D/Sсонанс
Шрифт:
Мышцы расслабились под моими пальцами. Как и все тело. Последнее ласкающее поглаживание по предплечьям, пред тем, как переместить руки на спину, провести по выпирающим лопаткам, заметному под кожей корсету ребер. Ты почти ничего не ешь, таешь на глазах. Не надо так.
Ласковые поглаживания, ощущения нежной кожи, снятие всех предыдущих и последующих отголосков боли. Юля молчала, ее тело расслабилось окончательно под нежным массажем, приправленным мысленными посылами о том, что пока ей ничего не угрожает. Мои руки скользящими движениями переместились
– Теперь ручки вдоль тела.
– Это не вызвало никакого протеста с ее стороны. Обхватив обеими ладонями от плеча, я осторожно помассировал каждую по очереди до самых пальчиков. Наклонившись, припал губами к выпирающему бугорку шейного позвонка, ощутив, как кожа завибрировала легкой дрожью. Расслабилась. Хорошо. Подняв флакон масла, снова смазал ладони, подумав, плеснул немного на дерзко вздернутую попку. Сжал ладонью, растирая масло, наслаждаясь ее соблазнительной упругостью.
Новая эрекция не заставила себя долго ждать. Давно со мной такого не было. Вместе с этим пришла вновь жажда абсолютной власти. Собственно, она никуда и не уходила.
Упиваясь этим ощущением, я скользящим движением раздвинул половинки ее ягодиц, проникая ладонью между ними, массируя с внутренней стороны. Юлька задергалась, ее тело резко напряглось. Промелькнувшая догадка заставила меня на один короткий миг замереть на месте. Добавив больше масла, решительно переместил пальцы ниже, погладив сжатое колечко мышц. Юлька вскрикнула и задрожала. Что, я не ошибся? Невозможно поверить! Надавил посильнее, наблюдая за реакцией. Юлька забилась под моими руками в попытке уйти от вторжения.
– Сковать цепью по рукам и ногам?
– ледяным тоном осведомился я, отбивая у жертвы охоту к сопротивлению одним только тембром голоса.
– Если нет, лежи и не дергайся!
Она застонала. Пальцы сжали простынь, а на спине засверкали мелкие бисеринки пота. Добавив еще масла, я безжалостно надавил пальцами посильнее, стремясь проникнуть внутрь. Но мышцы были сжаты настолько плотно, насколько это казалось вообще возможным.
Девочка моя, ты хоть сама понимаешь, какое оружие вложила мне в руки только что, сама, добровольно?
Вытянув свободную руку, я натянул кожаный ошейник, развернув его кольцом к себе.
– Ты ничего не можешь мне запретить. Твое тело принадлежит только мне. Осознай это. Ты здесь исключительно для моего удовольствия... Рабыня.
Ее уже сотрясала крупная дрожь. Но я пил ее испуг и унижение, словно вампир - свежую кровь.
– Ты моя. Ты ничего не можешь изменить. И я могу сделать с твоим телом все, что пожелаю. Это твоя расплата за дерзость.
Может, она была близка к тому, чтобы расплакаться, но в данный момент мне было все равно.
Возбуждение не отпускало. Следовало срочно успокоить себя проверенным методом, чтобы не отыметь ее здесь и сейчас тем способом, которого она так опасается... Каждому удовольствию - свое время. Неохотно
– Обед в два часа. Не дрожи ты так. О твоем поведении поговорим вечером.
Эйфория захватывала. Я спокойно развернулся к двери, пряча довольную улыбку... И раньше, чем шум за спиной привлек мое внимание, шею пронзила резкая боль. Миг - и она ударила в затылок, вызвав на глазах слезы.
Я обернулся, не до конца понимая, что же ее вызвало. Юлька, полностью голая, вся блестящая от масла на загорелой коже, скривившись от боли, трясла ладонью, ребром которой только что пыталась меня нокаутировать. В зеленых глазах вместе с испугом и яростью плескался вызов. И, несмотря на то, что мозг был готов взорваться, мои губы расплылись в улыбке.
Ай-яй-яй. Отличная отплата за то, что я размял тебе мышцы и вдохнул в них силу. И меньше надо смотреть веселые боевики с Джейсоном Стетхемом и прочими крутыми парнями. Не замечая больше боли, сделал шаг ей навстречу.
– На колени. Руки за спину.
– Убейся об стенку, е..ный урод!
Юля, Юля... Почти кувырок через кровать, закрепленная позиция у окна. Никакой покорности, никакого постоянства. Панический взгляд по сторонам, рывок - цепь со стальными браслетами прочно зажата в руке.
– Моя девочка решила поиграть?
– азарт точечными инъекциями в кровь. Ни злости, ни ярости. Улыбка шире.
– Прикуешь меня к кроватке?
Как бы ни так. Я даже не успел увернуться. Взмах ее руки, и нешуточная боль пронзила ключицу. Браслеты тяжелые. Сам выбирал. Быстрый взгляд. Сука, до крови.
– Тарантино потерял отличную актрису для своей киноленты " Убить Билла", - не позволяя ощущению ударной боли стереть с лица улыбку, ласково проговорил, делая шаг вперед.
– Сама положишь на место, или мне тебе помочь?
– Сдохни, дегенерат е..нутый!
– Когда-нибудь я точно прополоскаю тебе рот гелем для душа.
В ее красивых, огромных от страха и адреналина глазах больше нет прежней решительности. Но зря я расслабился, пытаясь обойти кровать. Миг, и приглушенный шторами свет солнца чуть ли не меркнет перед моими глазами, а висок взрывается вспышкой новой боли, вызвав звон в ушах и спазм горла. Сука, прямо в висок, чуть бы правее...
– Ты только что натанцевала тут на пожизненное рабство. Брось на пол, и я закрою на это глаза.
– Ты меня грохнешь!
– Если прекратишь свои бзики, я об этом забуду. Ну?
Не время расписывать ей в деталях, что я сделаю с ней за подобное проявление непокорности. Если меня сейчас вырубит от удара в висок, вряд ли я смогу воплотить это в жизнь.
– Я не верю тебе...
– У тебя нет выбора. Если ты этого не сделаешь, я выдеру тебя кнутом до крови. Оттрахаю во все дырки так, что не сможешь пошевелить пальцем. Вырежу свое имя на твоем бедре, твою мать. Будешь потом рассказывать своим детям, что я был твоей первой и последней любовью, рабская сука. Брось на пол!