Дан приказ...

Пляченко Петр Федотович

–  Товарищ командующий! Я прибыл к вам по поручению представителя Ставки Верховного Главнокомандования маршала авиации Ворожейкина для выяснения вопросов авиационной поддержки вашей армии в последние дни.

–  Вы прибыли как нельзя кстати, - сказал Гастилович, - авиатор нам сейчас нужен позарез.

–  А разве представителя восьмой воздушной армии у вас нет?

–  Был, но уже с неделю отсутствует. Его ранило, он отправлен в госпиталь, а замены пока не прислали.

–  Есть ли у вас претензии к авиации? Будут ли заявки на действия самолетов в вашей полосе?
– спросил Павленко.

–

 Необходимо надежно подавить артиллерию и минометы противника, которые своим огнем мешают продвижению войск нашей армии и Чехословацкому корпусу.

Генерал Гастилович пригласил капитана к своей карте.

–  Из-за обратных скатов сон этой гряды высот, - командующий очертил карандашом районы сосредоточения огневых средств противника, - по боевым порядкам наших войск методически ведется огонь. Передайте авиационному командованию, чтобы оно как можно быстрее поставило задачу по подавлению и уничтожению этих огневых средств.

–  Будет исполнено, товарищ генерал.

Петр сделал соответствующие пометки на своей карте.

–  Какие еще будут мне указания?

–  Вдоль вот этих долин, - генерал вновь указал на карту, - танки противника неоднократно переходили в контратаки. Для удара по ним мы обычно вызываем штурмовую авиацию. Трудновато без авиационной поддержки наступать и особенно отражать контратаки танков. И еще просьба: нужно усилить прикрытием с воздуха наши вторые эшелоны и тылы армии.

–  Обо всем будет доложено командованию восьмой воздушной армии и представителю Ставки, - сказал Петр.

Павленко уже подошел к выходу, когда его остановил вопросом один из генералов. [227]

–  Не могли бы вы подробно доложить нам свежие данные о боевом составе и подготовке Чехословацкой авиадивизии, о том, как она воюет и где сейчас базируется?

У Павленко были последние данные о Чехословацкой авиационной дивизии, и он охотно поделился ими.

–  Командование нашей армии считает, - сказал далее генерал, - что совместные действия Чехословацкого корпуса и Чехословацкой авиационной дивизии были бы целесообразны во всех отношениях. Поэтому необходимо базирование этой дивизии приблизить к полосе нашей армии, а в Первый Чехословацкий армейский корпус направить представителей чехословацкой авиации. Это необходимо…

–  Товарищ генерал! Об этом будет немедленно доложено командованию восьмой воздушной армии и представителю Ставки Верховного Главнокомандования.

Получив несколько советов, Павленко направился в небольшой блиндаж оперативного дежурного офицера подробнее разузнать о действиях авиации в полосе 8-й армии за последние дни.

Возвращаясь в штаб, капитан вспоминал о виденном и слышанном в тот день. «Ну как же можно продвигаться вперед, - думалось ему, - в таких тяжелых условиях без мощной поддержки с воздуха? Да и самолетам, выполняющим боевые задачи в интересах войск восемнадцатой армии и Чехословацкого корпуса, нелегко отыскивать и точно поражать хорошо укрытые в горах и лесах огневые точки и живую силу врага».

По прибытии капитан Павленко немедленно доложил маршалу авиации Ворожейкину о результатах поездки в 18-ю армию, об авиационной поддержке войск этой армии и Чехословацкого корпуса.

Григорий Алексеевич сразу же встретился с командующим 8-й воздушной армией генерал-лейтенантом

авиации В. Н. Ждановым и заместителем командующего по политчасти генерал-майором авиации А. Г. Рытовым, отдал им соответствующие указания для лучшей организации авиационной поддержки войск 18-й армии и 1-го Чехословацкого корпуса.

Г. А. Ворожейкин обсудил с командованием 8-й воздушной армии вопросы, связанные с боевыми действиями авиации в полосах наступления других общевойсковых армий в предстоящей Моравско-Остравской [228] наступательной операции. Особое внимание представитель Ставки обратил на материально-техническое обеспечение авиационных соединений, а также на укомплектование частей летным составом. Уточнили конкретные задачи авиации в новой операции. Командующий 8-й воздушной армией доложил свой предварительный план. В нем предусматривалось проведение авиационного наступления во всем объеме: предварительная авиационная подготовка наступления, поддержка атаки и авиационное сопровождение в глубине.

–  Разведка уже вскрыла много важных вражеских объектов и целей, - сказал Жданов, - которые необходимо разрушать и подавлять нашим бомбардировщикам перед наступлением во время предварительной авиационной подготовки.

–  Где находятся эти объекты? Давайте посмотрим на крупномасштабной карте, - предложил маршал авиации.

Генерал Жданов показал объекты ударов бомбардировщиков. Это прежде всего резервы противника северо-западнее и юго-западнее Остравы; опорные пункты в полосе предстоящего прорыва и командные пункты. Бее они укрыты в прочных инженерных сооружениях или каменных жилых зданиях. Особенно много железобетонных и каменных двухэтажных, многоамбразурных дотов в пятнадцати - тридцати километрах северо-западнее и западнее города Остравы, как раз там, где намечался прорыв. Для разрушения этих огневых сооружений, по словам командующего, потребуется минимум трое суток, огромные силы и большое количество бомб.

–  Все это так, - заметил Ворожейкин, - доты в полосе прорыва будем разрушать. Ну а как быть с резервами? Посмотрите на карту. Тактические резервы гитлеровских войск расположены в непосредственной близости от рабочих поселков, примыкающих к заводам, а в некоторых местах прямо на территории крупнейших промышленных предприятий. Здесь они, по всей вероятности, останутся до начала нашего наступления. Бомбардировать тут противника - значит разрушать и промышленные объекты Моравско-Остравского индустриального центра. Этого делать мы не должны. [229]

–  Политорганы фронта и армии уже сделали немало, - сказал генерал Рытов, - во всех авиационных частях политработники, партийные и комсомольские организации разъяснили личному составу смысл освободительной миссии наших войск и то, как действовать на территории Чехословакии. Авиаторы прекрасно понимают свою задачу и сделают все, чтобы оградить жителей страны от ужасов войны и спасти от разрушения невоенные объекты.

–  Командующий фронтом выбрал очень узкую полосу прорыва северо-западнее Остравы, - заметил генерал Жданов.
– Там нет ни заводов, ни шахт, ни населенных пунктов, там одни лишь оборонительные сооружения. Значит, угрозы мирным объектам со стороны авиации при подготовке к прорыву не будет. Вот только не ясно, как быть с резервами?