Дань. Без права на любовь
Шрифт:
Глава 1
Еще вчера воздух нашего сада пах жасмином и был наполнен журчанием фонтанов. В саду пели птицы и летали бабочки, перелетая с цветка на цветок. Жизнь казалась прекрасной, и ничто не предвещало беды. Тогда еще мы не знали, что натворил отец.
Сегодня все изменилось и воздух запах каленым железом и гарью. А в город, в наш цветущий Майсар, вошли чужаки. Они называли себя лейсами – львами. А их предводитель, покоривший все маленькие царства, похожие на наше, собравший их воедино под свою железную длань, именовал себя кабиром,
Год назад он прибыл во дворец и встречался с эйятом, моим отцом. Они заключили договор, по которому были обязаны платить дань этому страшному чужаку. Дань за то, что он не трогал наши земли и наших людей. И вот миру пришел конец.
Стоя у окна, я следила, как отряд грязных варваров ворвался на территорию дворца. Я видела, как пылают резные ворота, державшие оборону до последнего. И вот прекрасные цветы давят тяжелые сапоги, а сердце застывает от ужаса, который сковал меня, не позволяя двинуться с места. Все, что я могу, это стоять и наблюдать, пока чужаки уничтожают то, что я люблю.
– Ваше высочество!
Голос, прозвучавший за спиной, заставил меня вздрогнуть и обернуться. Я увидела старого слугу. Лицо его было перекошено, руки подрагивали, а в глазах поселился страх.
Я распрямила спину, пряча чувства за маской спокойствия. Но видят боги, мне это далось нелегко.
– Ваше высочество, эйят Бахтияр велел вам прийти в большой зал, – слуга был настолько напуган, что даже забыл поклониться. Но я сделала вид, будто не заметила. Сейчас не до церемоний.
– Зачем? – спросила я. Мне казалось, что в своих покоях на территории сераля я в безопасности. В самом деле, не станет же кабир Джад воевать с женщиной? Но что, если я ошибаюсь и его гнев настолько велик, что чужака ничто и никто не остановит? Грех отца велик. Он рискнул и проиграл. И теперь нам всем, возможно, придется платить за его ошибку.
– Я не знаю, госпожа, – проговорил Касим. – Мне велено привести вас в большой зал, – повторился он. – Повелитель лейсов (лейс – лев. прим. автора) уже взял дворец.
– Хорошо, – я указала ему рукой на дверь. – Выйди. Мне надо привести себя в порядок.
Слуга поклонился и покинул покои. А я подошла к сундуку, достала черный никаб (платок, закрывающий лицо, с прорезью для глаз. Прим. автора) и надела, пряча лицо от посторонних глаз. Затем распрямила спину, бросила быстрый взгляд в зеркало на глаза, подведенные сурьмой, отчего они стали еще больше и выразительнее. На миг замерла, прислушиваясь к шепоту сердца, и заставила себя успокоиться.
Не знаю, зачем я отцу, но игнорировать его просьбу я, как примерная дочь, не имела права.
Резные двери выпустили меня в коридор, залитый светом. Стоявшие у дверей стражники поспешно поклонились, а я нашла взглядом Касима и пошла вперед, позволяя ему и стражам следовать за спиной.
Сераль показался непривычно тихим. Не было слышно голосов наложниц. Не играла музыка, не звучали звонкие голоса. Но я видела, что из-за приоткрытых дверей выглядывали любопытные служанки. Завидев свою принцессу, они выходили, кланялись, а потом стояли, провожая меня взглядами, от которых отчего-то было неуютно.
Дальше показалась дверь, отделявшая сераль от основной части дворца. Касим выбежал вперед, открыл дверь предо мной, и я вышла в открытую галерею, где снова запахло гарью и бедой. Бросив взгляд в сторону, я усилием воли не позволила себе замедлить шаг, заметив чужаков, шныряющих по саду. Меня заметили, но ни один из лейсов и не подумал преградить мне путь.
«Вот так! – подумала я зло. – И не смейте. Я дочь эйята!» – но все равно облегченно вздохнула, когда галерея и сад остались за спиной.
Снова узорные ворота, а за ними тронный зал. Я увидела отца и рядом с ним незнакомца, огромного, как скала. Чужак стоял ко мне спиной, сжимая в руке тяжелый меч. Услышав тихие шаги, он резко развернулся и посмотрел на меня.
– Насира! – голос отца непривычно дрогнул. Никогда прежде не слышала, чтобы он звучал настолько неуверенно и был наполнен страхом, как сладкое вино виноградом.
– Отец, – я подошла ближе и преклонила голову, пряча глаза. Но успела рассмотреть чужака, точно определив, кто предо мной.
Конечно. Это был он. Великий Джад-завоеватель. Жуткий поработитель. Опасный враг, владеющий древней темной магией.
– Еще одна твоя дочь? – спросил предводитель лейсов и отец кивнул.
– Моя третья дочь. Самая младшая.
Раздались тяжелые шаги и Джад подошел ко мне. Я не хотела бояться! Очень не хотела, но задрожала, радуясь тому, что чужак не видит моего лица и не может прочесть то, что говорят глаза.
– Как твое имя, принцесса? – спросил Великий и наклонился ко мне. – Ты можешь поднять глаза. Я разрешаю, – добавил он, и меня передернуло от отвращения.
Он? Мне? Разрешает?
Я принцесса, а он просто варвар, который силой добился власти! Он и его люди, такие же дикари, которые не умеют ничего, кроме как воевать.
Страх отступил под давлением гнева. Надо же, как быстро во мне меняются эмоции. Только что боялась посмотреть на Джада, а теперь подняла голову и распрямила плечи.
– Гордая, – правильно истолковал мое поведение лейс.
– Насира! – позвал отец, словно призывая меня не делать глупостей.
Тут в зале раздались шаги. Затем женские голоса. Я узнала голос матери, а обернувшись, увидела, что она идет и сестры следуют за ней, пряча лица от чужака.
Интересно, где их нашли? В саду, или в сокровищнице?
За сестрами и мамой шли несколько варваров. Один, с длинными косами, держал на плече широкую дубину и ухмылялся.
– А вот и остальные принцессы, – Джад поманил моих сестер подойти ближе. Я оглянулась и поняла: они боятся, как и мать, лицо которой белее цвета полотна. Но она старается держаться так, как и достойно супруги эйята. Голова поднята, плечи расправлены, а в черных глазах неприкрытая тревога.