Данте
Шрифт:
Половина уцелевших кандидатов Барразаила продолжала топтаться на месте. Остальные напали. Один бросился на Луиса, и оба противника свалились на землю. Мальчика звали Гарвиил. За месяц Луис тренировался с ним несколько раз, и они отлично сработались. Это не удержало Гарвиила от попытки убийства.
Он взгромоздился Луису на грудь и стал душить. Луис брыкался, но Гарвиил оказался намного тяжелее. Луис сопротивлялся инстинктивному, но бессмысленному желанию схватиться за руки Гарвиила и левой ладонью нащупал камень. Раздался глухой звук, когда Луис ударил его камнем по голове. Мальчик тихо охнул, но его руки оставались плотно сомкнутыми на горле Луиса.
В глазах было
Задыхаясь, Луис встал на четвереньки. Горло распухло, он едва мог дышать.
— Луис! — Голос Лоренца проник в расселину.
Лоренц поставил его на ноги.
— С тобой все в порядке?
Луис кивнул. Лоренц помахал зеленым черепом перед его лицом:
— Череп наш! Мы победили!
Не дожидаясь, пока Луис придет в себя, Лоренц втащил его на скалу. Семеро мальчиков лежали мертвые на камнях, их кровь стекала в щели. Среди них был Эрей. Ристан и Лазиил держали под прицелом выживших из отряда Барразаила.
— У нас получилось! — радостно кричал Лоренц. — Оба черепа! Благодаря тебе у нас появился шанс стать ангелами!
Луис молча кивнул. В ушах зашумело, в глазах потемнело. Зловоние крови наполнило ноздри. Лоренц и Калаил подняли Луиса на плечи. Все они выкрикивали его имя: «Данте! Данте!», но он не радовался победе.
Луис, не отрываясь, смотрел на мертвых. Никакая победа не стоила такой цены.
Глава 10: Место испытания
456. М40
Место Испытания
Ваал Секундус
Система Ваал
За Испытанием Войной последовали десять дней лечения, поста и медитаций. Их мальчики провели в изоляции, пока их не собрали для Окончательного Избрания. Сто восемь человек отправились на Испытание Войной. Семьдесят два прошли. Мальчики, которых заставили убивать друг друга, теперь смирно ждали бок о бок, и это было тяжело. Триумф победителей угас, сменившись размышлениями. Луис радовался, что не видит лиц Кровавых Ангелов, скрытых под шлемами. Выражения радости и гордости он бы не выдержал. Космодесантники всегда были для него ангелами, защитниками Ваала, вершиной развития человека. Испытание оказалось жестоким напоминанием об их истинной сути.
Большие ворота крепости отворились, показался проход, оканчивавшийся другими большими воротами. За ними располагалась меньшая дверь. Луис не видел, что там было, интерьер крепости оставался загадкой.
Кровавые Ангелы приходили и уходили, молча и торжественно касаясь мальчиков рукой и призывая их идти следом. Причин полагать, что космодесантники получают от убийства удовольствие, не было, и все же дурные предчувствия не исчезали. Луис сидел на песке перед ангельским замком, обняв руками колени. Лица мальчиков, умерших по его вине, стояли перед глазами. Они вовсе не были разбойниками, которых следовало уничтожить, но товарищами, которых он знал и которые были убиты лишь за то, что оказались на пути к исполнению его, Луиса, личного желания. Он мог делать вид, будто причина в служении Императору, но на самом деле они погибли потому, что Луис хотел стать Кровавым Ангелом. Барразаил, Гарвиил, Дарреваил, Козимо, Людовик и другие — все умерли от его руки или по его приказу, что было столь же ужасно.
Он сжался сильнее, когда их имена эхом прозвучали в голове. Мальчиков одного за другим забирали из отряда и уводили через большие ворота в ангельскую крепость. Ничто не говорило, избраны эти кандидаты или нет. Луис полагал, что никого из них он больше не увидит. Всем было приказано молчать и не прощаться. Несправедливость этого приказа ранила Луиса. Ристан ушел первым, через час Лоренц. Он удалился, не оглядываясь. Некоторые шагали нерешительно. Флориан последовал примеру Лоренца, пока не добрался до двери. Там он с грустной улыбкой посмотрел на Луиса и задержался так, что Араезону пришлось взять его за руку и отвести внутрь.
Ждать Луису пришлось долго. Имена называли одно за другим. Отряд уменьшился. Кандидаты сидели с пустыми глазами, мальчики с ног валились от усталости и страдали от ран. Возможно, это последнее испытание погубит Луиса. Он не настолько жесток, чтобы легко переносить страдания товарищей, и окажется отвергнутым.
Если так и случится — не жаль. Он не смог бы сражаться на стороне монстров.
Тени удлинились. Солнце больше не слепило. Он видел только белые стены. Вставал Ваал. Возможно, Луис видел его в последний раз. Вид луны успокаивал, и, когда его наконец вызвали, Луис встал и в сопровождении Малафаила с твердым сердцем вошел в крепость. Капеллан шел сзади, и мальчик с болью понимал — черный ангел способен без труда убить его. Тем не менее Луис заставил себя остановиться, и капеллан сделал то же самое. Луис повернул голову и поглядел мимо грозного и величественного капеллана с его шлемом-черепом в последний раз в небеса, перед тем как шагнуть в неизвестность. Ваал заполнил собой часть неба над Местом Испытания. Отчетливо виднелась крепость Кровавых Ангелов. Через миг Луис узнает, будет он жить там или навечно останется на Ваале Секундус.
Малафаил толкнул его внутрь.
Казармы и укрепления Места Испытания были построены из сырцового кирпича и камня. Они были такими же, как и все другие строения внутри: с маленькими окнами, чтобы защититься от жары и пыли, раскаленные, грязные.
Крепость была иной — изящной, похожей на здание Места Избрания, из чудесного бесшовного камня Империума. Жесткий искусственный свет бил из вытянутых люменов. Во рту Луиса появился странный привкус. Машины, находившиеся во внутренней части крепости, надсадно гудели.
Малафаил подвел мальчика к двери, ведущей в глубь крепости. Луис задрожал, так как стало холодно.
— Я полагаю, это твое, — сказал Малафаил.
Он взял посох у кровного раба и передал его Луису. Он оказался удивительно знакомым, грубым на конце и гладким там, где его отполировали руки.
— Это мой посох! — воскликнул Луис. — Как? Я его оставил. Это невозможно!
— Ты еще узнаешь, что многое возможно, — ответил Малафаил. — Разве не приятно, что он вернулся?
Луис взвесил предмет в руке. Без сомнения, это был именно его потерянный посох. В голову пришла мысль: быть может, за ним следили все это время.
— Могу я оставить его себе?
— Если хочешь, — разрешил Малафаил. — Впрочем, возможно, ты скоро умрешь. Я отдал эту вещь тебе, подумав, что ты захочешь сражаться знакомым оружием.
Зубчатые створки двери разошлись.
— Оружием? — переспросил Луис.
— Тебя ждет последнее испытание.
Малафаил провел Луиса в комнату, просторнее остальных и освещенную лампами глубокого красного оттенка. За исключением нескольких невзрачных трубопроводов, рокритовые стены были голыми. Посередине стоял Флориан с посохом, готовый к бою. Его зубы были стиснуты, мышцы напряжены.