Да, мой лорд

МамаЛена

Кое-как замотав руку, Малфой выпил костерост и, пытаясь заглушить беспокойство и боль в разбитых костях, схватился за бутылку. Умом он понимал, что пить сейчас не следовало : не известно, в каком состоянии вернется Северус, вдруг ему понадобится помощь? Лорд не церемонится со своими любовниками. Разве что пожалеет для первого раза? Снейп ведь настолько послушен! «Конечно, мой Лорд, я сделаю все, чего вы захотите»… Люциус залпом опустошил стакан и сразу налил себе еще. «Мой

господин»… Лорду должно понравится такое обращение. Может быть, он даже подлечит новоявленного любовника, чтобы не портить себе игрушку.

Люциус запустил стаканом в камин и оттолкнул бутылку. О чем он думает? Северус там остался с этим чудовищем, а он сидит здесь, и, вместо того, чтобы помочь, пытается обвинить Снейпа. Интересно, а как бы вела себя ваша светлость на его месте? Вы ведь только и умеете, что лить слезы, мой сиятельный лорд. Или напиваться. А Северус уже бился бы в дверь, выдумав новое пророчество или просто поджег дом, но не стал бы сидеть и ждать, зная, что его любовника сейчас насилуют.

Люциус вскочил, ругая себя за глупость: сколько времени он потерял! В прихожей раздался тихий хлопок сработавшего портключа и в дверь кабинета постучали.

– Да?

Снейп вошел и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной. Он явно плохо стоял на ногах, и почему-то это мгновенно взбесило Малфоя. Все намерения спасать и защищать были забыты. Теперь любовника хотелось убить. Люциус отодвинул трость подальше и сложил руки на груди.

– Ты рано. Надеюсь, что вы все же «закончили»? Как, в кресле было удобнее?

Снейп понимающе смотрел на него.

– Да, намного, спасибо.

– Что-то ты плохо выглядишь, мой хороший. Лорд не слишком бережно с тобой обошелся?

– Помнится, ваша светлость тоже не слишком сияла после встречи с Повелителем.

– Вижу, твой яд все еще при тебе. Или Лорд решил высосать его позже? Хотя, думаю, этим все же занимаешься ты.

Усталый взгляд приобрел знакомую четкость. Похоже, Малфою удалось задеть собеседника.

– Общение с полукровкой вредит вашим манерам, мой лорд. Раньше вы, хотя бы не опускались до пошлостей.

– Хватит того, что я опустился до общения с полукровкой.

Люциус сам не верил, что он это говорит, но не мог заставить себя остановиться. Внутри все горело, и, казалось, если он не выплеснет эту горечь, она отравит его самого.

– Подойди!

К его удивлению, Снейп послушался. Он, похоже, и правда, плохо себя чувствовал, с трудом двигаясь, но пытался держаться прямо, кажется, из последних сил. Жалость подняла голову, но Малфой не дал ей шанса: гнев затопил его, снося все барьеры, и это было настолько освобождающее чувство, что Люциус поддался потоку, несущему его и забыл обо всем, кроме своей обиды.

Он дотянулся до

палочки. Один взмах - и Северус остался без одежды. Он не пытался сопротивляться, тратя все силы, чтобы стоять ровно, и не отводил глаз от Малфоя.

– И что дальше, Люци?

– Дальше? Ничего непривычного, моя радость.

Люциус шагнул в сторону и толкнул Снейпа, укладывая его лицом на стол.

– Пока все знакомо? Я думаю, на правах первого любовника, я могу воспользоваться трудами Лорда и тоже получить немного удовольствия не напрягаясь? Полагаю, ты еще в состоянии готовности?

– Люци, ты, конечно, можешь меня изнасиловать, и я потерплю, но потом тебе будет стыдно.

В голосе Снейпа не было злости или обиды - только усталость, и это было невыносимо.

– Стыдно?
– ему уже было нестерпимо стыдно, но как остановиться?
– А тебе не было стыдно, когда ты лежал там и предлагал ему не стесняться?

– Было.
– тихо ответил Снейп.
– Настолько, что я старался не смотреть тебе в глаза. Но ты же понимаешь, что это была проверка.

– И как далеко зашла эта проверка?

Снейп промолчал. Люциус, ненавидя себя, опустил руку ему на бедро и медленно провел вниз, ощущая дрожь под пальцами.

– Как странно… Раньше ты так быстро не закрывался… Это какое-то заклинание?

– Люци, делай уже, что собирался. Полагаю, с бессознательным телом удовольствие будет уже не то.

Малфой ощущал, как больно колотится сердце и бьется в висках кровь. Неужели он ошибся? Но, как?.. Пелена гнева медленно покидала его, оставляя жгучий стыд и жалость. Северус старался казаться спокойным, но руки судорожно сжимались на краю стола, а чуть подрагивавшие ноги норовили подогнуться.

– Северус!

Люциус потянул его за плечи, поднимая, и чуть не застонал от боли в сломанной руке.

– О, Мерлин! Северус…

Снейп привалился к его груди, кажется, пережидая головокружение. Его глаза были закрыты, а голова легла на плечо Малфоя.

– Энервейт!

Снейп очнулся и посмотрел вопросительно.

– В спальню.
– скомандовал Люциус, поддерживая, и Снейп кивнул.

В спальне Снейп упал на кровать и облегченно вздохнул, выпрямляясь.

– Повернись.
– попросил Малфой.

Северус кинул на него понимающий взгляд и лег на живот, привычно раздвинув ноги. Люциус, порывшись в шкафчике с зельями, сел рядом и открыл мазь. Она была похожа на масло - такая же жидкая, скользкая - и прекрасно помогала восстановиться после нагрузок или ушибов. Особенно Люциус ценил ее за обезболивающий эффект. Пролив немного на вздрогнувшую спину, Люциус принялся втирать ее в кожу, сожалея, что приходится действовать одной рукой. Снейп, кажется, ожидал не этого: он ощутимо напрягся под ладонью Малфоя и язвительно спросил: