Дантуинские развалины

Уитни-Робинсон Вероника

– Я не могу больше вернуться, – сказала она и подошла ближе. – Уже поздно. Но и ты тоже не обязан. Помнишь наш разговор о выборе и последствиях? Ты можешь изменить свою жизнь здесь и сейчас. Я знаю, что Альянс Сопротивления: Лея и другие – простят тебя и примут обратно. Именно умение прощать отличает повстанцев от Империи.

Она приблизилась ещё больше и увидела, что он кусает губу.

– Я тоже не забыла, как ты сказал мне уходить без тебя у водопада, или как ты закрывал меня от выстрелов на базе. Можешь говорить, что хочешь, – сказала она, встав прямо перед

ним, – но это был истинный ты. Я знаю, что здесь: – она коснулась рукой его груди, – ты хороший человек. Всё будет хорошо, поверь мне.

Ещё никогда он не казался столь беззащитным, как сейчас. Он притянул её к себе и страстно обнял. Она провела рукой у него по затылку и повторила:

– Всё будет хорошо.

– Прости, – прошептал он ей на ухо. – Прости.

Она немного высвободилась, чтобы видеть его лицо. Когда её серые глаза заглянули в его, она услышала что-то странное и ощутила движение. Даск в удивлении высвободилась и почувствовала, как руки Финна ослабли. Он отвернулся от неё. Даск опустила взгляд на его правую руку – в ней был зажат окровавленный нож, который Финн скрывал в рукаве. И как она только забыла?..

Ошеломлённо она бросилась к Финну.

– Финн, что ты наделал?

В этот момент её ноги подкосились. Она свалилась на колени и уставилась на тёмно-красное пятно на своей сорочке. Она коснулась его рукой, и рука вся покрылась кровью. В удивлении Даск посмотрела на Финна и осела на бок.

– Почему? – её голос был тих и слаб.

– Прости, – только и смог ответить он. – Я же говорил, что рано или поздно приходится отдавать Империи тех, кого любишь. Это неизбежно.

Он подошёл к ней. Даск подумала, что он собирается её прикончить, хотя и так считала себя мёртвой.

– Я не могу быть с тобой, – признался он. – Я слишком боюсь Империю.

Его слова странно отдавались в ушах, очень похоже на то, как было при их первой встрече. Как будто завершился полный круг в танце. Только в этот раз она уже ничего не боялась.

Финн сглотнул и посмотрел на неё. Он протянул руку – с ножом или без ножа? Прежде чем он коснулся её, челнок сильно тряхнуло.

– Нас взяли на абордаж, – услышала Даск его слова.

Она могла только лежать и смотреть, как он поднялся и побежал на корму. Она слышала, как открылся люк. Корабль вновь содрогнулся.

Веки налились свинцом. Даск попыталась встать, и в глубине души удивилась, что не может даже поднять руку. Она лежала, как убитая.

Челнок опять тряхнуло, и Даск приоткрыла веки. Хотя в глазах всё плыло, она видела, что в кабину вошло несколько человек. Ни на одном не было имперской формы. Один из них, светловолосый мужчина, показался Даск знакомым, хотя трудно было сосредоточиться и вспомнить, где она его видела.

Мужчина присел рядом с ней, а двое его товарищей ушли на корму. Он взволнованно посмотрел на неё небесно-синими глазами.

– А ведь мы знакомы? – слабым голосом спросила Даск.

– Меня зовут Люк Скайуокер. Мы виделись на Кореллии, – сказал тот молодым и мягким голосом. Он вынул какое-то устройство, которым попытался залечить рану в груди

Даск.

– Спасательная капсула оторвалась, – доложили ему.

Из последних сил Даск взяла Люка за руку и попыталась встать.

– Его нужно остановить, – прошептала она, – пока он не добрался до базы. Финн:

Она обмякла в руках Люка, не успев произнести <предатель>.

– Проклятье! – воскликнул он. – Этот антикоагулянт не успевает свёртывать ей кровь.

Он приказал одному из повстанцев принести что-то с корабля.

– Неважно, – пробормотала Даск. – Его нужно остановить. Неважно:

Голос ослаб, а веки закрылись сами собой.

– Ты важнее, – услышала она шёпот молодого человека с глазами старика. Неужели это будет последнее, что она услышит в своей жизни? Наверное, неплохая получается эпитафия.

– Ты важнее, – повторил голос.

Глава 15

Густой туман покрывал <Прибежище> Императора подобно савану. Одетый во всё чёрное, Финн стоял, как одинокий часовой, и слушал крики пеко-пеко. И почему они напоминали ему женский плач? Хотя шёл моросящий дождь, он не искал убежища, как будто не стремился защититься от сил природы. Или он вообще больше ничего не чувствовал?

– Офицер Дарктрин, – позвал низкий голос.

Финн развернулся и прошёл с каменного балкона в вестибюль, устланный яркими коврами. Тёмно-красный ковёр с золотистой оторочкой должен был казаться роскошным, но сейчас он напоминал Финну кровавое пятно. И куда бы он ни повернулся, пришлось бы пройти через это пятно. В центре зала стоял Дарт Вейдер, Тёмный Повелитель ситхов. Чёрные доспехи сияли, как отполированное чёрное дерево. Казалось, что они не отражают свет, а поглощают его. Помимо дождя слышалось лишь механическое дыхание.

За время своей службы Империи Финн лишь несколько раз находился рядом с Вейдером, из которых три раза он наблюдал смерть тех, кто подвёл Тёмного Повелителя. Так как Финну поручили найти и доставить джедайский голохрон, он догадывался, что сейчас произойдёт. Странно, но он не чувствовал страха, а просто окаменел, будто, ударив ножом в сердце Даск, он попал в своё.

– Да, Лорд Вейдер? – уважительно ответил он.

– Ваша передача с повстанческого челнока была неполной, – начал Вейдер без особых предисловий.

– Знаю, повелитель. Я провалил задание Императора, – Финн опустил голову.

– Верно, – подтвердил Вейдер.

– Я приму любое наказание, – сказал Финн, подняв голову и уставившись в черепообразную дыхательную маску, навечно скрывшую истинное лицо Повелителя ситхов.

Финн стоял и ждал, но Вейдер не произносил ни слова. Слышались лишь тяжелые вдохи и выдохи Вейдера. Финн невольно заметил, что дышит в такт его дыханию. Он не отводил взгляда от немигающих глаз Вейдера.

– Хотя передача и была неполной, – неожиданно продолжил Вейдер, зашагав по залу, – несколько имён до нас всё же дошло, – он остановился и подождал, пока Финн его догонит. – Поэтому, в широком смысле, нельзя сказать, что задание полностью провалено.