Данфейт

Рэй Даниэль Зеа

— Я принимаю твое предложение.

Дани, Орайя и Айрин уставились на Кимао.

— Ты? — не поверила своим ушам Данфейт.

— А почему бы и нет? Правда, есть одно условие. Одно маленькое условие, и деньги твои.

— Ты в своем уме? — не без удивления произнесла Айрин. — Как ты можешь?

Кимао на ее реплику не обратил ни малейшего внимания. Он вообще перестал узнавать ее в последнее время. Не начни она препираться, Данфейт согласилась бы на его первоначальное предложение, и парой проблем стало бы меньше. Но Айрин, видите ли, возмутилась. Кимао знал, что Дани уже «завелась», что в ее голове

крутятся мысли о том, где и как достать необходимую сумму денег, а это означало, что она ни перед чем не остановиться, чтобы добиться своего.

— Какое условие? — спросила его Данфейт.

— Я полечу вместе с тобой.

— Ты спятил! — возмутилась Айрин.

— Да я и не был нормальным, если ты помнишь, — ответил Кимао и улыбнулся Айрин.

Данфейт передернуло от этой улыбки. Внутри все затряслось и захотелось проехаться своим кулаком по его нагло ухмыляющемуся лицу, выражающему не просто желание, а саму похоть! Дани посмотрела на Айрин и перевела взгляд на Орайю. Дерева внимательно смотрел на Данфейт, наблюдая за тем, как ее глаза начинают сиять. Лицо ее изменилось в один миг, превращаясь в нечто, что хотелось запечатлеть в своей памяти. Она едва улыбнулась ему, всего лишь краешком губ, но этого было достаточно для того, чтобы во рту у Орайи пересохло. Данфейт продолжала пристально смотреть на него и, наконец, прищурилась, озарив все вокруг настоящей, искренней улыбкой. Орайе стало невыносимо душно. Что это? Что это такое? Орайя сглотнул ком, подступивший к горлу, и ощутил резкую боль в груди. Он обернулся и, посмотрев на брата, понял, что тот зол.

Кимао и сам не понял, как это произошло. Он смотрел на Айрин, но, в какой-то момент не удержался и взглянул на Данфейт. Shaihatus! У Кимао одеревенели ноги и так сильно заныло внизу живота, что он тут же переместил взгляд на брата, дабы отвлечься от порочных мыслей. И, Юга, не он один испытал похоть глядя на нее! Это вывело Кимао из себя. Легко, просто, в один миг, это заставило его утратить контроль над собой и пробить поле Орайи, словно мыльный пузырь.

— Тогда, не мог бы ты дать мне сейчас сто акроплей? Иначе я не доберусь домой, — как ни в чем не бывало, произнесла Данфейт и тут же ощутила, как теряет равновесие.

Схватившись за сестру, она застонала от боли, и Кимао, словно, от удара по лицу, пришел в себя. Машинально он достал из кармана своего костюма банковскую карточку Данфейт и протянул ее ей.

— Я перечислил на твой счет тысячу, остальные девять получишь позже.

— Уже перечислил? — удивилась она. — Когда?

— Вчера, — ответил Кимао и отвернулся.

Данфейт, Айрин и Орайя несколько секунд сверлили его взглядами.

— Спасибо, — вдруг произнесла Дани, но улыбаться зрячему не стала.

Глава 10

Преступив порог своей обветшалой комнатушки в общежитии, Данфейт чуть было не расхохоталась, но, вовремя одумавшись, схватилась за бок. Эрика сидела на кровати в своем розовом халате и пыталась стянуть в узел на затылке копну ярко-красных волос.

— Я думала, что тебя приковали к больничной койке.

— Так и было, пока за Бронаном не приехала его Милашка и не увезла его прочь.

— Почему ты зовешь ее «Милашкой»?

— Потому что она всегда такая милая — скривилась Эрика и едва ли не выплюнула это

слово, вместо того, чтобы его произнести.

— Ты собираешься с воспалением идти на занятия? — поинтересовалась Данфейт.

— У меня еще и ребро сломано, но сути дела это не меняет. Пропущенные занятия придется отрабатывать, а это, поверь, займет не один твой свободный вечер. Так что глотай пилюли, утягивай грудь и терпи — через несколько дней станет легче.

Эрике, наконец, удалось привести волосы на голове в порядок. Краситься она не стала, да и костюм попроще на себя надела. Невысокого роста девушка с красным оттенком кожи, алеющей на щеках, показалась Данфейт куда более интересной, нежели ее прекрасная сестрица Айрин. В Эрике было содержание, и смысл этого содержания хотелось постичь, в то время как в Айрин вопрошающий бы ничего не нашел, кроме самолюбования и расчета.

— Скажи, кому из нашей группы ты смогла бы доверить собственную жизнь? — спросила Эрику Данфейт, присаживаясь на кровать.

— Тебе, — ответила Эрика, обувая туфли.

— Спасибо за оказанную честь. А еще кому?

— Террею.

— И?

— Все.

— Ты же учишься с ними год? Неужели, кроме как на Террея, ты ни на кого не можешь положиться? — удивилась Данфейт.

— Одни из них не станут подставлять свою спину под удар, другие просто не смогут защитить в нужную минуту, потому как вообще ничего не умеют и ни к чему не стремятся. Я вижу, ты задумала что-то? Выкладывай.

— Что ты знаешь о ворисе? — спросила Данфейт и тут же оценила объем познаний Эрики об этом веществе.

Лицо подруги перекосило, а затем она и вовсе попыталась рассмеяться, но кашель вовремя вернул ее к реальности.

— Без зрячих на Атрионе нечего делать. Из-за высокой влажности на поверхности этой луны практически ничего не видно. Все в тумане, да таком густом, что ты вряд ли различишь кого-нибудь на расстоянии трех метров.

— А если со мной будет зрячий?

— Один? Слишком опасно. Минимум двое. Вообще, команда «ходоков» состоит, обычно, из четырех человек. Один ведет корабль. Трое являются непосредственными «ходоками».

— То есть охотниками?

— Нет, «ходоками». Они — приманка для каируса, которая заманивает жертву в ловушку и усыпляет ее, наполняя баллоны кровью животного. За рейд один ходок набирает, обычно, один баллон. За него он получает около двадцати тысяч акроплей. Это — прекрасная возможность сколотить огромное состояние, за исключением одного «но».

— «Ходоки» не всегда возвращаются с охоты? — предположила Данфейт.

— «Ходоки» часто не возвращаются с охоты, — уточнила Эрика. — Кстати, твой зрячий, Айрин и Орайя прославились тем, что в течение двух лет постоянных рейдов не потеряли ни одного члена своей команды.

— Не думала, что моя сестра станет исполнять роль приманки, — хмыкнула Данфейт.

— Твоя сестра не «ходок», она прекрасный пилот.

— Это занятие ей больше подходит.

— Да, я тоже не могу представить себе Белови, вышагивающей в амуниции по грязи и срубающей тростник на своем пути.

— Ты забыла, что я тоже Белови, — улыбнулась Данфейт.

— Извини. Старые привычки тяжело искоренить. Для меня до твоего появления существовала всего одна Белови, и звали ее Айрин.

— Так что, ты в деле?