Дар Афины

Бочкин Владимир Викторович

– Ты благороден, Эней и храбр как бог. Ты привёл своё войско на помощь в трудную минуту. Но это мой город. Я последний царевич Трои. И мой долг вести солдат на последнюю битву.

Эней склонил голову.

– Ты прав, Гектор. Я выведу людей.

Гектор улыбнулся.

– Если бы я мог одарить тебя по достоинству, я бы не пожалел лучших коней и рабынь, но сейчас могу предложить только героическую смерть.

Эней ухмыльнулся в ответ.

– Героическая смерть – лучшая награда для

героя.

Они рассмеялись.

Андромаха тем временем протянул сына рабыне.

– Я знаю, ты любишь Астианакта как собственного сына. Ты присутствовала при родах и первой взяла его на руки. Сохрани его. Пойдёшь с Энеем. Помоги ему вырасти воином, как его отец.

В глазах рабыни стояли слёзы.

– Я всё сделаю госпожа.

– Пойдём, я отведу тебя к Энею.

Очередной удар сотряс стену, и песчаные блоки начали трескаться. Гектор хладнокровно строил отряды. Первыми помчатся колесницы, врежутся во вражескую цепь, за ними последуют копейщики.

– Э-э-эх!
– гремел над полем вздох ахейцев, которые тянули таран для очередного удара.

Гектор вздохнул и посмотрел на небо. Сегодня оно казалось непривычно синим, глубоким как вода у берегов Микен.

– Сегодня даже небо на стороне ахейцев, - подумал он.

Город вздрогнул от очередного удара и вдруг внутренняя часть стены, где стояли троянские лучники, рухнула на землю. Воздух наполнился стонами переломанных людей. Ахейцы ободрённые удачей удвоили усилия.

– Э-э-эх!

– Открыть ворота! – скомандовал Гектор и взошёл на колесницу. Придётся обойтись без возницы. Колесниц теперь больше чем воинов.

Медленно расходились створки ворот. Дозорные ахейцы поскакали к пролому в стене, сообщить, что намечается удар с тыла. Ахейские колесничие поворачивали, чтобы встретить угрозу.

В этот момент часть стены рухнула, открывая широкую брешь и нападающие, теснясь, полезли внутрь. Завязалась рубка. Но значительная часть войска выступила к воротам, где намечается прорыв троянцев.

Тяжёлые колесницы вылетали в поле. Навстречу двигалась лавина более лёгких ахейских.

Солнце ярко блестело на шлеме одного из пришельцев. Огромный воин в сверкающих латах, которые закрывали тело, а медный шлем почти полностью скрывал лицо.

Знакомая фигура. Кто-то говорил, что за маской скрывается красавец, достойный Апполона, другие уверяли, что герой уродлив, потому и носит закрытый шлем. Гектору всё равно. Главное, как он держит меч. А вот с мечом Ахилл обращается очень лихо, несмотря на возраст. Ему уже лет тридцать пять. Почтенный возраст. Старше, чем Гектор.

Два самых великих героя стояли друг против друга. Солнце ослепительно сияло на латах Ахилла, но Гектор не щурился. Он, не мигая, смотрел на врага.

Царям обычно нелегко

встретиться в бою. Каждого прикрывает отряд отборных воинов, задача которых охранять господина. Множество телохранителей погибло от мечей или под колёсами колесниц и с той и другой стороны. Но цари оставались невредимы. Несколько раз они всё же обменивались ударами в сече, и Гектор помнил чудовищную силу своего противника.

Ахейский герой на голову выше остальных солдат. В первую такую встречу, Гектор относился к вражескому герою легкомысленно. Такой здоровяк обязан быть неуклюжим дуболомом. И вся слава его наверняка основана на сокрушительной мощи удара. Гектор уже встречал таких здоровяков. Их доспехи до сих пор лежат в его дворце.

Но Ахилл, герой с фигурой буйвола двигался стремительно как змея, а мечом владел так, будто в него вселился сам Арес. В тот раз сумятица боя развела их.

Однажды Ахилл бросил ему вызов у ворот. Это было после ночного нападения на корабли, которые организовал Гектор. В ту ночь он убил Патрокла, возничего Ахилла и его лучшего друга.

На следующий день Ахилл явился под стены города и вызвал его на бой. Гектор, разумеется, не вышел. Ахилл ругал его последними словами, но троянец невозмутимо стоял на башне и смотрел вниз на беснующегося ахейца.

Он не принял вызов вовсе не из-за страха перед силой великого героя. Он слишком опытный воин, чтобы вытаращив глаза как зелёный юнец верить в легенды про непобедимых бойцов. Слишком много таких непобедимых он отправил на встречу к Аиду. Убить можно любого, даже Ахилла. Но только в одном случае. Если ты готов умереть.

Гектор не боялся Аида, но умирать не собирался. Он боялся за Трою. За семью, за друзей. Он единственный из царевичей, кто способен организовать оборону города. И как только его не станет, Троя неминуемо падёт. Из-за любви к родине, он был готов принять клеймо труса. Но никто не торопился обвинять его в утрате мужества. Слава Ахилла настолько устрашающа, что репутация Гектора после отказа совсем не пострадала. Наоборот, его сочли благоразумным, опытным человеком. А после гибели всех царевичей, включая Париса, заменить его просто некому.

– Теперь не скроешься! – торжествующе закричал Ахилл, и его колесница, разбросав облака пыли, ринулась на троянца. Но Гектор не собирался убегать. Он расхохотался во весь голос и хлестнул лошадей, отправляя навстречу Ахиллу.

Андромаха стояла на башне у Скейских ворот и смотрела на бой.

Колесницы сшиблись. Ахилл выставил копье, и ужасающий удар по щиту выбил Гектора из колесницы. Он перекатился по сухой земле, подхватил упавшее копьё и бросил в удаляющуюся колесницу. Но целил он не в героя, которого прикрывал огромный щит, а в упряжку коней.