Дар Грани

Александрова Марина

«Я верю в любовь, потому спеши увидеть, как солнце золотит ровную гладь озера Ома. Так рождается любовь между небом и землей, когда одно растворяется в другом…»

Дрэй перечитал послание еще несколько раз, прежде чем окончательно понял, что кроме слова «Ома» смысла он здесь не видит, как ни старайся.

– Значит, Ома, – одними губами пробормотал он.

Возможно, он бы проигнорировал послание, оставленное ему эльфийкой, но он видел эту девушку прежде рядом с Марой. Как ему тогда показалось, между ними были довольно дружеские отношения.

Но было и еще кое-что. Знакомое чувство верно принятого решения поселилось где-то глубоко внутри,

а значит, отмахнуться от этого знака он уже просто не мог.

Сперва следовало побывать в родных краях. Отчего-то ему захотелось поговорить с оракулом. Но сейчас, стоя на одном из пиков гор, что обнимали их долину, он понимал, что время для разговора, ради которого он прибыл, еще не пришло. Совершенно неожиданно для себя он почувствовал странную неуверенность. Ощущение было таким, что то, ради чего он готов был идти до конца, вдруг выскользнуло из его рук. Его любовь, их любовь словно растаяла в предрассветных сумерках. Нет, его чувство не ослабло. Он готов был стоять на своем, но вдруг понял, что теряет ту, ради которой готов был пожертвовать всем. Как так? Он не знал. Но тягостное предчувствие заставило его отступить, не дойдя до цели несколько шагов, и повернуть на север. Сперва он обязан найти ее.

Драконы всегда с вниманием относились к предчувствиям, что рождались в их древних сердцах. Но это был проклятый дар, ненавистный. Знать то, чего уже не избежать, – что может быть хуже?

Север Ирэми мирно спал под толстым глухим одеялом из снега, когда в Пограничье взяли старт несколько охотников, следовавшие за одной и той же жертвой. С тех пор как ушла Мара, миновала неделя, прежде чем на след вышли вампиры, которые и не подозревали, что за ними идет дитя леса, укутанное тьмой. Лиам ни на шаг не отставал от тех, кого ему было приказано держаться. Днем позже к ним присоединился и дракон. Каждый из них двигался к своей цели, но все они следовали в одном направлении. Вот только жертва была уже далеко и не так беззащитна, как раньше… Да и жертва ли?

Настоящее время

– Всемилостивая Кайра, как же с тобой тяжело, – фыркнул Лео, садясь напротив меня. – Я так стар, – продолжал ныть он. – Я болен! У меня в любой момент может разыграться радикулит или подагра! Ты совершенно не уважаешь мой возраст.

Холодно мазнув по нему взглядом, я вновь уставилась в окно, за которым начинался настоящий потоп из-за обилия талого снега.

– Посмотрите на нее! – обращаясь к несуществующим зрителям, воскликнул он. – Кто так относится к старшим?! Никакого почтения!

– У тебя весеннее обострение? – изогнув бровь, поинтересовалась я.

– Нет, обычно оно наступает в полнолуние каждого месяца, – легко отозвался он. – Ну что такого я прошу тебя сделать? Подумаешь, ничего страшного ведь не случится.

– Я просто не хочу. Зачем продолжаешь настаивать? Пусть это будет кто угодно, но не он.

– А я хочу, чтобы это был он.

– Нет.

– Да, – широко улыбнулся демон, наклоняясь ко мне. – Я хочу, чтобы ты почувствовала именно его, прикоснулась к его нити, посмотрела его глазами на мир, проникла в разум… – с придыханием прошептал он.

– Не проще ли начать с людей, нежели с драконов?

– Не интереснее ли начать с драконов, нежели с людей? – вопросом на вопрос ответил он, тяжело вздохнув, отчего золотая прядь его длинной челки упала на глаза.

Сейчас Лео выглядел необычайно юным и непосредственным. Очередная

сторона его натуры. Он смотрел на меня так, как мог бы смотреть двухмесячный щенок, выпрашивающий ласку у своей хозяйки. Невольно я даже поймала себя на мысли, что рука сама собой тянется поправить прядь его волос.

– Ну пожалуйста, – проурчал он.

– Нет, – вовремя опомнившись, решительно отказалась я.

А весь наш спор состоял в следующем. После того как я побывала у Грани, Лео занимался тем, что денно и нощно учил меня пользоваться даром предков. Как оказалось, почувствовать нить было не сложнее, чем дышать. Но вот все остальное…

Оказалось, с помощью дара Грани можно не только чувствовать чужую жизнь, но и вселяться в чужой разум, влиять на поступки, внушать свою волю (конечно, если дело касалось незащищенных умов, ну и если эти действия не относились к разряду «корысти», то есть не противоречили условиям использования дара). Честно сказать, я не понимала, зачем он мне вообще нужен. Условий его использования было куда больше, чем возможностей реального использования.

Но, как говорил Лео, каждый дар – это инструмент контроля. Самые сильные демоны Серебра могли контролировать умы всех своих подданных, то есть отслеживать их мысли и таким образом предотвращать возможные конфликты и восстания. Вот тут в силу вступало еще одно условие – никакого личного отношения и осуждения.

Это просто не укладывалось в голове! Как можно слушать и слышать всех и вся, при этом оставаясь равнодушным к потоку информации? И если, к примеру, кто-то из подданных решил украсть у своего товарища что-то, что принципиально не влияет на порядок в стране, то просто закрыть на это глаза и не выдавать воришку. И даже оправдать, если тот предъявит доказательства своей невиновности. Конечно, я утрирую, но примерно так и выходило. Если Кайрус или мой Дом не страдают, то я не имею права использовать дар, точнее, пользоваться его возможностями.

– На мой взгляд, идея с драконом отличная, – не унимался демон. – Ну что ты теряешь, а? Разве тебе не интересно, о чем он думает? Что таит ото всех?

– Нет, – жестче, чем следовало, ответила я.

– Хорошо, – так же холодно сказал Лео, уже безо всякой мольбы во взгляде посмотрев на меня. Сейчас он, казалось, вдруг повзрослел лет на сто, всего за мгновение изменился до неузнаваемости. – Это твоя слабость. Знай: то, что делает нас слабее, рано или поздно убивает. Пока ты не научишься смотреть своим слабостям в лицо, ты будешь оставаться уязвимой. Твои слабости – это преимущества твоих врагов. Ты привыкла убегать. Меня это бесит, если не сказать больше. Боишься, что твой дракончик подумает какую-нибудь гадость о тебе, малышка? Да плевать. К сожалению, не всегда нас любят те, кого любим мы, но это не значит, что можно позволить чувствам затуманить разум. Стержень, моя дорогая, – вот что должно быть, несмотря ни на что.

– Мне это неприятно. Я просто хочу забыть о нем, вот и все, – не слишком уверенно промямлила я.

– Забыть? – холодно прищурился Лео, слегка наклонив голову. – Зачем?

– Ты правда не понимаешь или в очередной раз издеваешься?

– Не понимаю, – серьезно ответил он. – И я над тобой никогда не издевался.

Последняя его фраза едва не выбила воздух из легких, но, вовремя совладав с собой, я решила оставить разборки до лучших времен.

– Ты же знаешь все, что между нами произошло. Ты видел это моими глазами и все равно не понимаешь?