Даниэла. На грани
Шрифт:
– Почему ты такой грустный? Что-то случилось?
– Нет. Всё нормально.
Но она знала, в чём причина, а сын вряд ли ей сказал бы сам – он был очень зол на мать и сестру. Это не беспричинно. Кому-то из детей в семье всегда уделяется больше внимания, а кто-то обделён.
Марианна брала Даниэлу на встречу со своим любовником по понедельникам, средам, пятницам и субботам. В понедельник и среду она вместе с Артуром водила Даниэлу на занятия в Академию балета. Занятия у девочки длились два часа. В этот момент любовная пара предавалась страсти, сидя в машине.
Настал май. Сегодня был его первый день. Вторник. Весна уже пришла в город окончательно. Начали распускаться цветы, зацвели деревья яркой зеленью. Воздух стал свежим и тёплым. Снег целиком сошёл. В этот день Марианна была в гостях у своего любовника. Они пили много вина, ели, танцевали и веселились. С ними была и Даниэла.
– Даночка, ты сегодня придёшь домой одна.
– Почему? – удивлёнными голубыми глазами девочка посмотрела на мать.
– Я должна много о чём поговорить с дядей Артуром.
Артур, будучи в не совсем трезвом состоянии, довёз женщину с дочкой до Стачек.
– Ну всё, Дана, иди, – сказала светловолосая женщина, поцеловав дочку. – Помнишь, что надо говорить, если кто-нибудь спросит?
– Мы были в кино, а где ты – я не знаю.
– Вот и хорошо. Ну, пока, – женщина улыбнулась.
– Пока.
Было 9 часов вечера. Даниэла шла одна по большому оживлённому проспекту, пиная камешки. Она думала о том, почему мама так много и так часто разговаривает с дядей Артуром… Марианна, сидя в машине с темноволосым сутулым мужчиной, следила за тем, как девочка дойдёт до дома. Она увидела, что дочь позвонила в домофон и зашла в подъезд. Машина тронулась…
Маленькая девочка зашла в квартиру. Её взору представилась странная и в то же время страшная картина – на полу в кухне валялись разбитая посуда, какие-то куски бумаги, и спинка кушетки была искромсана в клочья. Впереди стоял Борис. Он повернулся, когда девочка зашла. В руке он держал толстый нож, которым до этого изрезал кушетку. Сзади него стояла Ольга Петровна и Саша. Вдруг женщина крикнула:
– Беги!
Борис стремительно зашагал к Даниэле.
– Беги! – пронзительно прокричала Ольга Петровна.
Неизвестно о чём девочка думала в этот момент, но какое-то чувство заставило её остаться стоять. Возможно, она совершенно не видела смысла в том, чтобы бежать. Может, оно порой и к лучшему. Когда Борис окончательно подошёл к ней, приставил к горлу толстый нож. Глаза яростно блестели от злости, словно от огня уголь.
– Где мама? Где вы всё время с ней были?
Невзирая на очень пьяное состояние, он спросил совершенно спокойно. Никакой агрессии в голосе у него не было.
– Я не знаю, где она.
Даниэла
– Что и следовало ожидать, – тихо с печалью сказала Ольга Петровна, стоя у окна.
Борис выпил весь алкоголь, что ещё остался в доме. А потом пошёл в магазин. Ольга Петровна уложила внуков в кровать. Борис не появился дома в воскресенье. Никто не знал, где он. На звонки своей тёщи он не отвечал.
В 14 часов следующего дня домой пришла Марианна в сильно похмельном и неадекватном состоянии. У неё были отёки под глазами и сосуды полопались.
– Ты где была? – нервно спросила Ольга Петровна, подскочив к своей дочке. – Борис тут вчера с ума сходил.
– Ну и что?!
– Как что? Ответь!
Марианна немного подумала и сказала:
– Ой! Всё, я пошла.
Пожилая женщина схватила табуретку, поставила её у двери и села.
– Никуда ты не пойдёшь!
Даниэла подошла к своей маме и обняла её.
– Всё будет хорошо, мама.
Марианна мимолётно посмотрела на дочку, а потом перевела взгляд на старушку.
– Пропусти меня!
– Ни за что! – уверенно возразила Ольга Петровна.
Марианна вцепилась руками в плечи своей матери и стала её оттаскивать. Та начала сопротивляться, она оттолкнула дочь. Марианна с кулаками полезла на женщину. В конечном итоге, они подрались: ударили друг друга несколько раз по телу, но не сильно, – всё обошлось без серьёзных последствий, – через несколько минут они разошлись по разным углам. С Ольгой Петровной был Саша, который к этому времени уже окончательно встал на сторону отца. С Марианной сидела Даниэла. Маленькой девочке было страшно и больно от того, что недавно произошло. Она плакала, мать её успокаивала. Прошло десять минут.
– Пойдём со мной, – сказала Марианна дочке.
Они зашли в комнату, где сидела Ольга Петровна с мальчиком.
– Я от вас ухожу! – заявила тридцатилетняя женщина.
Она вышла в коридор, надела сапоги и пальто.
– Мамочка, не уходи. Пожалуйста!
– Оставайся здесь, Дана, – строго сказала женщина.
Она чуть оттолкнула дочку, которая как котёнок прилипла к ней; открыла дверь и вышла. Ольга Петровна сразу же позвонила Борису и сообщила ему о случившемся. Он приехал…
Прошёл вечер среды. Борис и Ольга Петровна звонили Марианне, но она не отвечала… Пришёл четверг. Дети не пошли в школу. В пятницу начало казаться, что женщина пропала бесследно. Телефон её был выключен. В семье Воронковых стали волноваться. Особенно Борис был встревожен – он ходил из угла в угол, пил, срывался на родных.
Борис Анатольевич имел много хороших связей с разными и интересными людьми. Это было вполне естественно, учитывая его место работы, должность и сферу деятельности. И то, кем являлось его непосредственное начальство. Вечером пятницы он позвонил одному многоуважаемому чиновнику и попросил о помощи. Тот не отказал.