Да, моя принцесса!

Питкевич Александра

Дамиер изменился. Я не могла этого не признать. Вот только стал, мужчина, кажется еще лучше. Сердце замирало от одного взгляда на то, как легко, играючи, наш финансовый гений расправляется с вопросами. Казалось, предложи Роан ему любой гиблый регион, как Дамиер найдет для него решение за каких-то пару минут. Впрочем, так оно и было.

Стоя на своем балконе, предпочитая не участвовать в самих заседаниях, я думала о том, что Роан был прав, когда пригласил этого из своих приятелей. Даже если мне это не нравилось. А еще нельзя было не

признать, что Дамиер силен и терпелив. На лице не дрогнул ни один мускул, когда мужчина нагнулся над картой, показывая на будущий центр производства кирпичей. А я знала, что в его левом боку дыра. Пусть не очень глубокая, но весьма неприятная…

Не дослушав заседание до конца, решив, что мужчины и без меня справятся, я направилась к себе. Может, стоило бы заглянуть и проверить Литу, но настроение совсем не располагало. Тем более был один вопрос, который никак не давал мне покоя.

Что произошло во время нашей стычки на плацу?

– «Как ты подавила мою волю», – повторила я слова Дамиера, остановившись посреди коридора.

Это было странно и опасно. Потому как я не делала ничего…

– Моя принцесса? Все в порядке? – одна из моих грозных служанок замерла рядом, внимательно оглядываясь по сторонам, словно пыталась отыскать невидимую угрозу.

– Подготовьте мне наряд на вечер. Прогуляюсь немного, – тихо велела, стараясь не обращать внимания на недовольно поджатые губы женщины. Было не до их недовольства моими планами. Если существует угроза подавления сознания Трианонских лордов, то стоило как можно быстрее разобраться с угрозой внешней. То, что Филипп сумел найти ниточку, ведущую от представителей прошлой династии за пределы нашей страны, давало расследованию новый виток. Вот только кузен сейчас был занят Мораг, да и его источники отличались от моих…

– Ваше высочество…

– Ничего не говори. Я все равно не стану слушать, – отмахнувшись от слов своей дамы, я вдруг развернулась и направилась в сторону зала заседаний. Если Дамиер думает, что может и дальше ходить с дыркой в боку, то он глубоко ошибается.

Неслышно войдя в зал через узкую боковую дверь, я какое-то время молча постояла за плечом у брата, дожидаясь окончания очередного доклада. Рассказ перешел с финансовых опросов на военные, так что, думается, я вполне могла сделать то, зачем пришла.

Когда лорд замолчал, вопросительно глядя на меня, я нагнулась к уху Роана, шепнув:

– Дамиера мне отдашь?

– Насовсем? – тихо, с едва скрываемым удивлением, спросил брат, заставив меня хмыкнуть.

– Нет. На полчаса, не больше.

– Весь твой, – явно изнывая от любопытства, но не решаясь спросить, позволили брат. – Лорд Дамиер, моя сестра просит вас проводить ее.

Вскинув удивленно бровь, новый министр финансов поднялся, подавая мне руку. Рядом с ним почти не пахло кровью, значит, рана успела немного затянуться, но это не могло переменить мои намерения.

– И чем же я обязан? – попытался завязать светскую беседу лорд,

но я потянула его вниз по одному из тайных проходов дворца, не желая разговаривать. Лестница вынуждала нас идти друг за другом, но я крепко держала Дамиера за руку, опасаясь, что он может сбежать.

А еще я усиленно игнорировала грохочущее в груди сердце, которое даже в этих темных и неуютных коридорах замирало от близости мужчины. Но самым поганым было то, что Дамиер определенно слышал этот стук.

– И куда ты меня тащишь? – весело полюбопытствовал лорд, когда мы спустились на уровень подвалов.

– Все узнаешь, – не слишком вежливо отозвалась я, замерев у одной из дверей. Одной рукой вынимать ключ, застрявший в кармане, было неудобно, но я отчего-то опасалась выпускать ладонь Дамиера. А может, просто не хотела?

С трудом толкнув тяжелую дверь, я потянула лорда за собой. Яркий свет вспыхнул сразу, заставляя прищуриться, но я могла ориентироваться здесь даже в полнейшей темноте, так что просто толкнула Дамиера в нужную сторону. Не ожидавший подвоха и не чувствующий угрозу, мужчина запнулся и упал в кресло, охнув от неожиданности.

– Раздевайся, – строго, не допуская возражений, велела я, отворачиваясь к рабочему столу. Из большой резной шкатулки вынула тонкую иглу с шелковой нитью, поставила рядом флакон с заживляющим раствором. И никак не могла заставить себя повернуться к мужчине.**

– С чего вдруг? – с ехидством в голосе вопросил Дамиер, кажется даже и не думая снимать дырявую рубашку и камзол. Поудобнее перехватив иголку, чтобы та не выскользнула из пальцев, я обернулась к мужчине.

– Зашивать тебя буду, – решительно и строго произнесла, глядя на нежданного пациента.

И вот тут со смелым Трианонским лордом произошла разительная перемена. Дамиер, которого не впечатлила ни рана в боку, ни заседание королевского совета, побледнел и заерзал в кресле.

– Даже не надейся, Ари, – разом утратив все веселье и став серьезным, с некоторой угрозой в голосе произнес Дамиер.

– Что значит «не надейся»? Снимай рубашку! Так нельзя ходить. Там не будет больше пары швов. Или ты боишься?

– Серьезно? – Прижав в каком-то нервном жесте руку к пробитому боку, где камзол едва заметно потемнел, воскликнул Дамиер. – Ты еще спрашиваешь? Да я лучше умру от гипотетической потери крови, чем позволю тебе себя лечить!

Чувствуя себя изрядно раздосадованной, я скривилась. Прошло столько лет, а все осталось в столь запущенном состоянии.

– Я многому научилась за это время. Да и тогда это была чистейшая случайность…

– Мне можешь не рассказывать. Я прекрасно запомнил, как Сьют неделю валялся в лихорадке, после того как ты дала ему капли от живота. Стоит ли напоминать, что он без них поправился бы на второй день? Никто из нас просто не мог умереть от горсти неспелых ягод. А вот от твоих лекарств – вполне. Или напомнить, когда ты обрабатывала разбитую руку Роана?