Д'Арманьяки
Шрифт:
Когда они отстранились, стараясь скрыть свои слёзы друг от друга, Луиза прошептала:
– Вы святая, Мирианда!
– Нет, Луиза, – украдкой вытирая слёзы, ответила Мирианда, – я не святая, и у меня есть просьба к вам.
– О, если я только смогу отплатить вам за счастье, что вы подарили мне… я сделаю для вас всё, не задумываясь. Клянусь вам, Мирианда, я выполню любую вашу просьбу.
– Подумайте, Луиза, прежде. Вы ведь не знаете, что я у вас попрошу.
Луиза ещё раз очень нежно обняла Мирианду.
– Клянусь, Мирианда. Клянусь вам именем святой Девы Марии. Я выполню вашу просьбу, чего бы это мне ни стоило, Мирианда, дорогая сестра моя.
Мирианда отстранилась от Луизы. Бледность её лица ещё более подчёркивала торжественность, с которой она обратилась к Луизе.
– Вы сами так решили, Луиза. Что ж, вы поклялись именем святой Девы Марии, и я принимаю эту клятву. Выслушайте меня внимательно, Луиза. В тот день, в тот час, когда Филипп умрёт, – я приду в ваш дом, и вы отдадите мне его мёртвое тело.
Луиза, мгновенно покрывшись смертельной бледностью, отшатнулась от Мирианды. Бросив последний взгляд на Луизу, Мирианда покинула комнату так же тихо, как и вошла. После её ухода Луиза, шатаясь, добрела до стены с фресками. Цепляясь за неё руками, она с глухим рыданием сползла на пол.
– Что я наделала? Что наделала? – шептала сквозь слёзы Луиза.
Из груди Луизы вместе с судорожными рыданиями исторгся душераздирающий вопль.
– Филипп!
Глава 28
НЕЖДАННЫЕ ВЕСТИ
После возвращения из монастыря Луиза острее почувствовала тягу к жизни. Ей начало казаться, что дни пролетают слишком быстро. Она больше не уединялась в своих покоях, стараясь как можно больше времени провести в беседах, где главной темой по-прежнему оставался Филипп, от которого до сих пор не было вестей. Вечера приносили Луизе воспоминания и тяжёлые мысли. Чтоб как-то отвлечься от них, она взяла за привычку ужинать с дофином и Марией Анжуйской, которые всегда рады были видеть её. Ужин затягивался до полуночи, переходя в душевные разговоры.
И сегодня Луиза ужинала вместе с их высочествами. Скромный ужин был сервирован на троих. В середине стола стояли два позолоченных подсвечника, на которых ярко горели свечи. Все трое сидели в удобных креслах и нехотя ужинали. Рядом с ними стоял слуга в почтительной позе, готовый немедленно выполнить любой приказ. Дофин, который в последнее время вообще потерял аппетит, ковырял вилкой сочный кусок мяса. Он отрывал от него мелкие кусочки, а затем отправлял их в рот и долго после этого жевал. Все трое молчали, поэтому вздрогнули, когда возле них раздался неожиданно громкий голос:
– Карл, ты от бездействия стал ленивым. Оставь в покое эту достойную пищу или лучше отдай тому, кто действительно в ней нуждается!
Выговорив
– Чего стоишь, принеси ещё одно кресло, не видишь, я голоден! – эти слова Таньги были адресованы слуге, который немедленно выполнил его распоряжение. Пока на него взирали три пары удивлённых глаз, Таньги уселся как ни в чём не бывало рядом с Луизой и с аппетитом принялся поглощать всё, что только лежало на столе.
– А вы пополнели, миледи, – с набитым ртом произнёс Таньги, оглядывая Луизу, и добавил, обращаясь к дофину: – Карл, ты что, совсем обнищал? Я не вижу на столе вина.
– Может, тебе и мой дворец передать? Или, скажем, всю провинцию? – поинтересовался дофин.
– Бутылочки вина достаточно, – отозвался Таньги, – у меня не такие аппетиты, как у некоторых наследников престола.
– Да что ты себе позволяешь? – дофин выпустил сдерживаемое раздражение наружу, в то время как обе женщины с серьёзным видом смотрели на Таньги, догадываясь, что он привёз долгожданные новости, – явился без приглашения, сел за мой стол и ко всему прочему смеешь обвинять меня в жадности?
– Я справил по твоей матушке упокойную мессу!
– Что? – дофин вначале не понял, а потом с удивлением уставился на Таньги, который не переставал жевать, – матушка умерла?
– Эх, Карл, если б она умерла, разве я стал бы утруждать себя мессой?
И Мария Анжуйская, и Луиза не смогли сдержать улыбок. Таньги покорял своей жизнерадостностью.
– Я убью тебя, – пообещал дофин, – и убью прямо здесь и сейчас.
– Не убьёшь, Карл!
– Почему это? – угрюмо поинтересовался дофин.
– Потому что, убив меня, ты не услышишь о новостях, которые я тебе привёз!
– Значит, ты привёз мне новости? – уточнил с посветлевшим лицом дофин.
– Карл, перестань переспрашивать, иначе я подумаю, что ты ещё больше поглупел с моего отъезда!
– Таньги! – грозно произнёс дофин.
– Хорошо, хорошо. Успокойся, Карл, а не то я не стану ничего рассказывать… шучу, – Таньги произнёс эти слова, увидев, как дофин встаёт с места.
– Прошу вас, сударь, скажите, – он жив? Таньги с участием посмотрел на Луизу.
– Миледи, право, мне очень жаль говорить вам эти слова.
– Он убит? – Луиза покрылась мертвенной бледностью и не мигая смотрела на Таньги.
– Нет, он жив, – успокоил её Таньги, – но поверьте, после всего, что он пережил в последний месяц, ему будет нелегко оправиться.
У Луизы отлегло от души. Главное, он жив. А всё остальное не имело значения. Она почувствовала необычайное облегчение.
– Расскажи, как всё происходило, – тихим голосом попросил дофин, английская армия тоже участвовала в схватке?