Данди Бой Сказка на двоих...

Хабриев Гирихан

Макинтош ? Она сказала Макинтош ?

— Что с Макинтошем не того ?

Она перестала нарывать ягодки и посмотрела в темнеющее небо.

— Плохо всё.

— Не пойму ?

— А стоит ли ?

— Ох как...Говори же, Аурелa ?

— Он болен. И болен тяжело.

Глазки у неё чуть заслезились, а малыш почувствовал внутри себя какую-то измену.

— Чем ?

— Неизлечимо болен, и исход предвидится летальным. И потом…потом в скором времени...так говорят…— Дальше слова не шли.. —..а. я…а я ничем помочь

ему не в силах. Я люблю его, он мой брат единственный. Он приходится родимой мне кровинкой...Понимаешь Данди ?

Как же ему стало жаль его, но её ещё больше.

— А чем он болен, Аурелa ?

Он приобнял принцеску, которой стало слишком тяжко на душе.У которой, не секрет, так защемило в сердце, и у которой, неспеша ползли по щекам горькие слезинки. Опять они, эти сердечные слезинки ! — думал он.

— Лёгкие, Данди... — Лишь опечалено она проговорила.

— А что с ними ?

Знал же он, что вопросы эти, ну не к месту, ведь принцесску требовалось успокаивать, но уже спросил.

— У него хронический бронхит... — Удалось с трудом сквозь губки вымолвить ей. — ...и чем дальше, тем грознее болезнь обостряется. Ему с каждым месяцем дышать всё труднее и труднее.

— А доктора не в состояние вылечить его ? — Спросил малыш.

Он теперь понимал откуда брался у Aурелиного братика тот странный кашель частенько появлявшийся у него каждый раз когда они пребывали на улице или в домике, да где хотите. А про Зонта он соврал тогда пытаясь скрыть ему заболевание своё….Ох, Макинтош, так Макинтош, — дивился странник.

— Все доктора королевства не в силах что-то с этим сделать, как-то ему помочь, притупить хотя бы на короткий срок эту мерзкую неприятельскую волну что поселилась внутри него. — Ответила она не в силах с этим больше мириться. — Поздно, слишком поздно !

— Бронхит не излечим ?

— В нашем периметре королевства нет, и потом если и излечим то...

— То ?

—...не силами обычных амадеус...

— А какими силами ?

— Есть тут... — Тут она возобновила процессию по срыванию ягод ежевики, но ручонки у неё предательски тряслись, а голос слегка дрожал.. —...кое кто.

— Ты о ком ? — Данди следил за ней не отрываясь, когда она взгляд прятала. — Говори ? — Настаивал малыш.

— Пластилиновый человек. — Она решительно взглянула на него.

— Кто-о ? — Глаза его взлетели аж на самый лоб.

— Ты не поверишь, но в Старом лесу. ..обитает странное существо, знающее что противопоставить всяким негодным болезням, и имеющее определённые способности в этом деле а с ними экстракты готовые выветрить из тебя любую чуму.

— И ты молчала ? —Удивило его.

— Я не молчала, а понимала, что лучше если и умереть моему братику, то возле родной и любимой сестрёнки, у себя в домике у Луговой полянки... — Она глубоко вздохнула. —...но никак не вне его. Не там в хвойном лесу, блуждая в поисках пластилинового

человека. Это опасно, это рискованно для жизни каждого амадеуса.

— Я верю.

— Там злые волки, Данди...там лесная нечисть, ну а дальше...призраки. — Её передёрнуло. — Там отовсюду поджидает тебя множество опасностей, и место это... слишком отстранённое…слишком злое….Cловом, в лесу не безопасно.

Малыш слушал её внимательно, и почему-то вне зависимости от всех этих страшилок рвался как-нибудь освоить те пределы.

— Но Макинтош, ведь медленно уходит... — Сказал он.. —...он отдаляется от нас... — И прав был в этом. —...и это из твоих же слов Аурелa. Oн вскоре может умереть.

— Я не могу ему помочь ничем. Никто не сможет ! В тот лес я не пущу его, и он сам не пойдёт. А кто из амадеус ради нашего же горя решится пойти туда, рискнёт своей душой ? Кто станет ради нас шагать на верную погибель, туда, на поиски какого-то мифического пластилина ? — Глаза её поникли. —...пусть у того и мир в руках заточен !

— Аурелa ?

— А?

— А ты уверена что он вообще сам существует ? Кто мог видеть его воочию ?

Данди всем своим существом хотел им помочь.

— То слухи...собранные из легенд и мифов о Старом лесе нашими вчерашними отцами.

— Ясно.

— Но всё жe, верю что он есть.

— А призраки ?

Она отдёрнулась назад.

— Мы, амадеусы, боимся их !

— Но почему ? — Хотелось знать ему.

— Почему ? Ты спрашиваешь почему ?

— Мне интересно.

— Они вернулись мстить...

— Кому ? Вам ?

Но для чего ? — подумал он ещё.

— …всем амадеусам.

— И есть какие прецеденты ?

— Множество их... — Волнительно она сказала.

— Из мифов взято всё ?

— Порядком да...

— И где же это всё происходило ?

— На пути к Миру теней.

— Ты удивила.

— Чем же ?

— Терминами...и той целью что... — Он не стал произносить на сей раз слово —призраки, и закончил. —...они преследуют.

— Да, месть.

— Но а за что ? За что им мстить ?

Малыш видел как она противилась давать ответы.

— За ту несправедливость, что по сей день здесь учиняют короли, a мы, стало быть, в большинстве своём поддерживаем их в этом.

— Вот и хотелось бы узнать, и о какой несправедливости тут речь идёт ?

— Данди ?

— Да ?

— Я б не хотела углубляться во всё это. Ты пойми ?

Он понимал её. Ей не до этого сейчас, тут дело поважнее, брат в большой опасности.

— Я тебя не принуждаю...Аурела.

— Вот и славно.

— Но вот что ?

— Что ?

— А сколько, ну примерно, времени у Макинтоша чтобы жить ?

Принцесска перестала нарывать ежевику и безнадёжно посмотрела вдаль, на природные красоты Акустического леса одетого яркой зеленью и заторможено произнесла.