Д.В.Ж.Д. 2035
Шрифт:
Не похоже на то, что кто-то из них цепляется за жизнь или пытается выжить, как любое живое существо. Они же определённо были живыми! И эти дёрганные движения чёрных, словно их вела какая-то сила. Где этот незримый кукловод? Ожидает за мостом? Тогда действительно стоит поскорей взорвать мост.
Мы с Брусовым, Кузьмичём и Макаром, бегая у пригорка, больше оттянулись к группе Мони, чем к Богдану. Страха не было, уверенный огонь союзных войск с горы создавал чувство плеча. Похоже, что больше не экономят последние припасы, завидев состав. Растягивать нет больше необходимости.
Немного
Второе и третье попадание снаряда завхоза-миномётчика были более удачными. Автомобильное полотно на мосту рвало взрывами, попутно превращая живых атакующих в груду фарша.
За следующими выстрелами я больше не успевал следить. Мы сблизились с плотной волной атакующих вдоль дороги, ведущей на мост. Изредка оглядываясь, я лишь видел, что резервная группа у розового вагона быстро разгружает ящики с оружием. К ним от гидропоники спускались люди. Значит, уже отбили сопку и пришли за боеприпасами для контрштурма. Тогда придётся некоторое время подержать врага у моста, пока люди Григория перезарядятся. И ударить всем вместе.
Лимонка соскользнула с руки Брусова слишком рано. Бросок получился ближним. Мы ощутили бы это в полной мере, если бы не дорожные перекрытие по краям дороги. От взрыва в ушах послышался неприятный звон. Я даже обрадовался отборному мату машиниста, первый раз вышедшему на поле боя среди бойцов – значит, контузии нет, даже не оглушило.
«Боец хренов!» - сказал я доктору одними глазами.
– Совсем ослаб?
– Добавил Макар, кидая гранату уже как положено. Ни разу не видел, чтобы зубами вырывали чеку. Жизнь научит.
Доктор молча показал простреленную ладонь, словно оправдываясь. Похоже, задело рикошетом, мы слишком близко подошли. Стоило оттянуться назад.
– Отходим на ближние позиции!
Отступать долго не пришлось. С горки врага уже прижимал отряд Мони, с другого края дороги с истерзанных воронками взрывов полей быстро наступал Богдан с нашим первым отрядом. Со спины же спешил Григорий со своей лучшей гвардией хабаровчан, получив боеприпасы у состава. Среди них спешили к нам Ленка и Артём. На душе становилось легче. Последний похоже слишком быстро израсходовал все миномётные снаряды и прохлаждаться не собирался.
Радостно было видеть родные лица среди всего этого воюющего ада.
Штурмовики Григория промчались дальше, отгоняя мутантов от нас подальше на мост. Сам же глава анклава нёс позади всех ящики со взрывчаткой с несколькими людьми Потому я не сразу распознал в нём предводителя.
– Автомобильное полотно раздолбано миномётом, но пока не взорвём нижние фермы железной дороги, они так и будут переть по мосту, - с ходу выпалил он, минуя все приветствия.
– Мне нужно прорваться к держащим балкам хотя бы на треть длину моста и заложить снаряды. Надо прорваться, Громов!
– Будем расчищать путь! Командиры, все сюда!
– Закричал я изо всех сил.
От горки подтянулся Моня, с полей пришёл Богдан и мы быстро образовали мини-совет, наспех обсудив план.
В какие-то минуты построившись полукругом за Григорием, усиленные резервистами
Плотный огонь косил мутантов, почти не оставляя им шансов. Мне даже подумалось, что они и сами не хотят с нами воевать. Их что-то наверняка заставляло, какая-то внешняя сила. Но идёт к чёрту вся эта внешняя сила, если три крупнейших анклава Дальнего Востока объединили силы!
Переступая по трупам, мы замедлили шаг лишь на последней четверти пути. Здесь солдаты Григория уже давали бой, и тела атакующих создавали целые заградительные валы. Приходилось взбираться по ним, как в горку. Автоматчикам то ещё ничего, но вот взрывчатку нужно было нести осторожно. Носильщики не спешили.
Я шёл плечо в плечо с Ленкой и Артёмом. Вся штурмовая группа сузилась на путях, фактически тыкая друг друга локтями. Зайдя вперёд и остановившись почти посреди моста, мы стреляли выборочно, экономя патроны, всё больше рассматривая, как упрямые мутанты прут с того берега, да падают в дыры почти нам на головы с автомобильного «этажа». Что самое странное, падали с приличной высоты они почти без повреждений. Свалившись среди куч тел, нападавший мутант тут же поднимался и продолжал давить на нас, вливаясь в строй. Чёртовы нелюди. И ведь не расшибаются.
Григорий с людьми возились за спинами долгие минуты. В целом прошло минут десять, но нам, ощущающим напор, они казались часами. Радостный крик главы анклава не сразу приняли на истину.
– Всё, мужики! Сваливаем!
Ленка хихикнула, не став спорить. Она была единственной женщиной в штурмовом отряде, так что не до игры в поправки.
Отступали стремительно. Приходилось окрикивать народ, чтобы не бежали, оголив спины, а отходили, как положено. Да и Кузьмич за всеми не успевал. Но пенять ему за то, «зачем старый дурак попёрся?», никто не собирался.
Ещё не добежали до конца моста, как раздалась серия взрывов. Оглянувшись, увидели запоздалый столб дыма, взметнувшийся в небо и летящие в воду перекрытия. Мост, потеряв опору, словно не хотел падать, испытывая запас прочности. Но Григорий не пожалел взрывчатки, убивая все шансы на сохранение целостности. Часть моста осела в воду, ломая весенний лёд и вздымая в небо брызги, подкидывая огромные многолетние льдины.
– Всё, весенний лёд хрупкий, совсем скоро ледоход. Не попрут. Так что до зимы не побеспокоят.
– Обронил, тяжело дыша, Григорий. Пот с красного лица бежал гроздьями.
– Жаль только, угольный карьер потеряли. Но пока уголь у нас есть. А там может, и другой где найдём. У вас в Приморье в последние годы я слышал, начали много новых разработок, да вы, наверное, и сами не в курсе за свои природные богатства. Вместе можно будет что-то придумать. Было бы желание.
– Я слышал об этом, - обронил Кузьмич, глядя, как все чёрные вдруг остановились на том краю моста и… со всех ног побежали обратно.
Это немало удивило нас всех.
– Главное накопить силы, а там устроим этим мутантам настоящее ледовое побоище, - добавил Артём, видимо сам не понимая истинного значения своих слов.
– Кто к нам с мечом придёт - от меча и погибнет, - вспомнил я слова Александра Македонского.