждем в главном зале...

В моих покоях, которые ни капли не изменились с тех пор, как я их покинул, лорд быстро ввел меня в курс дела. Теперь мне стала понятна причина по которой владыка Дар отправил меня в корпус. У пограничников зрело недовольство, что до сих пор не были объявлены результаты официального разбирательства покушения на меня и виновные не были казнены. Некоторые горячие головы призывали войти в храм Веды и потребовать от ведуний отчета, а потом самим покарать убийц, не зависимо от званий, постов и положения при дворе. А учитывая, что погранцы - это десятитысячный корпус головорезов, которые проводят постоянные стычки и схватки и ладно если бы только с контрабандистами, а то ведь и с детьми бурь и странниками пустыни, то сила эта внушительная, имеющая богатый боевой опыт и не считаться с ней было нельзя.

Пока лорд Карац вводил меня в курс дел, я переоделся в свою любимую форму. Слева на поясе привычно заняла свое место спата, а справа лучемет. Моя спата несколько отличалась от общепринятых на вооружение в корпусе. Нет, конечно ширина клинка была в норме и составляла 4 - 5 сантиметров, но вот длинна была чуть больше чем у обычных. К тому же на рукояти моей спаты была петля, которая не позволяла выронить клинок во время схватки, хотя у седла с правой стороны, всегда была приторочена запасная. Да и лучемет у меня был именной. Пользоваться им мог только я и никто другой. Вообще то лучеметов с каждым годом становилось все меньше и меньше. Мастерство их изготовления, так же как и тайна принципа их действия давно были утеряны ещё в древние времена, мастеров, которые могли бы из ремонтировать - не было, так что на весь корпус осталось не более пары сотен этого дивного оружия. Лучемет стрелял лучами света, которые прожигали любую броню и доспехи насквозь. Нам было известно, что его заряд составляет пятьдесят выстрелов, если стрелять ночью и неограниченное количество - днем, так как он подзаряжался от солнечных лучей и даже в пасмурную погоду.

Было очень приятно вновь окунуться в знакомую обстановку одной большой семьи, увидеть радостные лица своих боевых товарищей и друзей. Застолье продолжалось почти до самого утра, а потом после небольшого перерыва для утреннего развода дежурных смен и сотен, продолжилось. Весть о том, что я в главной квартире корпуса быстро разнеслась по заставам и уже к обеду первые вестники прибыли, что бы собственными глазами убедиться, что я жив и здоров.

А потом наступили будни. После длительного перерыва связанного с болезнью, я вновь объезжал заставы, участвовал в засадах, задержаниях и стычках. Правда теперь вместо моих телохранителей меня охраняли сами пограничники. Лорд Карац выделил десяток самых лихих и опытных рубак и они никуда меня не отпускали одного. По моему, даже когда я ходил в отхожее место,- два или три присматривали за мной.

Я много и усилено тренировался со спатой, совершал длительные конные прогулки, участвовал в скачках. К концу третьего месяца я наконец то почувствовал себя в той форме, что и должна быть у начальника пограничного корпуса. Я сбросил лишний жир, загорел, окреп. Головные боли больше не беспокоили меня, а обруч на голове стал привычным и необходимым аксессуаром моей одежды. Тем более, что многие погранцы, подражая мне стали носить не обруч на лбу, а специальные налобные повязки, которые к тому же предохраняли глаза от пота...