Дампир

Хенди Барб

Красавец Лони, едва она вошла, поднял голову, и на лице его отразилось величайшее облегчение.

— Магьер! — воскликнул он с таким видом, словно они знали друг друга уже долгие годы. — Господин Вельстил ждет тебя. Проходи скорее!

От неожиданности Магьер остановилась на пороге:

— Ждет?!

— Да-да, он уже несколько раз спрашивал, не появилась ли ты, — отвечал Лони с легким нетерпением, как будто и впрямь она обещала прийти гораздо раньше, да вот задержалась. — Ступай за мной.

Эльф поднялся из-за стола, и Магьер лишь сейчас заметила,

что он примерно одного с ней роста и сложения. На нем были простого покроя, но ладно сшитая белая рубашка и плотные черные штаны. Он настолько явно демонстрировал желание поскорей провести ее к Вельстилу и вообще оказать ей всяческую помощь, что Магьер пришла в голову одна идея.

— Лони, не мог бы ты одолжить мне кое-какую одежду? — устало спросила она. — Если пожелаешь, я за нее заплачу.

На поход к портному времени у нее не было, а сражаться с Рашедом в этом платье она просто не могла. Магьер ожидала, что Лони одарит ее озадаченным взглядом, и потому испытала прилив благодарности к эльфу, когда он лишь окинул взглядом ее потрепанный наряд и понимающе кивнул.

— Разумеется, — сказал он. — Я приготовлю для тебя все, что нужно, заберешь, когда будешь уходить.

А ведь он знает, подумала Магьер, знает, что должно случиться этой ночью. Или же по меньшей мере догадался, что затевается нечто крайне важное, если уж почетный постоялец «Бархатной розы» так настоятельно желает видеть Магьер, легендарную охотницу на вампиров. К ее поясу была прикреплена сабля, а Лони даже не потребовал, чтоб она перед входом сняла оружие.

Эльф провел Магьер через роскошную общую залу, мимо картин на стенах, ваз и распустившихся роз. Вслед за ним она снова спустилась по лестнице к комнатам Вельстила.

Легонько постучав в дверь, Лони объявил:

— Она пришла, сударь.

Не дожидаясь ответа, он распахнул дверь, почти втолкнул Магьер в комнату и тут же плотно прикрыл за ней дверь.

Вельстил сидел все в том же кресле, что и в прошлый раз, только сегодня он не читал, а был погружен в размышления. В комнате ничего не изменилось. И тем не менее при виде Магьер на лице Вельстила мелькнуло неподдельное удивление. Магьер наплевать было, что он подумал, однако она хорошо сознавала, что больше всего смахивает на трактирную служанку, от души повалявшуюся с сердечным дружком в стоге сена.

— Когда ты в последний раз спала? — спросил Вельстил.

— Не помню. И потом, я пришла сюда не для того, чтобы обсудить этот животрепещущий вопрос.

Магьер не замечала прежде, какие у Вельстила густые черные брови. Они казались еще чернее на фоне белоснежных седых висков.

— Зачем ты сюда пришла? — осведомился он, не вставая с кресла.

— Подумала, а вдруг ты в кои-то веки перестанешь говорить загадками и действительно мне хоть в чем-то поможешь.

Ее слегка раздражало то, что в комнате нет окон и единственный источник света — таинственный хрустальный шар Вельстила.

— До меня дошли слухи — уверен, что беспочвенные, — будто ты набрала себе в помощники рыбаков

и портовых рабочих.

— Это так.

Вельстил встал, и его всегда бесстрастное лицо дрогнуло от гнева.

— Распусти их по домам. Всех. Немедленно. Ты — дампир, и помощь неуклюжих и несведущих горожан только испортит твою охоту. Да и вообще с вампирами можно было покончить еще несколько дней назад.

Магьер скрестила руки на груди:

— Отлично. Тогда ты сам вместе с Лисилом будешь нести за мной колья и прочее снаряжение.

Тень гнева исчезла с лица Вельстила, и он усмехнулся.

— Боюсь, моя дорогая, что это невозможно. Я-то полагал, что ты умна, но ты, как видно, кое-чего все-таки не понимаешь. Это ты, а не я — дампир. Твое предназначение, суть самого твоего существования — уничтожение вампиров.

Вспышка ярости обожгла Магьер, и она, повинуясь порыву, выхватила саблю.

— Я устала играть в твои игры! Если ты хотя бы вполовину так сведущ, как утверждаешь, выкладывай все, что знаешь!

Вельстил задумчиво поглядел на острие сабли, устремленное к его груди, и снова поднял темные глаза на Магьер.

— Разве ты не чувствуешь, как растет в тебе гнев? Разве всякий раз, когда бьешься с вампиром, ты не ощущаешь, как возрастает твоя сила? — Он понизил голос. — Доводилось тебе слыхать глупую старинную поговорку, что зло, дескать, можно победить лишь добром? Это ложь. Зло можно победить только злом. Этим кровососущим тварям нет места в мире живых. И все же одному из них хватило, как видно, мудрости и даже самоотверженности, чтобы породить тебя.

Магьер опустила саблю:

— Что это значит?

Вельстил шагнул ближе:

— Я долго изучал бытие, обычаи и свойства вампиров. В первые дни после обращения свежеиспеченный вампир еще способен зачать или понести дитя. Кто-то из твоих родителей, скорее всего отец, был вампиром. Половина твоего существа принадлежит миру тьмы, миру, чьи создания вынуждены выпивать чужую жизненную силу, дабы продлить свое существование. Однако твоя смертная половина сильнее. Подобная неуравновешенность порождает в дампире безудержную ненависть к своей темной половине. Прибегая к силам своей сверхъестественной половины, дампиры становятся единственными, кто способен на равных сражаться с вампирами. Ну, теперь понимаешь?

Слова его хлестали Магьер, точно плеть. Она не могла, не хотела им верить… однако недавние события подтверждали, что Вельстил прав.

— Откуда ты все это знаешь? Я хочу сказать, откуда ты знаешь, что я — дампир!

Вельстил указал на кожаный ремешок и цепочку, выглядывавшие из выреза ее платья.

— По амулетам, которые ты так старательно прячешь. Откуда они у тебя?

Магьер помолчала. Разрозненные кусочки давней головоломки стали наконец-то складываться в цельную картину.