Д.В.Ж.Д. 2035
Шрифт:
– Быстро залез! И не задерживайся в проходе!
– Заодно заглянул в тамбур, крикнув вглубь, - увижу, что кто-то лезет к оружию, покалечу!
Следом впихнул ещё пятерых, раздавая больше подзатыльников, чем за всю прошлую жизнь. После чего остальная дюжина пошла в отказ. Люди начали отбегать от вагона.
Вот только бегать за ними сейчас ещё не хватало!
– Эй, вернитесь!
– Нет, кричать больше бесполезно. Пора применить метод пряника.
– В вагоне всех ждёт
Троих удалось загнать. Ещё двое застыли в нерешительности.
– В лесу дикие звери! Мутанты! Монстры!
– Горячо начал я, - а тут безопасно, тихо. Здесь ваши друзья, - продолжил более тихо, уверенно. Надо верить в то, что говоришь, иначе не поверят. Врать по жизни как-то не очень получалось, но ещё двое залезли в вагон.
Так, осталось семь: Алфёров, Макар, по паре технарей, военных и рабочий Столбов.
Так… стоп… откуда у Макара вторая рука? Я даже невольно коснулся щёк… Раны на моей щеке не было!
Да как такое может быть, я же помню!
Нет, сначала надо помочь людям… потом… с этим все разберусь потом.
– Столбов, ты совсем охренел? Тебе челюсть сломать? Ну-ка залез быстро в вагон!
– Врёшь, начальник. Там горит всё. Заживо сжечь хочешь?
– Я первый залезу. Идёт?
– Ну… идёт, - растерялся богатырь.
– А этих поймать поможешь?
– Я кивнул на остальных.
– Этих?
– Столбов рванул к Макару, хватая того за куртку резвее, чем тот успел отскочить. Что не говори, а реакция у него была отличная даже в бреду глюков.
Я залез в вагон, принимая брыкающегося Макара. Впихнул его дальше.
– Помоги поднять.
Мы затащили Богдана и Добрыню, я вновь залез наверх.
– Смотри, я тут. Никакого огня. Залезаешь?
– Д-да… - неуверенно проблеял Столбов, запрыгивая наверх с такой миной на лице, словно и правду сигал в огонь.
Я пропустил его, вновь спрыгивая на пути. Обратился к остальным пятерым:
– Ребят, у меня нет времени. Давление в печке осталось без контроля. Поезд либо тронется, либо мы вообще никуда не поедем.
– Алфёров, что тебя гложет?
– Ничего.
– Он говорил как ребёнок, которого застали на месте преступления, но который упорно отказывался признавать правоту родителей.
– Не ковыряй мне мозг. Почему не заходишь в вагон?
– Какой вагон?
– удивился бригадир технарей.
Сложно. Очень сложно. Но только не психуй, выдержи всё это. Ты должен, Громов. Ты обязан!
–
– Паришь над обрывом, как все мы - ангелы.
– А разве ангелы могут разбиться? Они же летают вроде. Так?
– Так.
– И чего ты боишься? Полетели вместе со мной.
Алфёров быстро забрался в вагон.
Так, ещё четверо. Бросить или ранить? Время на исходе.
Я выхватил пистолет из кобуры на поясе и последовательно произвёл четыре выстрела. Три угодили людям в мякоть мышц ног выше колена, а четвёртую пришлось пустить в ляжку убегающему рабочему. Только бы Брусов пришёл в себя.
– Следующая пуля будет в лоб! В вагон все живо! Ползите!!!
Я убрал пистолет, в который раз спрыгнул на пути и подбежал к ближайшему раненому. Схватив за шкиряк, потащил его упирающегося и скулящего к вагону. С двумя другими тоже проблем не возникло. А вот последний улепётывал на одной ноге, прыгая, как раненый козлик по горам. Уже не сдерживая удары, я пинал его под рёбра, выбивая дурь из головы. Когда же он пообмяк, чертыхаясь, потащил его за ноги по снегу к вагону.
Из последних сил закинув последнего страдальца аномальной зоны в вагон, я залез следом, быстро закрывая дверь на все засовы и отгораживая обеззараживающую камеру, в которой осталось оружие. Затем, распихивая сходящих с ума подопечных, переступая скулящих раненых, кинулся к печке. По пути двоих пришлось снести плечом. Ещё один задержал почти на минуту, стараясь задушить. Поборолись.
Затем быстро приближался к цели, не обращая внимания на горько плачущих или дико кричащих. Лишь бы не поубивали друг друга, пока не пришёл в себя Брусов.
Вагоны мелькали перед глазами один за другим. Вот и бьющийся о ящики с оружием головой Тай, вот и вагон с углём, вот извергающий проклятья связанный Кузьмич.
Так, всё, в путь. Убрать тормоза с колёс. Печка… печка горит. Сейчас ещё подкину угля. Всё вроде нормально, только дверь переднюю закрыть. Надеюсь, никто не сбежал с этой стороны, пока запихивал тех глюконавтов с другой.
Поезд выпустил пар и сорвался в путь. Показалось, что от этого рывка Варяг порвёт связь с вагонами и один устремиться вперёд, но крепления выдержали. Поезд, закачавшись, принялся набирать обороты.
Я впервые спокойно выдохнул и… тут же дико, обречённо закричал - тела! Жанка, Азамат!
До скрипа стиснул зубы, заскулив, как побитый пёс. Рука рванулась к стоп-крану, но замерла на полпути. Не факт, что угля хватит, чтобы вырваться из аномальной зоны… а тогда что? Одному идти рубить дрова, таскать сюда? Да они шею друг другу посворачивают за это время! Не могу я бросить поезд ни на минуту.
И эта подлая мысль, что похороним их по-человечески на обратном пути совсем обездвижила.