Дар любви
Шрифт:
— А что слышно о Коултере?
— Он все еще в больнице с тяжелым сотрясением мозга. Уайт говорит, что мистер Коултер большую часть времени проводит, рассказывая тем, кто готов его слушать, как вы вломились в его комнату, разыскивая свою жену, а когда она заявила, что не хочет уходить с вами, применили силу. По его словам, Роза пыталась ему помочь, но вы ее застрелили. А когда попытались вмешаться друзья мистера Коултера, вы застрелили и их.
— Проклятье, — пробормотал Крид и почувствовал со стороны Энни осуждение. — Извините меня, мэм.
— Я
— Все было совсем не так. Но, послушайте, Энни, мне позарез нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня.
— Если смогу.
— Я хочу попросить вас отправить телеграмму судье Пэкстону. В ней надо указать, что я получил подписанные показания от свидетеля, присутствовавшего при перестрелке в Гаррисоне. Сообщите ему, что я здесь и что мне нужна помощь.
— Это я смогу сделать.
— Будьте благословенны, Энни, — сказал Крид, но от охватившего его чувства благодарности его голос прозвучал грубовато. — Простите, что я вам соврал, но…— Крид пожал плечами.
— Но вы подумали, что я не сдам комнату человеку который находится в розыске, — прямо сказала Энни Росс. — Возможно, вы были правы.
— Вы очень хорошая женщина, Энни.
— Не заговаривайте мне зубы красивыми словами, Крид Мэддиган. Что вы хотите, чтобы я передала Джесси?
— Просто скажите ей, что я…— Крид сглотнул. Ему было трудно передать Джесси свои чувства обычными словами, а тем более через Энни Росс.
— Я передам, — сказала Энни Росс, глядя на него полными понимания и сочувствия глазами. — Может быть, вам что-нибудь принести?
— Был бы вам весьма признателен за смену белья и бритву. — Крид улыбнулся ей. — Ну еще, может быть, пирог с напильником внутри.
Энни Росс с удовольствием рассмеялась.
— Я попробую что-нибудь сделать. И не беспокойтесь понапрасну, слышите? Все будет в полном порядке.
Крид кивнул в знак согласия, но в глубине души он все же опасался, что все надежды окажутся напрасными.
Прошло девять дней. Он коротал время, вышагивая из угла в угол с упорством помешанного. Желание обнять Джесси, убедиться в том, что она здорова, терзало его и угнетало сверх всякой меры. А его дочурка— ей ведь исполнилось уже девять дней, а он так и не подержал ее на руках, а видел лишь однажды, да и то очень мало.
Он остановился и, прижавшись лбом к толстым и холодным прутьям решетки, зажмурился и глубоко вздохнул.
«Помоги мне, Вакан Танка, помоги мне найти точку опоры, чтобы стать частью великого круга жизни. Даруй мне мир, к которому я стремлюсь».
—Джесси…— Он прошептал дорогое имя, а открыв глаза, увидел ту, о которой грезил.
— Крид, прости меня. Я бы пришла раньше, если б смогла.
— Джесси! — Он протянул руки сквозь прутья и обхватил ее, нежно притягивая к себе. — Ох, девочка ты и представить себе не можешь, как я рад тебя видеть!
Она целовала его, обвив шею руками и стремясь к нему и душой и телом.
— Крид…—
— Где наша малышка?
— С ней Энни.
— Как она?
— Она превосходно себя чувствует, Крид. У нее твои глаза. В следующий раз я ее непременно принесу
— Нет! — он покачал головой. — Я не хочу, чтобы она бывала здесь, Джесси.
— С тобой все в порядке? — Она слегка отодвинулась, чтобы получше его разглядеть.
— Я хорошо себя чувствую, когда ты со мною. Как ты сама? Как твое плечо?
— Получше. Не надо за меня волноваться, Крид. Со мной все будет хорошо. Плечо немного побаливает и я быстро утомляюсь. Но в целом все хорошо.
Она прижалась к его лицу и закрыла глаза. Ей было так хорошо в его объятиях, так приятно было слышать его голос.
— Что мы будем делать? Я знаю, как ты ненавидишь сидеть взаперти.
— Энни уже отправила телеграмму Пэкстону?
Джесси кивнула.
— Он прислал короткий ответ, где сообщил, что изучит это дело. Прошло уже пять дней, но пока никаких новостей. — Она откинула голову и посмотрела на него. — А что будет, если они отправят тебя назад в Гаррисон?
— Не знаю. Наверное, очередное заседание суда. Даже если они признают меня невиновным в убийстве, мне придется отсидеть срок за побег из тюрьмы Кэнон-сити.
— Но если тебя признают невиновным, это уже не будет иметь большого значения.
— Черт возьми, хотелось бы надеяться, что ты права. Но нет смысла беспокоиться о том, что будет там, пока мы не разберемся с грязью, которую заварил Коултер здесь, и пока не выведем его на чистую воду. Джесси кивнула. Она уже пыталась выспросить у щерифа, что же все-таки происходит, но он уклонился от прямого ответа, сказав только, что «изучит дело».
— Тебе пора идти, любимая, — сказал Крид, — ты выглядишь утомленной.
— Не хочу уходить, еще немного.
— Я тоже не хочу, чтобы ты уходила, но…
Джесси прижалась к его губам и почувствовала быстрый ответный поцелуй. Она не ощущала решетки, впившейся в ее полные молока груди и саднящую боль в плече. Ей было просто необходимо почувствовать прикосновение и силу его рук, чтобы по-прежнему быть уверенной в его любви. Она подавляла в себе желание расплакаться, чтобы излить свои страхи, и ужасно боялась, что люди не поверят в заявление Розы, что Коултер найдет способ убедить присяжных в том, что это Крид убил ее сестру и тех двоих.
Она стряхнула слезы с ресниц, стараясь не показывать своего беспокойства. Но что-либо скрыть от него было невозможно. Она чувствовала это по его объятиям, слышала в нежных словах, которые он шептал ей на ушко.
Крид оторвался от нее с шутливой улыбкой и указал на грудь. Взглянув вниз, Джесси увидела на корсаже влажное пятно.
— Пришло время кормления, — нежно прошептала она.
— Тогда тебе тем более пора. Поцелуй за меня дочурку.
— Обязательно.
Он крепко обнял ее и с неохотой выпустил из объятий.