Дар Близнецов

Георгиева Инна Александровна

Зверь больше не нападал. Словно ждал, когда мы расслабимся, потеряем бдительность и совершим ту самую роковыю ошибку, что позволит ему за один ход выйти в дамки. Ну, продумывая такой вариант он, наверняка, не учел Натана и его параною. Мне казалось, что вампир никак не может решить, что лучше: самому начать поиск охотника, или же дать ему возможность сделать первый шаг. На самом деле, Натан попросту боялся оставить меня без присмотра. Ему казалось, что если он переключит внимание на выслеживание, я обязательно каким-то неведомым образом отыщу врага первая и поплачусь за это головой. Все

это мне честно рассказал Уолтон, когда в очередной раз пришел с визитом. Магда за месяц успела привыкнуть к обоим вампирам, и если Натана она все еще немного побаивалась, то к Уолтону, несмотря на то, что его возраст более чем в два раза превышал ее собственный, относилась едва ли не с материнской заботой.

– Еще печенья, мистер Джоэл?
– говорила она, доверху наполняя тарелку своими кулинарными шедеврами. Мистер Джоэл с вежливой улыбкой ими давился, но, то ли в силу воспитания, то ли из благородных побуждений, отказываться не пытался.

– Все время хотела тебя спросить, - я с удовольствием откусила от печенюжки и подумала, как это здорово, что в отличие от остальных вампиров я ощущаю не только как утоляется голод, но еще и вкус продуктов, а потому человеческая пища не кажется мне красиво оформленным изделием из песка.
– Как Натан смог попасть в дом с миссис Дрэул без приглашения?

– Так туда же первым твой охотник вошел, - равнодушно пожал плечами Уолтон.
– Он все щиты посрывал.

– Разве такое возможно?

– Сильвия, ну ты как маленькая, честное слово. Вампиры ведь тоже прогрессируют в развитии, не только люди. Мы уже давно нашли способ гулять под солнцем, питаться полуфабрикатами и, разумеется, попадать в дома. Правда, это довольно хлопотное занятие. Оно отнимает много магических усилий и потому не каждому по зубам. Но я, например, могу заставить человека захотеть меня впустить. Натан может переубедить, с помощью мысли. А такие как твой зверь, имеющие достаточно силы и терпения, рисуют пектаграмму и читают заклинания.

– Выходит, серебро - единственное, что еще вам не поддалось?

– Во-первых, не "вам", а "нам". Ты тоже вампир, так что не стоит отрываться от коллектива. А во-вторых, есть еще всевозможная церковная атрибутика. Та же святая вода, например. Только освященная по всем правилам. Ну и кресты, кадило, благовония церковные тоже, знаешь ли, глаза режут…

– Все равно… - задумчиво пробормотала я.
– Не понимаю, какой смысл вести за мной такую длительную охоту, если все, что я могу - это дать ему возможность делать то, что он и так умеет, только чуть быстрее…

– Понятия не имею, - Уолтон легкомысленно пожал плечами, воровато оглянулся и засунул надкусанное печенье в кадку с цветами.
– Спроси у Натана. Кстати, что у вас с ним происходит?

– Ничего!
– поспешно ответила я.
– А чего ты спрашиваешь?

– Да просто интересуюсь. Он когда о тебе думает, такие сильные эмоции испускает, что у меня голова кругом идет. Вот и решил узнать твое мнение. Ну, так?..
– Уолтон прикрыл глаза.
– Ага… чувсвтвую удовлетворение, переживание, мммм… воодушление? Ха-ха! Вот и стыдливость… Раздражение? Ой!

Вампир увернулся от воторого удара подушкой и расхохотался. По крыше ударили

первые капли дождя. Я встала с дивана и подошла к окну. На улице было так темно, что уже за метр от окна даже я ничего не могла различить. Мне нравился дождь, и я могла часами наблюдать, как тяжелые капли бются о стекло. Внезапно в небе, освещая все вокруг, словно прожектором, сверкнула молния. Тут же раздался оглушительный грохот. Гроза стояла прямо над Мистик Хоул и мне почему-то, страсть как захотелось выскочить на улицу, раздеться догола и позволить этой небесной воде смыть с меня все заботы и тревоги. Я даже улыбнулась от предвкушения, ясно представляя себе круглые глаза Магды и ее причитания по поводу простуды. В Мистик Хоул пришла осень. Она принесла прохладу, ветер, дожди и насморк, единственную болезнь, которая, увы, была ко мне неравнодушна.

Очередная вспышка молнии осветила парк.

– Иии-ах!
– взвизгнула я от восторга, опустила взляд с небес и увидела прямо перед собой два крупных желтых глаза. Одно мгновение мы таращились друг на друга, а когда вокруг снова потемнело, я уже сидела за перевернутым диваном и срывающимся от волнения голосом звала Уолтона.

– Что случилось?
– мальчишка ворвался в гостинную, одной рукой отпихивая с дороги испуганную экономку, а второй воинственно размахивая вилкой.

– Он здесь, - шепотом ответила я, словно охотник мог меня услышать за стеной дождя и раскатами грома, а если бы и услышал, это на что-то бы повлияло.

– Кто?
– на всякий случай тоже шепотом уточнил Уолтон.
– Зверь?

Я кивнула:

– Он был перед окном, но к дому не подходил.

– Наверное, не хотел приближаться к охранке Натана, - предположил вампир.
– Ты его рассмотрела, узнала?

– Нет, - ответила я, и задумалась.
– Это странно… я смотрела на него в упор, вокруг было очень светло, а он стоял на открытой местности, не прячась. И все равно, я видела только желтые глаза, а остальное - будто размытое пятно. Крупное, темное… и видимое только боковым зрением.

– Ясно, - пробормотал Уолтон.
– Надо уточнить, но мне кажется, я знаю, какая на нем магия. В следующий раз, когда встретитесь, не смотри на него прямо. Прикрой глаза, и попробуй посмотреть под углом, боковым зрением.

– Когда встречусь в следующий раз?!
– я вскочила на ноги.
– Давай сначала этот раз переживем! Я же чуть заикой не стала! Что будем делать?

– Ну… он ведь пока не нападет?

Ответить я не успела. Магда охнула и круглыми глазами уставилась в окно. Мы с Уолтоном мгновенно захлопнули рты и сделали шаг вперед.

– Чей это дом?
– удивительно спокойным тоном спросил вампир, глядя, как слева от нас не горит - пылает - особняк.

– Не знаю… Я еще не успела познакомиться с соседями…

– Там живут миссис и мистер Вайнот. И еще у них есть дочь. Вайнона.

– Вайнона Вайнот?
– переспросил Уолтон, не отрывая взгляда от пламени.

– Да, - медленно кивнула Магда. Она тоже, словно зачарованная, смотрела в окно.
– Ей четыре года.

"Интересно, как ему удалось его зажечь?
– меж тем думала я.
– На улице такой ливень. Не иначе бензином облил…"