Дальнобой
Шрифт:
– Да, есть такое-дело. А отцу тоже привет передавай и поблагодари за лошадей, вечером мы их вернём, – пообещал лесничий.
– Ладно, Аким Фёдорович, мне на ферму пора, отец ждёт. – Дмитрий легко вскочил в седло и с характерным топотом растворился в глубине улицы.
Аким подошёл к лошадям, похлопал статного жеребца. И не без удовольствия стал знакомить Вадима с питомцами кума.
– Вадим, смотри, какие красавцы. – Он похлопал белогривую кобылу. – Вернее, красавица и красавец. Смотри, какая девочка. Снежинка. Подойди. – Он жестом подозвал гостя и сунул Вадиму кусок хлеба, щедро посыпанный солью. – Ну, иди,
Снежинка покивала белогривой головой. Учуяв хлеб в руке Шёпота, зажевала губами. Вадим подошёл, протяну корку. Хлеб исчез, и кобыла заработала челюстями. Вадим, как ребёнок, расплылся в улыбке. И вдруг получил толчок в спину, обернулся и увидел, как жеребец фыркает и мотает башкой. Вадим немного опешил, не зная, что дальше делать, ибо хлеба у него больше не было. Аким выручил и сунул Вадиму корку. Через секунду жеребец тоже хрупал хлебом.
– Как тебе животинка? – Аким, не дожидаясь ответа, стал более подробно знакомить Вадима с лошадьми. – Вот это у нас Буян. – Аким похлопал жеребца по лебединой шее. – Будёновская рыжая, рыжая – в смысле масть. Выведена на одноимённом заводе, аж в сорок восьмом году. Отличный спортсмен. А это, – не унимался Аким, – Снежинка, породы «Хафлингер», об этой пароде упоминали аж в средневековых летописях. Изюминка породы – это золото-рыжая масть, белая грива и белый хвост. – Как бы подтверждая слова Акима, Снежинка тряхнула белоснежной гривой.
Спустя полчаса Аким навьючил Буяна, провёл Шёпоту курс молодого бойца. И через пять минут Вадим уже сидел в седле, на широкой спине Снежинки. Аким не соврал. Его на самом деле переполняли эмоции: с одной стороны, он радовался, как ребёнок, а с другой – ему было страшно. Таких чувств он не испытывал давно. Он сидел на живом существе, он был скован, ему казалось, что Снежинке тяжело под его весом. Но всё когда-нибудь проходит, вот и сейчас страх понемногу отступал. Оставались только позитивные чувства. Вадим от избытка эмоций не заметил, как они оказались на краю лесной поляны.
– Вот это и есть ведьмина поляна, а вот и камень. – Аким обвёл рукой поляну. – Ну что, работать будешь? – Вадим кивнул. – Ну, давай спешиваться. Смотри на меня и повторяй. – Аким продолжил обучение. – Держим поводья и гриву левой рукой. Правую ногу из стремени, наклоняем корпус вперёд, перекидываем ногу через круп, опля, и мы на своих ногах. – Лесничий перекинул поводья и держал Буяна под уздцы. – Ну, давай тетерь ты.
Шёпот прокрутил в голове последовательность действий. Опля, и тоже стоял на земле.
Поляна ему понравилась. Он походил, для вида поснимал, отрабатывая легенду. Подошел к камню, постоял, обошёл кругом. Что-то было в камне действительно притягательное. Когда он коснулся ладонью поверхности гранита, палец под перстнем зазудел так, что Шёпот невольно убрал руку и покрутил перстень, чтобы избавиться от зуда. В остальном всё было спокойно, ничего подозрительного, никакой тревоги он не ощущал. Только Аким время от времени вставлял шпильки, типа: «Ну что, журналист-охотник, нет в камне двери в потусторонний мир, или нашёл?»
Вадим немного с обидой отвечал.
– Да я и не искал, просто работа такая. – Ему явно не нравился весёлый настрой лесничего. В нём затеплился огонёк самолюбия. Шёпот решил удивить
– Аким Фёдорович, вчера Фёдор говорил, что в этих места рябчиков много. Я пройдусь вокруг полянки. – И, не дожидаясь ответа, потянул из притороченного чехла штуцер. Привычными движениями он быстро собрал ружьё. Лёгким движением накинул ремень на плечо.
– Ну, ни пуха, ни пера, – Аким кинул ему вслед.
– К чёрту.
Шёпот прошёл до конца поляны, переступил край леса и в две секунды скрылся в растительности. Задачи по добычи рябчиков он себе, конечно, не ставил. Ему нужно было обследовать окрестности поляны. И ружьё нужно лишь в целях безопасности. Обойдя почти всю поляну, он не заметил ничего подозрительного, лес как лес, поляна как поляна. Никаких странных следов.
Пока он обходил поляну, ему попалось три рябчика. Чтобы увидеть птицу из семейства куриных, манок ему был не нужен. Шёпот всё прекрасно слышал и видел. Слышал хлопанье крыльев вспорхнувшего на толстый сук сосны петушка, которого заинтересовал непонятный зверь на двух ногах. А глаз Шёпота безошибочно находил пернатую цель. Тем более, это было несложно, так как лес вокруг был сосновый, а значит, чистый, без густого подлеска, и просматривался далеко. Лишь редкие берёзы добавляли белых красок в рыже-зелёную палитру здешнего пейзажа. Описав круг и выйдя почти на то место, где заходил в лес, Вадим остановился. Ему оставалось пройти метров двести. Вадим остановился автоматически, сработали рефлексы, периферийным зрением он заметил на одной довольно рослой берёзе тёмно-коричневое пятно. Повернулся лицом к пятну, увидел, что пятно есть ничто иное как большой наплыв чаги, нависший в метрах семи от земли.
Вадим прыгал, конечно, неплохо, но не до такой степени. Он скинул ружьё с плеча, переломил штуцер, достал патрон «Hollow Point» (свинцовый носик). Такой боеприпас при попадании в цель раскрываться, увеличивая поражающий эффект. Вложил патрон в патронник, как снаряд в пушку. Захлопнул, приложил приклад к плечу, мягко нажал на спуск. Часть гриба превратилась в крошево, но два довольно крупных куска всё же отвалились и упали метрах в пяти от берёзы. Вадим подобрал куски гриба и направился в сторону поляны.
– Что, журналист-охотник? – Похоже, Аким решил закрепить прозвище. – Никак промазал. ИлИтак, ворон попугал. Дичь-то где? – Аким явно цеплял гостя.
Вадим не понимал, чем заслужил к себе такое-отношение. Решил вести себя достойно и как ни в чём не бывало подошёл к леснику.
– Да вот мая дичь. – Он протянул трофей.
Аким взял кусок чаги. Посмотрел Вадиму в глаза.
– Значит, не захотел божью тварь губить. Уважаю. А про чагу что знаешь? – Аким явно решил сменить тактику и перешёл на милость.
– Да батя меня с детства по лесам таскал, а мне и самому в радость всё это. – Он обвёл пальцем вокруг головы. – А чага, – Вадим улыбнулся, – да не одну кружку я этого чая выпил. Вот и сейчас подумал – лучше чайку, чем водочки.
– Уважаю. – Аким, растягивая слова, расплылся в улыбке.
Вадим с удовлетворённым самолюбием повернулся в сторону камня.
– Пойду, может, всё же какие-никакие следы найду. – Вадим остановился и повторил. – Следы… – В голове Шёпота молнией промелькнула картинка. Непонятные следы под окном, присыпанные сухими листьями малины. – Следы, старые.