Да, детка
Шрифт:
Прежде чем она повернулась, чтобы уйти, я схватил ее за руку и притянул к себе, стараясь не задеть живот. Я прижался губами к ее губам и погрузил язык ей в рот. Мэй застонала, когда я схватил ее одной рукой за шею. Я отстранился, ее глаза остекленели, а губы распухли.
— Не обращайте на меня внимания. Я всегда готов к живому порношоу, детки, — сказал Кай.
На этот раз я ударил его в плечо, когда лицо Мэй покраснело.
— Я пойду приготовлю ужин, — прошептала она.
Я смотрел ей вслед. Когда дверь закрылась, глубоко вздохнул.
— М-м-мне...
Я помолчал, сглотнул, смочил горло пивом и закончил:
— Мне это ч-ч-чертовски н-нужно, Кай.
Я задыхался от изнеможения, когда мне удалось заговорить сквозь гнев. Когда мне вообще удалось это сделать.
Маленькая победа.
Кай положил руку мне на плечо.
— Тогда мы заставим тебя говорить. Не знаю как, но мы это сделаем.
Он подтолкнул меня локтем, затем выпрямился и сказал:
— Как насчет того, чтобы я просто спрятался за алтарем и говорил за тебя? Ты просто двигаешь губами в такт моим словам и бум! Ты будешь говорить, мать твою!
Я усмехнулся, и Кай не смог удержаться от смеха в ответ.
Мудак.
— Давай допьем пиво, а потом откроем тот гребаный двадцатилетний бурбон, который ты спрятал в своем баре, и съедим все, что нам приготовит Мэй. А затем будем работать над операцией «Говорящий Стикс», хорошо?
Я кивнул, и мы сели обратно в кресла. Прошло несколько секунд молчания, прежде чем Кай сказал:
— Думаешь Психотрио и Ковбой в порядке в этом городе-призраке?
Его голос был слишком тихим, чтобы Мэй могла что-нибудь услышать с кухни.
Я пожал плечами и проверил сотовый. Ни сообщений, ни звонков от Хаша из мотеля.
«Хрен знает. Сейчас они сами по себе».
Еще одна вещь, которая была у меня на уме. Мои люди в гребаном логове Клана без нас. Никаких контактов. Никакого покоя, пока они не вернутся.
Кай откинулся на спинку кресла. Но я знал, что брат думает о сестре Лилы, Фиби. Также о АК, Вике, Флейме, Ковбое и Хаше. Еще больше забот, с которыми нужно иметь дело.
Свадьба. Мой голос. А теперь еще и гребаный Клан. Просто еще больше дерьма, навалившееся на мою тарелку.
Так что пока, мы будем просто пить и ни о чем не думать.
И это именно то, что мы сделали.
Но мои слова все еще не приходили.
В этом не было ничего нового.
Глава 2
Мэй
— Мэй, — прошептала Белла, когда я вышла из примерочной и встала на возвышение напротив моих подруг и сестер.
Зеркало было у меня за спиной, но я еще не осмелилась взглянуть на свое отражение. Я посмотрела на Беллу, сидевшую рядом с Руфью, мамой Райдера. Глаза Беллы наполнились слезами, когда она посмотрела на меня. Ее руки были прижаты ко рту.
— Тебе нравится?
Я провела рукой по своему ярко выраженному животу.
Белла кивнула.
—
Руфь согласно кивнула.
Я посмотрела на Мэдди.
— Мэддс?
Она тепло улыбнулась.
— Ты прекрасна, Мэй, это платье только подчеркивает это.
— Стиксу понравится, — сказала Лила и крепче прижала к себе Грейс.
— Ты похожа на диснеевскую принцессу, — сказала малышка.
Чья-то рука легла мне на плечо. Я обернулась и увидела позади себя Красотку.
— Ты когда-нибудь посмотришься в зеркало, дорогая?
Она улыбнулась.
Этот бутик принадлежал ее подруге. Красотка практически в одиночестве занималась организацией моей свадьбы. Я даже не знала, с чего начать.
— Ты хорошо выглядишь, Мэй.
Я улыбнулась Летти, которая неловко сидела на диване. Она сказала, что пришла поддержать меня, но у нее не было своего мнения в таких вопросах, как покупка свадебного платья. «Или чего-то девчачьего», — ласково говорила она.
— Повернись, милая, — сказала Лила.
Понятия не имела, почему так нервничаю. Я знала, что Стикс любит меня, а я люблю его. Мне казалось, что я ждала этого дня всю свою жизнь. Что ждала того дня, когда он станет моим. Навсегда моим, а я навсегда его.
Закрыв глаза, я повернулась, позволив Красотке направлять меня.
— Ты готова? — прошептала она.
Я вызвала в своем сознании образ Стикса. Себя в его объятиях, когда мы лежим в постели. Его большие татуированные руки, прижимающие меня к себе, пока мы разговариваем. Его голос, грубый и глубокий. Потом представила, как мы смеемся. Печально известный Немой Палач Аида, так непохожий на меня. Для других он был отчужденным, молчаливым и угрожающим. Но для меня он был любящим, заботливым и с самой прекрасной душой в мире.
Другая половина моего сердца.
— Я просто хочу, чтобы все было идеально, — тихо сказала я, признаваясь в этих словах больше себе, чем кому-либо другому.
— Тогда ты будешь довольна сверх всякой меры, — сказала Белла.
Я улыбнулась, услышав утешительные слова сестры. Сделав глубокий вдох, медленно открыла глаза и посмотрела на свое отражение. Я тихонько ахнула, когда увидела, как сияют мои голубые глаза, а черные волосы красиво уложены. И как сияющая белая материя кажется божественной на фоне бледной кожи.
— Ну, как?
Красотка встала рядом со мной. Мне хотелось встретиться с ней взглядом, но я не могла оторваться от девушки в зеркале.
— Оно идеально, — прошептала я и пробежала глазами по своему отражению с головы до ног.
Платье водопадом шелка и кружев стекало на пол. Материал облегал каждый сантиметр моего тела. Мои руки погладили округлость живота.
— Мне нравится, — сказала я, с трудом сдерживая слезы. — Нравится, что мой ребенок будет присутствовать с нами, когда я выйду замуж за его отца. И, что у алтаря люди увидят нашу истинную любовь вместе с нашими произнесенными вечными клятвами.