Да или нет?
Шрифт:
Джилл старалась как можно дольше избегать ее расспросов. В конце концов Дана все-таки поймала ее на кухне без свидетелей.
— Ну, я вижу, вы с Джеком наконец разобрались в своих отношениях! — Дана прислонилась к кухонному столику, с улыбкой глядя на Джилл. — Какой сюрприз!
Покраснев, Джилл негодующе посмотрела на подругу.
— Прекрати, Дана!
Та рассмеялась:
— Злишься?
— Занята, — возразила Джилл, вынимая из духовки противень с горячими бутербродами. — Так
Не обращая внимания на ее слова, Дана выбрала себе бутерброд. Подув на него как следует, она откусила кусок и восхищенно пробормотала с набитым ртом:
— Готовишь ты лучше всех!
Джилл сняла рукавички и бросила их на столик.
— Спасибо.
— Когда это случилось?
— Что «это»?
— Ну да, ты же меня понимаешь. Это. Вы с Джеком.
Джилл с досадой вздохнула. От Даны ничего не скроешь. Оглянувшись через плечо, проверяя, не слышит ли их еще кто-то, она призналась:
— Сегодня. Но не тревожься — на нашей работе это никак не отразится.
— У меня что, встревоженный вид? — Дана улыбнулась и взяла еще один бутерброд. — На самом деле я считаю, что так и должно было случиться. Когда между двумя людьми такое притяжение, как между тобой с Джеком, им надо быть вместе.
— Спасибо за совет. К несчастью, однако, будущее не зависит только от нас с тобой. А мне еще надо думать о Ребекке.
— Джек производит на меня впечатление человека, который любит детей.
Джилл вспомнила ту встречу на игровой площадке, мишку, которого Джек купил Ребекке, его серьезные разговоры с девочкой. Улыбка тронула ее губы.
— Ребекке он нравится. Понравился в первую же минуту, что на нее совсем не похоже. Обычно она медленно привыкает к новым людям.
— Ну, вот видишь. — Дана потянулась было за еще одним бутербродом, но потом, словно передумав, отдернула руку. — Прекрасный кандидат в папочки.
Улыбка Джилл погасла.
— Может, ты так и думаешь, но у Джека на этот счет другие идеи.
— И что это должно означать?
— Это означает, что Джек не намерен… — Джилл встряхнула головой. — Давай не будем. Я сейчас не настроена обсуждать мою личную жизнь. Лучше поговорим о твоей.
Дана поспешно перевела взгляд на противень.
— О моей? Что ты имеешь в виду?
— Не надо лукавить. — Джилл начала перекладывать бутерброды с противня на блюдо. — Рассказывай-ка о красавце, которого ты сегодня сюда привела. Это новый поклонник?
— В некотором роде.
Дана попыталась засмеяться, но у нее ничего не вышло.
— В некотором роде? — повторила Джилл, выразительно поднимая брови. — Ты о нем никогда не упоминала.
— Знаю. — Дана вздохнула. — Мы с Полом познакомились три месяца тому назад. И просто с ума сходим друг по другу.
Джилл
— Теперь понятно, почему у тебя такой унылый вид.
Дана мяла в руках салфетку.
— Я ничего тебе не рассказывала, потому что… — тут она глубоко вздохнула, — … я боюсь, что надо мной будет смеяться вся наша студия.
— Смеяться? Это еще почему? Потому что у тебя сногсшибательно красивый парень? Давай не будем!
— Теперь ты лукавишь. Разве не понятно, почему я чувствую… неловкость из-за наших с Полом отношений?
— Нет. Почему?
— Потому что я для него слишком стара.
— Ах, Дана, ты не…
— Да… — Она начала рвать скомканную салфетку на кусочки. — Между нами девять лет разницы, Джилл. Девять! Почти десять. Не говоря уже о том, что мы совершенно разные люди…
Джилл заметила, что подруга готова расплакаться. Переполняясь сочувствием, она легко коснулась ее плеча.
— А тебя это так волнует?
Дана покачала головой и прерывисто вздохнула:
— Не настолько, чтобы перестать с ним встречаться. Мне с ним хорошо. Весело. — Она опустила взгляд вниз, потом снова посмотрела на Джилл. — Это не просто физическое влечение. Между нами что-то есть — и это наполняет мое сердце…
Ее слова оборвались, и Джилл накрыла ее руку ладонью.
— Тогда забудь об остальном, Дана. Если тебе с ним хорошо, не упускай его. Сражайся за него.
— Тебе легко говорить, Джилл. — Дана выпрямилась и смахнула непрошеные слезы. — Перенеси это на свои отношения и посмотри, что у тебя получится. Извини.
Последние слова Даны врезались в память Джилл. Она показалась себе настоящей лицемеркой. Словно у нее перед носом что-то происходит, а она делает вид, что ничего не видит.
Неужели ей действительно легко? Она пыталась это понять, обходя комнату и разговаривая с друзьями. Джилл и правда давала Дане легковесные советы, хотя сама не могла разобраться со своей жизнью. Вместе с Джеком она счастлива. И несчастна. Так же, как Дана с Полом.
Она посмотрела через плечо коллеги-журналистки, с которой в этот момент говорила, и поискала глазами Джека. Он, сидя на диване, разговаривал с ее редактором из «Таймс». У нее сжалось сердце. Может быть, она совершила ужасную ошибку, расставшись с ним пять лет назад? Она его любила — он давал ей счастье. И тем не менее она ушла от него, потому что хотела получить все — по максимуму идеальные отношения, идеальную жизнь.
Тут Джек поднял на нее глаза. Он не улыбнулся, не сделал никакого приветственного жеста, но, поймав его взгляд, Джилл стиснула пальцами спинку стула. Жаркий и властный взгляд его словно сказал ей: «Я тебя хочу. Жаль, что мы не одни. Ты моя».