D/Sсонанс

Тимина Светлана

Юлька закусила губу и склонила голову набок. Я ощутил, как забытое удовлетворение медленно разливается по телу. Меня заводила эта беспомощность загнанного ангела.

– Ну, что скажешь?
– ее пальчики мелко дрожали.
– Ты дрожишь. Ты боишься меня?

– Вот еще!
– чересчур поспешно отозвалась она.
– И ты сказал, что в любое время смогу уйти?

– Да, я даже отвезу тебя сам. Никаких такси.

– Ты за рулем? Но ты же пил!

Я не стал ей пояснять, что, благодаря высокому посту моего отца в ОГА ни один ГБДДшник в этом городе не посмеет меня остановить. Вместо этого, наклонившись, поцеловал ее, вложив

в поцелуй всю страсть на пару с нежностью. Ее пальчики сомкнулись на моем затылке, язычок очень быстро включился в игру, словно вызывая на поединок. Она меня зажигала. Смогу ли я справиться с собой, когда мы окажемся наедине? Я должен. Первые встречи должны пройти по всем законам ванили.

– Поехали?

Юля было кивнула, подчиняясь гипнозу хищной натуры, но в тот же момент остатки очарования словно слетели с нее. Такое случается. Нормальная реакция. Она поспешно освободилась из моих объятий, настороженно ловя мой взгляд. Ну, тут, главное, не испугать. Никакой стали.

– Что с тобой?

– Кофе попьем, да? В какой же позе?

Занятно. Думаешь, ты контролируешь ситуацию? И удастся уйти нетронутой? Ты ошибаешься. И мне ничего не придется для этого делать. Ты же сама этого хочешь и все уже решила для себя.

– Ты зря язвишь. Я не насильник и у меня все в порядке с головой. Ты можешь мне верить. Я бы не затрачивал столько усилий ради одного твоего тела. Мне интересна личность.

– Дима... Но мы же не в первом классе...

Я ждал.

– Чего ты хочешь? Ты знаешь сам, чем все это закончится.

Эмоции застывали льдом. Наверное, это проявилось в моем взгляде. Чего хочу? Девочка моя, ты и представить себе не можешь, чего же я хочу. Тебе бы хватило одного раза, чтобы растерять всю свою дерзость, если бы я выполнил все то, чего хочу. Я надменно усмехнулся в ее широко распахнутые глаза, прочитывая насквозь каждую эмоцию.

– Тебе дать честный ответ?

Девочка, я хочу тебя вниз. В свой ошейник. Сколько бы раз ты не говорила, прежде всего самой себе, что никогда не будешь принадлежать, я вижу тебя насквозь. Тебе это нужно почти так же, как и мне. Первобытные инстинкты неистребимы. Ты научишься получать такое удовольствие от подчинения, которое не получала никогда прежде. И ты быстро научишься любить боль и отдавать себя полностью.

Ничего этого я ей не сказал. Что ж, всегда говори половину правды, принцип, который никогда не подводил.

– Да, я хочу тебя. С первой нашей встречи. И это не должно тебя удивлять. Ты не маленькая, чтобы не понимать, как ты действуешь на мужчин.
– Желая смягчить прямолинейную резкость, я погладил ее по щеке.
– Я не буду тебя ни к чему принуждать, если ты не захочешь. Ну, а если захочешь... Что ж, долго сопротивляться не буду.

Моя честность выбила ее из колеи, но, в то же время, понравилась. Вряд ли она рассчитывала на иной ответ. А может, все дело было в банальном тщеславии. Она показательно уверенно выбила из пачки сигарету, хотя ее тонкие пальчики предательски дрожали.

Странно. Вроде она и нервничала, но одновременно хотела логического завершения.

– Хорошо. Поехали.

...Дима, держи себя в руках.

Свечи - пока только атрибут романтики, а не росписи по коже горячим алым воском, сметающим барьеры условности и несвободы от прессинга жизни, уносящего в рай с большой буквы, плавно мерцали, подсвечивая лед в высоких бокалах. Юлька ретировалась в ванную еще десять минут назад, смущенно прошептав "не

заходи". За такую вольность можно было заработать нешуточный разогрев флоггером, будь она моей по всем канонам Темы. Это еще предстоит. А пока я слушал шум льющейся воды, и сомнения в успехе предприятия уже не оставалось. Трудно было остаться невозмутимым и не нарушить ее робкий запрет. Я не подозревал, что даже обычное желание с привкусом ванили может быть столь сильным, охватывать каждый нерв и затмевать разум. Давление в джинсах почти достигло критической отметки, и я стал опасаться, что спалюсь, как школьник от одного прикосновения к ней. К черту кофе. Если она захочет сейчас уйти, я просто ей этого не позволю. Будь что будет.

– О, мартини!
– видимо, я все же предался недопустимым мыслям, потому и не расслышал, как она подошла, ступая босиком по гладкому ворсу ковра. Под ее платьем ( вот только зачем ты его снова надела?) ничего не было, кончики волос слегка намокли, и она выглядела трогательно посвежевшей.

Кому я обещал держать себя в руках? Чувак, ты в пролете. Поднявшись, я властно привлек ее к себе. Аромат мужского геля для душа на ее коже ударил в голову. Без своих высоких каблуков она едва доставала головой до моего подбородка. Я завладел ее податливыми губами, пытаясь ощутить их вкус и испить всю волю без остатка. Мои действия не встретили ни малейшего протеста с ее стороны. Ее руки немного неуверенно погладили в ответ мою шею, перебирая отросшие на затылке волосы, смягчая этой лаской всю дикость страсти, рвущей прутья клетки самоконтроля. Ее сердце колотилось чуть ниже моего собственного, вступая в первобытный резонанс.

Я зря переживал, что не смогу удержать себя в руках - сейчас мне была ненавистна даже сама мысль о том, что я хоть как-то смогу ее обидеть. Ее хотелось сжимать в объятиях до боли и защищать одновременно. Мои руки, словно в полусне, уже гладили ее обнаженные бедра, закатывая платье повыше - только жажда ее шикарного тела заставляла мой огонь гореть, не вырываясь и не угрожая сжечь мою сдержанность без остатка. Словно сквозь туман я различил ее слабый стон, подхватил на руки, и ее ноги в тот же момент обвились вокруг моей поясницы. Я даже сквозь джинсы ощутил жар ее плоти.

Глаза Юльки казались черными от неподдельного желания. Она выгнулась в моих руках, пытаясь поддеть непослушными пальцами пуговицы моей рубашки. Словно в трансе я опустил ее на кровать. Рубашка вместе с оборванными пуговицами отлетела в сторону. Юля едва не запуталась в своем платье хищной расцветки, я поспешно стащил его через ее голову, едва не разорвав при этом.

Я оказался прав. Она освободилась от нижнего белья еще в душе. В горле резко пересохло при виде ее маленькой, задорно торчащей груди идеальной каплевидной формы, гладкой кожи, абсолютно везде, в том числе и там. Она не смутилась под моим жадным взглядом, наверное, наша страсть сейчас была равносильна.

Это уже было выше моих сил. Сгорающая от ответного желания длинноногая брюнетка, полностью обнаженная в моей постели, с имитацией ошейника на тонкой шее. Я едва справился с застежкой брюк, заглушив ее возглас изумления сминающим поцелуем.

– Моя горячая девчонка... Ты теперь абсолютно моя... я хочу покрыть прцелуями каждый сантиметр твоей кожи. Каждый!

Я не понимал, что ей говорил. Слова были излишни, когда она, встретив мое вторжение, со стоном толкнула бедра навстречу. Такая горячая и восхитительно тугая...