Дамиан...
Шрифт:
— Это я должен спрашивать у тебя, — Адан положил ладони в карманы брюк и неторопливо пошел ко мне. Его взгляд медленно скользил по чертам моего лица, а потом вовсе скользнул по телу — его очертаниям и видным участкам кожи. И почему мне казалось, что Монтеро смотрел на меня, как на приведение? Будто на то, что вообще не ожидал увидеть. Хотя, я на Адана сейчас смотрела точно так же. — Ты паршиво прячешься.
— Я хорошо пряталась, но… меня нашли, — буркнула и отвела взгляд в сторону. Так странно было разговаривать с Монтеро. Перед глазами тут же пролетало
— Кто? — Адан остановился лишь в паре шагов от меня.
— Дамиан, — ответила негромко. — Я жила тут в Аликанте, но буквально несколько дней назад мы с ним случайно встретились на набережной. Я попыталась убежать, но не получилось.
Повисла тишина, которая разбавлялась лишь отдаленно звучащей классической музыкой, но все равно я так отчетливо ощущала гнетущую тяжесть, которая пробиралась под кожу и оставалась там иглами.
— И?
Я подняла взгляд и увидела, что Адан еще более тщательно рассматривал меня, будто пытался что-то увидеть на моей коже.
— Что он тебе сделал?
— Ничего, — я отрицательно покачала головой.
— Он тоже сегодня тут? — спросил Адан и я кивнула. — Ты тут, как спутница Дамиана?
Я опять кивнула. Странно, но у нас почти получался разговор. Может, это по той причине, что Монтеро сейчас относился ко мне почти, как к человеку, а не, как к какой-то подстилке? Хотя, учитывая, что это был Адан, судить о чем-либо было рано.
Да и уже сейчас я ощутила в его взгляде нечто иное — злость.
— Раздражаешь, Чудовище.
— Взаимно, Монтеро, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы. Уже теперь наше общение напоминало прежнее.
— Ты родила его ребенка? Или сделала аборт?
— Родила.
— Серьезно? — Адан приподнял бровь и еще раз окинул меня взглядом. Особенно уделил внимание груди, талии и бедрам.
— Что тебя удивляет? — я скрестила руки на груди желая хоть как-то прикрыться. Несмотря на достаточно закрытое платье я почему-то ощутила себя чуть ли не обнаженной.
Монтеро напрочь проигнорировал мой вопрос и задал другой:
— Трахаешься с Дамианом?
— Какая тебе разница? — я возмущенно сдвинула брови. — Слушай, ты очень сильно помог мне полтора года назад. Можно сказать, что спас мне жизнь и я…
— Ты с ним трахаешься? — Монтеро будто вовсе было плевать на мои слова. Он, подобно хищнику, в одно мгновение оказался рядом и пальцами сжал мой подбородок. Заставил запрокинуть голову и своими черными глазами посмотрев в мои растерянные, спросил: — Раздвигаешь перед ним ноги?
— Не спрашивай о таком, — упрямо сказала, ощущая, как в этот момент полыхнули искры в воздухе и Монтеро, оскалившись, преодолел разделяющие нас расстояние, накрывая мои губы своими.
Я замерла. Просто не ожидая подобного, застыла на месте, не веря в то, что происходило, а Адан целовал отнюдь не ласково. Скорее болезненно и жадно. Так, что губы мгновенно покраснели и начали пылать. И руки парня слишком жесткие, но не тратящие ни секунды
Глава 15 Губы
В детстве Адан являлся для меня кем-то сродни принца. Было время, когда я млела при мысли, что он просто посмотрит на меня и улыбнется, но по мере взросления, мечты становились совершенно иными и, даже несмотря на смущение, ложась спать, я представляла разнообразные случаи при которых он меня поцелует.
Насколько же будоражащими были такие мысли. Мечтая о том, что однажды он наклонится и своими губами прикоснется к моей щеке, или, вовсе, его губы окажутся на моих, я жутко краснела и изо всех сил обнимала подушку, перекатываясь под одеялом. Сердце тогда стучало так, будто я пробежала марафон и внутри все искрилось.
В то время поцелуй Адана был моей самой сокровенной мечтой и я до сих пор прекрасно помнила, как ревела у себя в комнате, всякий раз, когда у Монтеро появлялись новые девушки. Их он целовал, а меня называл Чудовищем. Казалось, что в подобные моменты он меня убивал и я чуть ли не физически ощущала то, как моя душа болезненно трещала.
А вот сейчас, чувствуя его губы на своих, я запылала каждой частичкой своего тела. Злость пробила сердце подобно тысяче пуль и я, подняв руку, замахнулась, после чего изо всех сил влепила Монтеро пощечину. Он, отстраняясь, оскалился и сильнее сжал свою ладонь, которая уже была под моим платьем и так по собственнически сжимала попу.
— Сопротивляешься мне, Чудовище?
— Я сейчас убить тебя готова, — зашипела и посмотрела на Адана, взглядом полным гнева. Губы обжигало, а я почему-то подумала о том, что Дамиан меня давно не целовал. Полтора года назад он постоянно набрасывался с поцелуями.
— У тебя классное нижнее белье. Для Дамиана надела? — пальцы Монтеро сжались чуть сильнее и мне показалось, что после такого на коже обязательно появятся синяки.
— Я ни для кого его не надевала. Другое белье под это платье не подходило, — сказала резко, после чего извернулась и, вырвавшись из хватки Монтеро, отошла на несколько шагов. — Что только что было? Зачем ты меня поцеловал? Зачем полез под платье? — я была настолько взвинченной, что не смогла удержаться и начала активно жестикулировать руками. — Все еще считаешь меня шлюхой, с которой можно обращаться подобным образом? Да? Думаешь, что я настолько легкодоступна?
— Я много чего думаю, — Монтеро потер костяшками пальцев щеку, на которой виднелось еле заметное покраснение от моей пощечины. — Например, о том, что девушки надевают такое белье в том случае, если хотят, чтобы им вставили. Так сильно хочешь почувствовать член внутри себя, Чудовище?
— Ты невыносим, — произнесла на выдохе и качнула головой. В сознание вертелось множество грязных слов, которые я хотела высказать Адану, ведь, судя по всему, другого общения у нас не получалось, но Монтеро меня перебил.