Дар Бога
Шрифт:
Зависть Товена таяла по мере приближения к Хиттену, также как весенний снег; к приезду в столицу от неё не осталось и следа. Оказавшись там, мы первым делом пошли в дом Стумов, где нас встречали семейства Стумов и Альпов в полном составе: помимо уже знакомых мне Кенода, Нагены, Адолы и Кальгена, в большом зале присутствовали мать Товена Зула и два его брата — Ворден и Тиен, а на пороге нас уже ждали многочисленные слуги обоих семейств. Нас приняли как героев, и все прежние конфликты были забыты. Был устроен пир, и в течение вечера
Первой ко мне подошла Адола и отвела в одну из дальних комнат. Уверенный во взаимности своих чувств, я осмелел настолько, что взял её ладонь в свои руки и прикоснулся к ней губами. Юная госпожа Стум просияла:
— Я так рада, мой господин! Наши мечты свершаются! Теперь вы свободны, и вы герой, ах, если бы вам смоглось стать рыцарем, я бы… Да что это я, говорите же, как вы это сделали?
— Случайность. Проведённый ритуал не сработал.
Я в красках поведал ей о подробностях своего восхождения.
— Возможно, Богиня забрала действие ритуала, чтобы направить вас на нужный путь! Должно быть, она очень красива, жаль, что вам нельзя её описать. Но расскажите хотя бы, какую силу вы получили?
— Честно говоря, я так и не понял. У меня не возникло ощущения могущества, и не было возможности исследовать свои новые способности, если таковые есть.
Лицо Адолы выразило разочарование.
— Однако, я понял, для чего нужна эта штуковина!
Я взял в руки Слезу и рассказал, для чего она нужна. Периодически разговоры о волшебстве прерывались рассуждениями о невозможности быть вместе и предположениями, что сама судьба, несмотря ни на что, постоянно даёт нам шансы.
— А ещё я разгадала оставшуюся часть Книги. Это не ритуалы, а заклинания. Вы сумеете освоить их, так как родились в День Пепла.
— Я действительно не могу рассказать о том, что было на вершине, но я кое-что понял о магии: совершенно не обязательно рождаться в День Пепла, чтобы ей владеть. Полагаю, что вы тоже можете этому научиться!
— Конечно могу! Я даже не сомневалась в этом! День вашего рождения просто улучшает ваши умения, а не определяет возможность их освоить!
— Простите, моя госпожа, я и забыл, что во всём Нижнем Монте нет того, кто знает о тайных силах природы больше вас!
— Советую не забывать об этом, милорд! У нас ещё будет время поговорить об этом, а сейчас нужно повернуться ко всем, чтобы не придумали ничего лишнего.
После общения с Адолой я оказался в смотровой башне, где её отец имел обыкновение проводить важные совещания.
— Тебе невероятно повезло. Дошли слухи, что ты успел познакомиться со всей Верхней знатью. Вот и оставайся там — здесь герцог и Аускеры смогут дотянуться до тебя.
— Герцог, если повезёт, может вообще никогда ни о чём не узнать. А у Аускеров без его воли здесь нет власти.
— И как же ты, обвал на твою голову, помешаешь им рассказать обо всём правителю? Убьёшь их? Я никогда
— Что вы, ни в коем случае! Я попытаюсь договориться с господином Одвигом.
— Ты отобрал у него величайшую в жизни возможность, каким образом ты собрался с ним договариваться?
— Расскажу Его Светлости, что это идея Аускеров, а взамен попрошу свободу для своей семьи.
— Ты можешь никогда больше не встретиться в Его Светлостью, для такого как ты этот шанс выпадает раз в жизни.
— Вы забываете, милорд, что я Победитель, а это существенно повышает вероятность такой встречи. Но как быть с моим неблагородным происхождением? Ведь рано или поздно герцог узнает правду. Нельзя ли каким-нибудь способом перейти в дворянское сословие?
— Да понимаешь ли ты, что ты говоришь?! — Кенод перешёл на громкий шёпот, — Ты спрашиваешь у меня, герцогского вершителя, как обмануть моего господина?!
— О Бездна, я никогда бы не посмел подстрекать вас к обману! Но так как вы лучше всех знаете законы Аннтерана, вы наверняка знаете и лазейки в них!
— Не существует никаких лазеек — ты можешь стать дворянином, лишь получив землю и принеся вассальную клятву другому феодалу с позволения его сюзерена. Однако, земли у нас мало, да и навряд ли кто-то согласится посвятить тебя в рыцари, учитывая твои выходки.
— Даже Кальген?
— Даже он. Конечно, он очень хорошо к тебе относится, но ты обставил его сына в лазании по горам, и, дабы не умножать печаль Товена, он оставит твою просьбу без внимания.
— А вы? Ведь вы также обладаете этим правом!
— Мои владения находятся за пределами Монта, если я дам тебе надел в Аннтеране, это повлечёт за собой вражду с твоими бывшими хозяевами и может вылиться в кровавую междоусобицу. Я не могу на это пойти. К тому же, герцог может узнать о том, что я не наказал тебя за дерзость, и наказать меня.
— Неужели же нет ни единого способа?
— Есть, но такой червяк, как ты, никогда с этим не справится.
— И всё же?
— Воевать за Его Высочество. Долго, славно и успешно. Поэтому настоятельно советую поселиться в Верхнем Монте, обзавестись семьёй и зарабатывать, раздавая советы, как правильно залезть на гору.
Да уж, довести войско до Северного Рубежа я смогу, а вот воевать… Конечно, я могу ткнуть копьём какое-нибудь отребье с поверхности, но драться с огромными форроситами и их цепными росомахами мне точно не по зубам.
Что ж, сейчас это не главное. Сейчас я герой, и нужно действовать, пока об этом не забыли.
ГЛАВА 13. О ВЗРОСЛЫХ ИДЕЯХ ЮНОГО РЫЦАРЯ
— Я знаю, как это сделать, милорд!
Товен взял меня за локоть и начал уводить в сторону от Вордена и Тиена, явно пытавшихся задеть меня. Грех жаловаться на судьбу, но отсутствие титула в высшем обществе начинало меня тяготить.