Да будет тень
Шрифт:
На лицах Леры и Вира повис немой вопрос. Такие витиеватые технические формулировки были явно не для них, но Павел с искином, казалось, понимали уже друг друга на полуслове.
– Конечно нужно! Дружище. – выпалил Павел. – Имя у тебя есть?
– Мой номер…. – начал было искин, но Вир его остановил.
– У искинов, как правило, нет имён, только серийные номера. Но вы сами можете дать ему имя, он воспримет это как позывной.
Начали придумывать имя. Придумывали бы до утра, так как не могли прийти к единому мнению, но ситуацию снова разрешил искин.
– Простите, – обратился он
– Багги. – ответил за всех Павел.
– Мой позывной, может быть ровно таким же, это нормальная практика.
– Ты гений. – снова восторгался Паша. – Баг. Твой позывной будет Баг. Ребят, вы же не против?
Вир и Лера одобрительно закивали головами.
– Баг. Четко и коротко. Мне нравится. – выразил своё согласие искин.
Завершилось всё это, небольшим ритуалом знакомства.
У Павла всё зудило, от желания, как можно быстрее провести ходовые испытания. Но на сегодня оставался последний штрих, установка ветрового стекла.
Приладили на передние наклонные стойки каркаса тактический экран, отчертили по размеру, начали обрезать, но явно торопились, в результате чего, вышло не так ровно, как хотелось. Испортить экран не боялись, внутри он устроен как сеть плотно-переплетённых прозрачных волокон, так что его форма может быть абсолютно любой, а изображение выводится за счёт блока управления. В итоге на экране формируется изображение с голографическим эффектом.
При установке и подключении экрана, ремонтный дроид исправил огрехи вырезки заготовки, так что получилось очень даже к месту.
– Обнаружено устройство, тактический экран. Разрешите получить доступ к управлению? – сразу после подключения запросил искин.
– Баг, всё, что мы тебе устанавливаем, можешь брать под свой контроль, не спрашивая разрешения. – отозвался Паша.
– Господин Павел, у меня есть несколько вопросов. Какова обоснованность наличия в конструкции приборов освещения?
– Ну что б светло было, дорогу освещать.
– Я могу переводить работу экрана в режим ночного видения, это позволит свободно ориентироваться и не демаскировывать себя источниками света.
– Предположительно, – это уже присоединился Вир. – может сложиться ситуация, когда будет необходимость ослепить противника, не причиняя ему физического ущерба.
– Я понял, господин Вир. Вопрос следующий. Оценка характеристик показывает, что я могу при полной загрузке в две с половиной тонны, в условиях этой планеты, развивать скорость свыше ста километров в час, на высоте около семи метров, что сравнимо с характеристиками небольшого глайдера. Два химических реактора, даже при максимальных нагрузках, будут загружены не более чем на тридцать пять процентов. Зачем такой запас по энергии?
– Запас карман не тянет. – тут же отозвался Павел.
А Вир, добавил, что это мощности на перспективу, так как не всё оборудование ещё установлено.
– Господин Павел, мне не понятно ваше выражение.
– Да не бери в голову, мы дикие, у нас ещё много таких непонятных выражений.
– Дикие? Из диких миров? По этой причине я не могу обнаружить нейросети
– Совершенно верно. Ты удивлён?
– Так точно.
– Поверь, Баг, я за сегодняшний день, наудивлялся не меньше твоего. – Павел улыбнулся, и как-то по-приятельски похлопал рукой по корпусу багги.
Лера усмехнулась увиденному, потрепала Пашку за волосы, сказала – «Ну, теперь никто не сможет сказать, что ты как дурачок, разговариваешь с машиной».
Ужин получился скоротечным, словно на пожар опаздывали. Павлу не терпелось провести ходовые испытания, чем он успешно заразил всю команду.
Кнопка пуск, подъём багги на полметра вверх, штурвал вывернут до конца влево, чуть придавленная педаль акселератора. Багги уверенно разворачивается вокруг своей оси. Штурвал прямо, выезд через распахнутый проём отсека, тормоз, багги послушно останавливается.
– Господин Павел желает провести ходовые испытания?
– Всенепременно! – без промедления выпалил Паша.
– Рекомендую провести испытания в автономном режиме, без команды на борту.
Вир согласился с предложением искина, пояснив тому, что необходимо проверить в процессе испытаний.
Баг дождался высадки пилота, поднялся на максимальную для себя высоту, с ускорением рванул прочь. Он носился между корпусами кораблей, то резко разгоняясь, то оттормаживаясь, заваливался на бок, определяя критические крены. Резко набирал и терял высоту. В конце описал дугу над крейсером и рванул к горизонту, за несколько секунд, превратившись в точку.
Павел смотрел в след исчезающему багги, нервозно сжал кулак, и словно в некуда произнёс – «Это он что, свинтил от нас?»
– Это вряд ли. – спокойно ответил Вир. – Искины не плетут интриг, и не устраивают заговоры. Его личность хоть и самостоятельна, для принятия решений, но действует в рамках внутренних протоколов. Считай, что он образцовый, законопослушный гражданин. Его законы, это распоряжения командиров и свод протоколов, которые в данный момент, не встречают никаких противоречий. Его предыдущий приказ провален, служба окончена, дальнейшее существование лишено всякого смысла. С нами, он обретает новое тело, нового командира, новые задачи. Он снова на службе. Мы для него новая команда, дающая ему смысл существования. Он вернётся, и очень скоро.
И в самом деле, Баг вернулся не позднее пяти минут. С такой же, бешенной скоростью, с какой удалился, приблизился к крейсеру, эффектно затормозив в самый последний момент. Тут же отрапортовал о внесённых доводках в систему управления, отчитался о пиковых возможностях. Без экипажа и груза, ему удалось подняться на восемнадцать метров, максимальную скорость при этих нагрузках можно было развить до ста пятидесяти километров, допустимые для электроники перегрузки при разгоне и торможении 15g, с командой, лучше не превышать восьми. Конструкция устойчивая, крены минимальные, на высоте более пяти метров, при скорости около ста километров в час, корпус подскакивает при порывах ветра. Это влияет на курсовую устойчивость, но к опрокидыванию не приведёт.