Да начнется турнир!

Ершова Светлана

Спустя пять минут молчания и напряженных мыслей он прилег на бок рядом со мной.

— Малыш, посмотри на меня, — я повернулась, копируя позу мужа и упираясь своими коленями в его, — Я не знаю, что ты видела, но несмотря на это, могу рассказать! — на мои удивленно приподнятые брови, он ухмыльнулся. — Просто это всегда было похоже. Каждый раз, я только брал, ничего не давая в замен, удовлетворял свое желание, совершенно не заботясь о женщине. Поэтому могу с уверенностью сказать, что это было что-то жесткое, без какого либо намека на нежность, — я пораженно кивнула, вызвав на его лице улыбку, — И еще могу сказать, что я молчал. Ведь так? — опять кивок, а ведь я даже не обратила на это внимания, пока он не сказал. — А теперь скажи, моя сладкая, я хоть раз молчал с тобой? — нет, никогда. Я не могу представить

наши занятия любовью без его бархатистого рычания. Помотала головой отвечая. — Только ты, вызываешь во мне эти чувства, только с тобой я хочу быть нежным, ласкать каждый сантиметр, сладкого тела, ловя вскрики удовольствия, срывающиеся с манящих губ. Я схожу от тебя с ума, малыш! Никогда не сравнивай себя ни с кем из тех, кто был раньше. Все вместе взятые, они и одного твоего ноготка не стоят! — он шептал скользя подушечкой большого пальца по моим губам, эта невесомо нежная ласка и обволакивающий, тихий голос — расслабляли, вынуждая прикрыть глаза. Низ живота налился сладкой, тянущей негой, покрывая сознание туманом и уже не осознавая, что делаю, я обхватила ласкающий палец губами, посасывая, втягивая в рот, слыша в ответ гортанный рык. Палец у меня отобрали, заменяя на горячий язык, который неторопливо проник внутрь, лаская мой и вызывая его на танец. Сильная ладонь прошлась по спине, прижимая меня грудью к крепкому торсу, я с готовностью выгнулась, обвивая шею мужчины руками и зарываясь пальцами в волосы, даря ему свой стон наслаждения. Его рука прошлась вдоль моего тела очерчивая талию, оглаживая крутой изгиб бедра и не торопясь вернулась, осторожно сжав грудь, пальцы обхватили замок тренировочной куртки которая с вжиком разошлась, открывая обзор на черный, полупрозрачный бюстик. Супруг опрокинул меня на спину прижимая мускулистым телом к кровати.

Его губы обхватили налитой сосок, посасывая прямо через кружевную ткань в то время, как руки продолжали свое путешествие, поглаживая и выводя круги на разгоряченном теле, которое он постепенно освобождал от мешающей одежды. Расстегнув брюки, прихватив заодно и трусики он потянул их вниз, покрывая поцелуями каждый миллиметр освободивший кожи, заставляя меня таять под его неторопливыми ласками. Нежность! Сплошная нежность! Как мы забыли о ней, полностью отдавшись страсти? Сидя передо мной на коленях и держа лодыжку, он наконец стянул с нее брючки откидывая их в сторону, горячий язык прошел по ступне и нежные губы обхватили пальчики лаская, втягивая их в рот. Окинув восхищенным взглядом распростертое перед ним обнаженное тело, любимый заскользил кончиком языка по внутренней стороне ноги подбираясь к самому сокровенному. Добравшись, распахнул руками бедра, открывая себе доступ, сразу приникая губами, обхватив набухшую горошину, заставляя меня выгнутся навстречу изысканной ласке и выдохнуть его имя. Палец раздвинул шелковые складочки проникая внутрь поглаживая упругие стеночки, в то время, как рот терзал подрагивающий клитор, даря чистейшее наслаждение. Но этого мне уже было мало!

— Дэй, иди ко мне, родной, — муж навис сверху, медленно входя, заполняя податливое лоно до упора. Я провела ладонями по напряженным рукам с наслаждением ощущая каждую, твердую словно камень, мышцу, очертила широкие плечи и добравшись до шеи потянула его к себе. С легким вздохом он прижал меня торсом, приникая к губам, давая почувствовать всю его нежность и свой собственный вкус. Он двигался во мне мягко, неторопливо, с каждым толчком поднимая еще на одну ступень блаженства выше, и выше, и выше! С криком:

— Любимый! — выгнулась, улетая в небеса. Спустя пару толчков, муж ко мне присоединился. Обхватив его талию ногами, я поглаживала ладонями вздрагивающую от переживаемого им сейчас удовольствия спину и понимала, что не хочу чтобы этот миг заканчивался!

Но, мой супруг, был бы совсем другим демоном, если бы промолчал!

— Ну, как ты? Все хорошо? — он обеспокоенно заглянул в мои глаза.

— Ты у меня самый лучший! — прошептала в ответ, чмокнув его в нос. И вызвав самодовольную ухмылку.

— То-то же! А то устроила мне тут — не могу! Не буду! Стараться просто не хотела, а меня виноватым во всем сделала! — сказал он будничным тоном, откатываясь на подушку. Я задохнулась от такой наглости! Вот, как можно быть такой сволочью?!

Я вскочила на ноги вставая на кровать, и сделав вид, что обиделась и не замечаю веселых чертиков в любимых глазах, перешагнула эту наглую тушу и отправилась в ванную комнату, закрывая за собой дверь на задвижку. Включив теплую воду встала под упругие струи, не в силах перестать улыбаться. Ну, я, тебе сейчас устрою!

Не прошло и пяти минут, как в дверь поскреблись.

— Малыш, открой!

— Нет!

— Сладкая, давай поговорим?

— Нет! — я сидела на бортике ванной и с довольной улыбкой расчесывала волосы.

— Почему?

— Если я тебя увижу, то перестану злиться, а так, как-то надежней!

— Открой сейчас же!

— Нет! — я злила его специально, будя охотничий инстинкт! Нежность, нежностью, но поиграть тоже хочется!

— Я сейчас выломаю эту чертову дверь! — от рычащего голоса тело предательски заныло заставляя плотнее сжать колени!

— Кей тебе этого не простит, он еще от кровати не отошел!

— Плевать я хотел на Кея! Открывай!

— Не-ет! — и решив ускорить процесс, взламывания двери, выдохнула глубокий стон.

— Что ты там делаешь? — насторожился муж. Я положила расческу приготовившись к кульминации ответила.

— Ласкаю себя, ты же сам сказал, что я стараться не хочу! Вот, исправляюсь! — дверь с громким треском распахнулась, открывая обзор на стоящего в проеме супруга! О, да! Полностью обнаженный, длинные мускулистые ноги, кубики пресса, накаченная грудь, широкие плечи, взлохмаченные черные волосы и залитые тьмой глаза! Не от ярости, а от того, что поймал свою добычу! От этой картины мышцы между ног не просто дернулись — сжались в предвкушающем спазме, не в состоянии расслабиться! Я призывно закусив губу заглянула в беспросветную темноту мурлыкнув:

— Наказывать будешь?

— Ты даже не представляешь, как! — перекинув через плечо он понес меня в спальню. Уронив на кровать и подхватив под колени широко развел бедра входя одним резким сильным толчком. Я выгнувшись, натягиваясь сильнее, вскрикнула. Он замер, просто смотря, замер!

— Нравится? — прозвучал рокочущий вопрос.

— Но ты же, не двигаешься! — выкрикнула с отчаяньем вызвав на его лице опасную ухмылку.

— А это твое наказание, малыш! Ты же хотела ласкать себя сама! Так давай, приступай! — вот ведь черт черноглазый! Ладно, посмотрим еще, кто кого! Заскользила ладонями вдоль своего тела, обхватив, сжала грудь и ущипнув сосок покрутила между пальцев. Брови мужчины удивленно взлетели вверх, видимо он не ожидал, что у меня хватит смелости. Не отрывая взгляда он следил за моими руками, одна из которых поползла к тому месту, где наши тела соединялись. Закончить путь он ей не дал, обхватив пальцами оба запястья он поднял руки над моей головой прижимая их к кровати. И придавив меня своим телом, выдохнул в губы, прежде чем впиться в них поцелуем:

— Никогда так не делай, прикасаться к тебе, там, имею право только я! — ага, еще скажи, что не понравилось! То-то тебя накрыло! Он терзал мои губы, резко и глубоко вколачиваясь в жаркое лоно, я извивалась под ним, захлебываясь в собственных всхлипах и стонах. Оторвавшись от губ муж с рычанием покрывал укусами мои ключицы и плечи, что возбуждало еще больше снося крышу напрочь. Неожиданно замерев и глядя в мои затянутые пеленой возбуждения глаза он пошептал:

— Я люблю тебя, малыш! — и прижался невообразимо нежным поцелуем к истерзанным губам. После дикой страсти эта нежность разбила мое тело на осколки, по вискам потекли слезы умопомрачительного наслаждения. Он даже ни разу не пошевелился, просто смотрел на мое лицо, когда его тело прошибло судорогой оргазма!

Мы лежали обнявшись, пытаясь отдышаться.

— Родной, прошу тебя не говори сейчас ничего, не порть мне удовольствие! — с мольбой в голосе попросила я его. Улыбнувшись муж повернулся на бок подперев рукой голову, пальцем второй прошелся по моим ключицам.

— Я тут напакостил, — признался он с раскаянием.

— Я уж поняла! — проведя по его щеке ладошкой, добавила. — Ничего страшного, пройдут, не переживай.

— Знаешь, малыш, ты идеальна для меня! Ты словно меня чувствуешь — покорна, когда мне это надо! Сопротивляешься, когда я этого хочу! Отдаешься мне полностью, без остатка, такая сладкая, и моя!