Dantalion

Скариани Аделина

— Ты довольна, Данталион?

Таура не раз задавала этот вопрос, ответ на которой никогда не получала. Её занпакто не особо шла на контакт. Но эта ночь стала особенной. Мэй впервые в жизни погрузилась во внутренний мир своего меча. Что она ожидала увидеть? Пустыню, море? Все что угодно, но не реку крови, из которой рвались десятки рук, не алое небо, разносящее искаженные стенания.

— Что это?

— Это твой внутренний мир, Таура, — промолвил искаженный женский голос.

Мэй вздрогнула, обернувшись на голос. В воздухе на троне из человеческих тел восседала темная

женская тень с книгой в руке. Множество лиц смотрели из различных частей тела, начиная от плеч и заканчивая коленями. Жуткая картина одновременно отвращала и завораживала.

— Я не понимаю…

— Не понимаешь? Разве ты не узнаешь этих бедолаг? Это все синигами, что ты поглотила за последние десять лет. Все двадцать девять душ, что живут внутри тебя.

Таура застыла, чувствуя, как руки из воды, на которой она стояла, схватили её ноги, карабкаясь вверх, они цеплялись за неё, пытаясь утащить на дно и выбраться самим.

— Но, — попыталась возразить Мэй: — Разве я поглощала не их воспоминания и реяцу?

Взрывной хохот раздался, словно гром раскатился по пространству.

— Глупое наивное создание. Что есть человеческая душа? Душа есть личность человека. А личность представляет собой накопленный опыт из воспоминаний. Любое заурядное течение обстоятельств — уже часть души.

Холодный град пота струился по лбу Мэй. Данталион спрыгнула вниз, протянув когтистую руку к лицу хозяйки.

— Но знаешь, даже этих мелких душ не хватит, чтобы насытить мой голод. Мне нужно больше лиц, дай мне, дай мне еще…

Черная тень пролетела в небе и приземлилась рядом, окружив своей черной реяцу, когтистая рука легла на плечо, оставив порезы.

— Дай мне его личность, — прошипел голос над ухом.

— Его? — дрожащим голосом переспросила Мэй.

— Да, и тогда я покажу тебе истинную силу, что заточена в твоем мече.

— Истинную силу?

— Именно так. Или ты и вправду думала, что кража лиц — единственное, на что я способна?

— Но кого ты хочешь?

Пространство пронзил зловещий истеричный хохот.

— Брось. Ты ведь прекрасно знаешь, кого мы обе хотим, — с ударением на последнее слова проворковал голос.

Таура закрыла глаза, а открыв, оказалась в лесу. Взгляд её дрожал.

Йоруичи с раскрасневшимися щеками смаковала сакэ, принесенный Сой Фонг, из пиалы. Напротив сидел отпирающийся Киске, не желая принимать участие.

— Какой же ты зануда! Даже у Капитанов должны быть выходные!

— Боюсь, если устрою выходной, лаборатория рухнет. Да и к тому же я пришел поговорить о Тауре.

Йоруичи метнула острый взгляд и, осушив пиалу, прилегла на бок.

— Мне очень не хотелось заводить этот разговор. Но, Йоруичи-сан, вам не кажется, что поведение Тауры за последние годы стало странным?

Шихоин молчала.

— Однажды я увидел, как она послала вас по ложному следу, а сама отправилась по верному, поймав отступника. Мне очень не хотел…

— Киске, по-твоему я слепая или вчера родилась? — грубо перервала Шихоин, сев по-турецки. — Все я прекрасно вижу. Я знаю Тауру очень хорошо. Она пытается показаться колючей и безжалостной сволочью,

но на деле она девушка, хрупкая и ранимая как и все. Она просто пытается возвысить себя в моих глазах. Я все понимаю, и спускаю ей это с рук, надеясь, что она поймет, перебесится и станет мне верным лейтенантом. Я верю в это. К тому же благодаря ей у нас подписан дружественный контракт с кланом Мэй. Мы должны контролировать клан, как скрытую угрозу из-за их наемников, иначе проморгаем восстание.

Урахара тяжело вздохнул и сам налил себе сакэ, выпив залпом.

— В тот день её не было в моей группе, когда она поймала бывшего четвертого офицера, что якобы устроил пожар… я не придал этому значения, думал, что она была с вами.

— Но её со мной не было, — подтвердила Шихоин. — Киске… Каждый имеет право на ошибки, и я верю, что она найдет из них выход. А иначе…

— Иначе?

— Я собственноручно остановлю её раз и навсегда.

Таура в этот день была крайне раздражительной, готовой разорвать в клочья первого попавшегося — Йоруичи отстранила её от задания. Как она посмела? Её, Лейтенанта, отстранить от задания! И это после того, как она способствовала заключению сделки между кланами Шихоин и Мэй. Беспредел!

— Маленькая змейка снова не в духе?

Таура чуть не подпрыгнула от голоса Айзена, но внешне сохранила спокойствие, продолжив путь, не обратив на него должного внимания.

— Тебе показалось.

— Не убила достаточное количество отступников и саботажников? — Соуске последовал за ней.

Мэй обернулась, смерив его раздражительным и высокомерным взглядом, и резко облокотилась о стену бараков, скрестив руки.

— Меня отстранили от задания.

Соуске удивленно приподнял бровь — вот уж не думал, что она в кои-то веки поделиться своими переживаниями. Синигами подошел вплотную, пропустив пальцы сквозь огненно-рыжие локоны, смотря в злые и обиженные лунные глаза.

— Спорим, что ты будешь улыбаться уже через минуту?

Мэй с удивлением фыркнула на такое заявление.

— Еще чего!

Соуске переместил руки на талию Мэй, от чего та уперлась в его грудь руками, инстинктивно попытавшись оттолкнуть. Вот только Соуске вопреки её ожиданиям внезапно защекотал её за бока, от чего бедная Таура вжалась в стенку, попытавшись защититься.

— Ии! Н-не надо! Я щекотки боюсь!

— Посмотрите-ка, Лейтенант второго отряда боится щекотки, и как Шихоин смогла проглядеть твою слабость?

Айзен защекотал её сильнее, Таура, принципиально сдерживая смех, попыталась вырваться, но Соуске перехватил её, ловко закинув на плечо. Мэй возмущенно ударила его по спине, но тот закружил синигами.

— Пусти! Пусти, Соуске!

— Оя? Ты, наконец, назвала меня по имени? Я запомню этот день!

Таура едва сдерживала смех от комичности всей ситуации, продолжая попытку выбраться из рук парня. Но тот, остановившись и закинув её на плечо, удерживая за бедра, ушёл в сюнпо.

Таура успела заметить, как мелькнуло перед глазами голубое небо. Легкий полет, а затем приземление на мягкую траву. Соуске навис сверху, заблокировав движение лейтенанта.