Дан два.
Шрифт:
– - Что там с баронессой?
– Спросил я, когда Лизи села за стол напротив меня.
– - Злая, со слезами на глазах.
– Мягко улыбнулась мне Лизи.
– Вы ее чем-то обидели?
– - Нет, она уже родилась обиженной.
– Усмехнулся я и перевел разговор на другую тему, обсуждать Касану с горничной не входило в мои планы.
– Что говорят горожане? Выстоит город?
– - Выстоит господин барон.
– Улыбнулась мне девушка.
– Говорят, даже члены Воровской гильдии записались в ополчение! Убогая Силита сказала, что 'если завтра берсек упадет у портала, то маленький, сожрав большого, зажжет белую звезду победы'. Она конечно сумасшедшая, но к ее словам прислушиваются.
– - 'Берсек
– - Да, господин барон, так она и сказала.
– Кивнула мне горничная.
– - Я не понимаю скрытого смысла этих слов, а ты?
– - Я тоже господин барон, но мне нравится слово 'победа'!
– - Она что провидица? Эта городская убогая?
– - Да, городская убогая, ее жалеют, подают, этим и живет.
– - Ладно, если отобьемся от шлихов, покажешь мне ее.
– - Как пожелаете.
Мы немного поболтали, я закончил ужин и отправился в свой кабинет, прихватив с собой графин с соком. Он мне понравился, легкий кисловато-сладкий привкус действительно сбивал жажду и освежил меня. Через полчаса я заснул.
Глава пятьдесят первая.
Штурм города кочевники начали засветло. В этот раз из лагеря кочевников первыми выступили шаманы. Около пятнадцати человек с песнями и подвыванием стали на расстоянии лиги от городских стен и, разложив костер, начали пляски вокруг него. Шаманские бубны с размеренного ритма постепенно начали ускоряться. К костру поднесли небольшую доску и поставили ее ребром у костра. Дальше я наблюдал необыкновенное действии. Кривляясь, вопя, шаманы начали исполнять дикий танец, дергая и тряся руками и ногами. Ритмы все ускорялись и ускорялись.
– - Тректх!
– Сработала катапульта: в прыгающих и дергающихся шаманов полетели камни.
Капитан Ракти счел танец агрессией и приказал начать обстрел, от действий шамана он не ждал ни чего хорошего. Камни ударили в ментальный щит и рассыпались по округе, шаманы держали защиту в этот раз гораздо серьезней. Ущерба нанесено не было. Шаманы достигли пика своей пляски. Бой бубнов перешел в постоянный гул. Шаманы с криками начали по очереди подбегать к стоящей на ребре доске и наносить в исступлении по ней удары маленькими топориками. Полетели во все стороны щепки. Эффект шаманского колдовства был ошеломляющий: вчерашний пролом в городской стене стремительно вычищался, во все стороны от ударов ментальными топорами полетели камни, бревна, вставленные для укрепления пролома. Все кто находился там из защитников крепости, были раздавлены.
– --- Тректх! Тректх!
– Сработало сразу две катапульты, отправив в полет камни.
Ментальный щит шаманов выдержал, но сразу пятеро из них завалилось на землю от перенапряжения. Это не остановила рубку стоящей на ребре доски. Топорики шаманов заработали быстрей: пролом в городской стене начал расширятся.
– - Тректх!
– Груда камней ушла в полет, ментальный щит шаманов начал рассыпаться, шаманы начали падать один за другим, их подхватывали на руки и уносили.
Через минуту не осталось не одного: доска была перерублена, шаманы обессилили и их несли к центральному шатру в лагере шлихов. Запели барабаны и рожки. Орда пошла на штурм. Небо почернело от тысяч стрел выпускаемых
Перед стеной вспыхнула тонкая, горящая ярким синим светом, линия, длиной не меньше лиги и полетала в метре от земли в сторону мчащихся к городским стенам шлихов. Я удивленно смотрел как 'Струна ветра', так подсказало мне название заклинания второе сознание, прошла через наступающую орду, рассекая на части мчащихся кочевников вместе с их ящерами, пролетела еще с половину лиги и рассыпалась искрами синего огня. Эффект был потрясающим! 'Струна ветра', развалив защиту шаманов над их войском, разрезала на части как минимум полторы тысячи, если не две, мчащихся к городу кочевников вместе с их ящерами.
Магов подняли на руки и понесли в ближайшее здание: все пятеро потеряли сознание. Обмен магическими ударами между двух сторон закончился, шаманы восстанавливали над ордой магический щит, закрывая ее от стрел и болтов, летящих со стены в наступающее по трупам своих бойцов войско.
– - Началось! Отступить за баррикады от пролома! Лучники и арбалетчики, сидящие на крышах домов, приготовиться! Как только войдут в пролом, начать стрельбу только по моей команде!
– Раздались команды капитана Ракси.
Орда наступала на город с двух направлений, к местам с засыпанным рвом и к пролому, одного из этих мест, расположенному на краю. Взлетели лестницы, шлихи полезли на стены. В пролом начали влетать первые кочевники. С городских стен полилась горящая смола, полетели камни, обстрел наступающих из арбалетов и луков велся непрерывно. В пролом вступили первые сотни кочевников.
– - Огонь!
– Пришел приказ.
Зашуршали в воздухе летящие стрелы и арбалетные болты. Ураганный обстрел развалил защиту нападавших и остановил наступление: раздались вопли и крики, не меньше пяти сот шлихов попадало под ноги напирающих сзади. Образовался 'котел', влетающих в пролом расстреливали с крыш, а тех, кто успел подняться на баррикады, дорубали стража, наемники и ополчение. Началась сеча.
Натиск на стены и в проломе все рос и рос, шлихи шли волнами, и каждая из них была все сильнее и сильнее. Образовались очаги прорывов через стены, в которые капитан Ракси постепенно добавлял и добавлял свежие отряды. Шло противостояние: сила на силу. К обеду штурм достиг своего апогея.
– - Дан, приготовься.
– Ко мне подошел капитан Ракси.
– Примерно через час, я хочу, чтобы ты с гаудами и тремя сотнями свежих стражников и наемников, одним ударом выбили шлихов из котла и начнем закладывать пролом в стене. Это изменит расклад сил в нашу пользу и будет легче держать оборону. Мы сократим этим линию обороны и высвободим бойцов для городских стен. Люди выдыхаются.
– - Разумно.
– Кивнул я.
– Откуда планируешь нанести удар?
– - По центру. Со стороны городской площади, занимайте позицию и через минут сорок или час начнем.
– - Хорошо.
– Мы с гаудами пошли к баррикадам перекрывающим центральную улицу ведущую к городской площади.
Через двадцать минут отряд из трех сотен отборных наемников и стражи, последний резерв оставленный капитаном, и я с гаудами, заняли позицию. Трем подошедшим магам, капитан начал объяснять, что им надо сделать.