Дан
Шрифт:
— Все вон их дома. — Крикнул я. — Быстро!
— Дан, есть надежда? — Адди растерянно смотрел на меня.
— Забирай всех и быстро на улицу! — Я закричал на кузнеца.
Кузнец схватил жену, закричал на дочь:
— Все из дома.
Через две минуты в доме не осталось ни кого. Я осторожно пошел по жгуту, осматривая ментально дорогу. В коридоре, жгут уходил через лестничный проем на второй этаж. Я посмотрел по направления жгута и увидел виновника болезни сына кузнеца. Над лестницей, на деревянной балке сидела «сколопена». Я принюхался и увидел домушника.
Я закрылся ментальным щитом, набросил вокруг сколопены три ментальных петли, натянул ментальный лук и выпустил первую ментальную стрелу в тварь. Затянул ментальные петли.
Сколопена закричала страшным голосом, стрела пробила ее защиту и нанесла небольшую рану на теле. Увидев меня, она бросилась в атаку. Наглая тварь и не думала отступать. Я встретил ее ударом меча, усиленного ментальным, и ушел с линии атаки. Сколопена получила страшную рану в голове, но это ее не остановила, а лишь взбесило. Она с разворота опять бросилась на меня, я отскочил с линии ее прыжка, и нанес рубящий удар прямо по верхним, торчащим из тела конечностям. Мечь отсек верхние членистые лапы и врубился в тело сколопены, я накинул на нее еще петли и притянул ее к колонне из дерева, поддерживающую второй этаж строения. Тварь попыталась дернуться, лопнули две ментальных петли. Я набрасывал на сколопену дополнительные петли, фиксируя ее к колоне намертво. Тварь напряглась, дерево колонны затрещало, но колонна выстояла. Я тоже не дремал: меч беспрестанно наносил удары, ментальные «когти смерти» рвали плоть сколопены на кровавые куски. Тварь все-таки успела меня зацепить когтем, из раны на груди текла кровь.
Вид моей крови привел меня в ярость, я вдруг взбесился и начал с такой яростью наносить удары сколопене, что если она раньше визжала от каждого удара, то теперь ей визжать пришлось почти беспрестанно. Через минуту все было кончено. Сколопена обессилено повисла на ментальных петлях и запросила пощады.
— Ты знаешь закон. Мне нужна клятва. — Прорычал я. — Дан мое имя.
— Клянусь быть рабом Дану, человеку! Являться по любому зову, служить честно, не замышлять и не делать любого вреда для моего хозяина! Я Шали рабыня, Дан мой Хозяин! Клянусь своим именем Шали. Клянусь тьмой матерью всех
Над головой сколопены вспыхнула черная звезда и погасла, подтверждая, что клятва услышана.
— Верни мальчику то, что у него украла. — Распорядился я. — И вали отсюда.
Я подошел к домушнику, жгуты сколопены с него исчезли, и он начал истаивать.
— Куда? — Я накинул на него ментальные петли. — Подожди мой друг. Ты наверно не понял кто перед тобой? Мой маленький дружочек?
— Я понял. — Домушник был напуган.
— В таком случае, куда ты так спешил?
— Я за новой рубашкой для вас и за мокрыми полотенцами, чтобы стереть кровь с вашей груди. Вашу рану я уже лечу. — Домушник был очень учтив, хотя и побаивался меня.
— Быстро. — Согласился я. — Еще мне нужен
— Слушаюсь.
Я отпустил домушника и пошел посмотреть мальчишку. Сын кузнеца спал, ему явно полегчало. Появился домушник со стаканом вина, рубашкой и мокрыми полотенцами.
Я снял куртку, домушник стер кровь, рана на груди затянулась, надел новую рубашку и свою куртку. Благосклонно принял стакан вина у домушника и сразу его выпил.
— Можно заняться уборкой дома? — Спросил домушник.
— Подожди. — Мне явно стало легче. — Сколько у кузнеца денег в наличии?
— Сейчас у него в доме есть триста двадцать два золотых и восемнадцать монет серебра.
— Все иди, занимайся уборкой дружок.
— Спасибо вам господин, вы спасли мою жизнь. — Домушник исчез.
— Только ты про это не забудь! — Я пошел к выходу из дома.
Кузнец ждал меня за калиткой своего дома. Увидев меня, подбежал ко мне:
— Дан, ну что?
— Что? Будет жить. Сейчас спит. — Я хмуро посмотрел на кузнеца.
— Правда? — В глазах кузнеца мелькнула надежда.
— Иди, проверь. — Разрешил я. — Опасность миновала. Можешь заводить семью назад.
Кузнец, убежал в дом. Я сел на лавочку у забора и вытянул ноги, напряжение начло спадать, я почувствовал, что очень устал. Схватка вымотала меня, крови я тоже потерял не мало
Прибежал Адди со счастливым лицо, сел рядом и вложил в мои руки увесистый кошель.
— Здесь триста двадцать золотых. Больше у меня нет. Спасибо тебе Дан за сына.
— Адди. Отсчитай мне сто пятьдесят золотых. Этого хватит. Тебе, как и мне, деньги достаются тяжелым трудом. Я не намерен обдирать тебя до нитки. — Я улыбнулся кузнецу, он был честен со мной, это мне понравилось.
— Нет, Дан. Я ведь считал, что уже все. Ты вернул мне сына. — Кузнец улыбнулся. — Деньги это наживное, а сын у меня один. Деньги твои по праву.
— Я не возьму у тебя лишнего. — Я отсчитал сто пятьдесят золотых, остальное отдал Адди со словами. — Ты достойный человек, а я не грабитель.
Кузнец, улыбнулся, забрал деньги и протянул мне руку.
— Можешь считать меня своим другом Дан. Я ни когда не забуду услугу, какую ты мне оказал.
Мы пожали друг другу руки.
— Дан, подожди. Есть известие для тебя. — Остановил меня кузнец, увидев, что я собираюсь уходить.
Я остановился и вопросительно посмотрел на Адди.
— Тут ошивались люди от Локроу. Расспрашивали о тебе. Ты избил и обобрал Хромого и его людей. Это вряд ли тебе сойдет с рук. Будь настороже. — Предупредил меня кузнец. — Я слышал, у бандитов сейчас идут внутренние разборки и передел власти, это отвлекло Локроу от тебя, но он ни когда не забывает нанесенных ему обид и оскорблений.
— Спасибо Адди. Буду иметь в виду. — Я кивнул кузнецу и отправился на пристань.
— Дан, что так долго? — Спросила меня Донь. — Мы ждем тебя уже минимум полчаса.
— Так получилось Донь, извини. — Я протянул девушке мешочек с золотыми. — Пошлите, купим, мне лук. — Предложил я.
— Пошли. — Согласились девушки.
— Что в мешочке? — Поинтересовалась Зари.
— Сто пятьдесят золотых. Кузнец заплатил за быстрое излечение сына от смертельной болезни. — Я улыбнулся.