Дамский гамбит
Шрифт:
А вот Светлане в музее понравилось. Женщина ясно видела это по блестящим глазам племянницы.
«Я же говорила, куклы бесподобные!» — победно улыбалась девушке тетка.
Полина смежила тяжелые веки и увидела себя бегущей по бесконечному полутемному туннелю.
Закопченные стены сочатся сыростью. Вода хлюпает под ногами. Впереди замаячила неясная фигура. «Это кто-то из мерзкого музея! — вспыхнуло в голове. — Кукла». В страхе Полина замедлила шаг. Тень не шевелилась, словно поджидала, когда женщина подойдет поближе.
Тяжело дыша, Полина
Там, сзади, тоже кто-то был. И сейчас он спрятался, притаился. Сердце застучало оглушительно.
Воздух стал ледяным, словно фигуры, копошащиеся в темноте, источали холод. Женщина медленно развернулась и, с трудом переставляя ноги, двинулась вперед. Белое лицо ждущего ее сияло впереди, как дорожный знак. Нет. Конечно же, это не сбежавший из музея Наполеон или Гитлер. Дорогу женщине преградил несчастный дурачок Вася, которого она бросила на произвол судьбы. Полина сделала еще несколько шагов и завизжала.
В жалких лохмотьях, с полубезумным взглядом искаженного страданием лица перед нею стоял Николай.
Полина подпрыгнула в кровати и проснулась.
Сердце бешено колотилось. Мышцы ног болели, точно женщина наяву убегала от смертельной опасности. Полина села и судорожно сжалась, пытаясь унять дрожь. Ужасный сон из тех, что называют вещими. Без сомнения, Николай попал в лапы «секстантов». Он ведь сам и привел в дом негодяя Родю. Не случайно Светлана с прямо-таки ледяным спокойствием относится к исчезновению родного отца. Видимо, ждущие внушили девушке, что тот послан от общины куда-то далеко-далеко с тайной миссией. А на самом деле слабовольный зять Полины, доведенный до полубессознательного состояния, со сворой бомжей ищет себе пропитание в мусорках.
Нет-нет. Как там говорят Рязанцев и Капитолина Юрьевна? Надо верить в лучшее. Возможно, в Старом Бору есть еще один «Каменщик». Это надо срочно выяснить.
Утром Полина встала раздраженная и разбитая.
Как только племянница ушла, тетка позвонила в платное справочное бюро и попросила найти адреса и телефонные номера всех строительных фирм города, в названии которых присутствует слово «камень». Таковых оказалось аж три. На Павлуновского. Ее Полина уже посетила. Остались «Бетон и камень» и «Именитый каменщик». Женщина позвонила в последний. На ее вопрос, где найти Полунина Николая, ответили коротко и ясно: «Таких не держим». Телефон «БиКа» не отвечал. То ли его отключили за неуплату, то ли аппарат сломался. Хочешь не хочешь, а надо ехать на окраину города, на Бебеля. Именно там «прописана» фирма.
Полина взяла сумочку и остановилась; услышав, как в замке поворачивается ключ. Неожиданно вернулась племянница.
— Я никуда не ходила, — сообщила она, пряча глаза. — В парке просидела. Не хочется мне сегодня идти.
Обрадованная Полина мгновенно забыла о Николае.
— Не хочешь — значит, не ходи. Насиловать себя — страшный грех.
— Надо, — Светлана потянула себя за выбившуюся из некрасивого тугого пучка прядь волос.
— Кому? Тебе?
— Просто я очень устала, — попыталась оправдаться перед собою девушка.
— Конечно. Потому что ничего не ешь! У тебя авитаминоз. Еще несколько недель сектантской
Светлана грустно улыбнулась:
— До чего же ты любишь сочинять!
— Не веришь мне, спроси у доктора.
Тут Полина вспомнила о Рязанцеве и слегка! покраснела.
— Предлагаю сытно позавтракать и лечь полежать. Встать в обед. Хорошо поесть и пойти гулять.
— Растительная жизнь, — скривилась Светлана.
— Да. Зато самая полезная. И вообще, надо же иногда отдыхать. Это просто выходной.
Полина видела, что девушка и сама хочет, чтобы ее уговорили. Однако, когда Светлана с книгой забралась на диван, вид у нее был, как у преступницы. Время от времени племянница вскидывала голову, прислушивалась. Точно ждала, что вот-вот за нею придут.
К радости Полины, в их квартире не появилась встревоженная физиономия Роди. Женишок даже не позвонил. Весь этот день и следующий женщины отважно бездельничали.
Вечером за чаем Светлана сказала:
— Завтра ты уезжаешь.
Фраза прозвучала как констатация факта.
Полина растерялась и внимательно взглянула в юное лицо напротив. Старательно равнодушное, оно не обмануло женщину.
— Да, отпуск закончился, — медленно произнесла тетка.
Эта проблема не выходила у нее из головы.
Мирно решить ее, увы, невозможно. Нечего и думать уговорить шефа дать подчиненной еще несколько дней свободы. В голове Петра безостановочно щелкает машинка, подсчитывающая урон из-за незапланированного отсутствия лучшего дизайнера. Со Светланой все более-менее нормализовалось. Племянница уже не смотрит на тетку волком. К ждущим девушка явно охладела. В следующий выходной Полина обязательно приедет в Старый Бор. А в июне они вдвоем отправятся к теплому морю.
Женщина нервно помешала ложечкой чай, приготовившись откупиться от племянницы конфеткой-обещанием. И вдруг перед ее внутренним взором возник обеспокоенный Рязанцев. «Ты должна доказать ей на деле свою любовь. Понимаешь? Дать не то, что сама считаешь нужным, — новое платье, туфли. Спроси, что хочет она!» — всплыл в памяти настойчивый голос чудо-доктора. Полина в задумчивости сделала большой глоток. «Они редко выпускают обратно свои жертвы», — не отступал Валерий Иванович.
И женщине показалось, что ее ответа ждет не только Светлана, но и затаившиеся на время «секстанты». Завтра помешанная тетка наконец-то уберется восвояси. И братья быстренько займут ее еще теплое место. Потому-то сейчас они ведут себя так смирно. Ждут. Терпеливо и спокойно.
И неожиданно для себя Полина продолжила:
— Но-о-о… В общем, я поживу здесь еще недельки две. Если ты, конечно, не против.
Девушка молча кивнула и слабо улыбнулась.
Женщина с удовлетворением отметила, что в последние дни от лица племянницы стала то и дело отставать постная маска. По привычке Светлана еще каждый раз возвращает ее на место. Но скоро та пойдет трещинами и скатится вниз. Девушка сама не заметит, как растопчет ее.
Утром в понедельник Полина, уединившись в ванной, с тяжелым сердцем набрала номер своей фирмы.