Даниил Галицкий
Шрифт:
— Хочу остаться наедине с тобой.
Даниил удивленно поднял брови.
— Что-то случилось, Демьян?
— Нет… Про одно дело сказать хочу.
Даниил кивнул Андрею, и тот вышел.
— Говори.
Демьян подошел ближе.
— Садись, — буркнул Даниил.
— Я постою.
Демьян перебирал пальцы, словно четки, — хрустели косточки.
— У меня… — начал он и сбился. — Я… — Потом снял меч и дрожащими руками положил перед Даниилом. — Возьми меч тысяцкого. Не должен я его носить.
Даниил молча смотрел на Демьяна.
— Совестно мне… Я… в глаза не могу смотреть… Казни меня! — заплакал вдруг Демьян и упал на колени.
Даниил медленно встал и вышел из-за стола.
— Говори! — сухо сказал Демьяну.
— Казни! Виновен я… Боялся, за жизнь свою боялся, трусом стал, — говорил Демьян. — Еще тебя и на свете не было, поднял руку я на отца твоего, князя Романа… Крамольники ум мой помутили… Благополучно все обошлось для Романа. А он не знал, что это был я… Хотел тогда признаться, но боялся: повесил бы он меня, а мне жить хотелось… Я думал, забылось все, и честно служил Роману и тебе… А потом схватил меня в клещи Филипп, запугал, настращал, что тебе скажет… Я боялся… я знал…
— Знал о покушении в Судовой Вишне?
— В Судовой Вишне? Нет. Но знал, что он крамольник, знал и тебе не сказал… Суди меня… Признался я, чтоб честно умереть… стар уже…
Демьян, не мигая, смотрел в глаза Даниилу.
— Судить не буду, — резко ответил Даниил. — Но и тысячником не будешь… Без тебя на татар пойдем. Пусть это будет тебе карой. Трус! Нет доверия к тебе!
Демьян низко опустил голову.
А Даниил, не оборачиваясь, быстро вышел из гридницы.
Войско Даниила расположилось в лесу. Костров в таборе не разжигали. Сотские зорко следили за тем, чтобы соблюдалась тишина. Даниил сидел в своем шатре. Уж полночь прошла, а ему не спится. Мигают свечи в железных подсвечниках. Князь укладывается на пушистые шкуры, пододвигает к себе подсвечник с большой свечой, вытаскивает книгу из сундучка. Зашелестели пергаментные страницы— Даниил читает о Святославе. Эту книгу недавно ему привезли из Киева. И в походах Даниил не оставался без книг — читал книги, писанные русскими монахами, привозили ему и греческие книги, которые передавали из Рима княжеские послы.
Даниил перелистывал страницы, прислушивался. Свечи стали мигать, задымили. Князь хлопнул в ладоши — в шатер бесшумно вошел слуга. Даниил велел принести новых свечей.
— Скоро начнет рассветать? — спросил он.
— Скоро.
— Позови дворского.
Вошел Андрей.
— Ты еще не спал, княже?
— Не спится. Где же Теодосий?
Дворский в ответ лишь пожал плечами. Уже не первый раз спрашивает его Даниил. Теодосий должен был вернуться к вечеру, но вот уже ночь кончается, а его нет.
— Может, он заблудился, сбился с дороги, — высказывал свои предположения Андрей.
Даниил поднимает голову, внимательно смотрит на него.
— Сбился с дороги?
— Мефодий прибежал бы, Я велел ему не идти вместе с Теодосием, но быть поблизости, присматриваться и, если что случится, скакать сюда.
Замолчали. Неужели татары разузнали о походе? Даниил смотрит на свечу. Может, Теодосий не обнаружил их и поехал дальше? Андрей смотрит на Даниила, глаза у него слипаются, еще бы разок умыться, но выйти нельзя. Возле шатра послышался шелест.
— Кто там? Пойди, Андрей, узнай.
Но дворский не успел даже оглянуться. Слуги подняли войлок, и в шатер вошел Теодосий. Даниил приподнялся на локти.
— Пришел! Целехонек! Не схватили татары?
— Видели, да не схватили.
— А как это?
— На небе звезду видят? Видят. Да не достанут. Так и меня.
— Значит, они теперь узнали, что ты приезжал? Переполошились? — спросил Даниил.
Теодосий мотнул головой.
— Те, что видели, уже больше ничего не увидят. Из-за них-то я и задержался.
— Рассказывай! — нетерпеливо подгонял его Даниил.
— Я все узнал. Много тысяч татар собрал сюда Куремса, а сам за Днепр поехал.
— Откуда тебе ведомо это? Кто сказал? — удивился Даниил.
— А я вчера весь день кумыс пил у одного нукера. Сначала угощал он меня кумысом, а потом я отвязал от седла кожаный жбан и дал ему нашего меда. После этого язык у него стал подобен ветке, которую ветер качает во все стороны.
Теодосий подробно рассказал Даниилу, где расположились татары, по какой дороге двинутся дальше на запад, какие у них силы.
— Позови князя Василька, — приказал Даниил дворскому.
— Он тут, у шатра, с княжичем Львом.
Даниил взял лист пергамента, слуга подал ему большое гусиное перо.
— Все ли ты рассмотрел, Теодосий? А ну-ка, подойди сюда поближе.
Василько вошел с княжичем и приблизился к Даниилу.
— Смотрите сюда, времени мало. — Даниил начал чертить на пергаменте. — Это вот река, а это большое оселище; тут татары, а в этом оселище тоже они; а мост через речку вот здесь…
— Мост один, за большим оселищем, — вставил Теодосий.
— Река глубокая, вброд татары не перейдут. К мосту побегут. Холмские дружины тысячник Любосвет поведет на большое оселище, а ты, Василько, пойдешь влево, туда, где у татар одна тысяча.
Лев коснулся руки отца.
— А я что же, буду сидеть без дела?
Даниил недовольно посмотрел на него.
— Разве ты пришел мед пить? В лесу, неподалеку от моста, укроешься — туда погоним басурманов.
— Возле моста большой выгон, — подсказал Теодосий.
— Знаю, ты уже говорил про то, — перебил его Даниил и обратился ко Льву: — В лесу притаишься. А двадцать дружинников возле моста поставишь. Когда татары побегут, пускай эти дружинники отходят через мост, а ты тогда всей дружиной закрой мост и встречай мечами. А теперь живее, скоро уже рассветать начнет!