Цветы судьбы

Андерсон Натали

– Для меня завтрак самый важный прием пищи, – хмыкнула Эмма.

– И у тебя хватает терпения готовить все это каждый день?

– Ну, не каждый, но, как правило. В любом случае завтрак должен быть обязательно плотным, потому что иногда у меня не хватает времени, чтобы пообедать.

– И тогда ты вспоминаешь о шоколаде.

– Точно.

Через десять минут завтрак был готов. Эмма взяла столовые приборы и тарелки.

– Давай позавтракаем на веранде.

Джейк

взял поднос с кофе и сковородку и последовал за ней. На веранде, в тени листвы от растущего рядом дерева, стояли стол, два стула и старенькая, но очень удобная софа. Рядом красовались горшки с цветами. В воздухе витал их нежный аромат.

Джейк сел за стол и принялся с аппетитом уплетать завтрак.

– Знаешь что, – съев половину порции, сказал он, – я уже подумываю о том, что не прочь завтракать так каждый день. Отличное начало дня. – Он осмотрелся. – Тебе нравится здесь жить?

– Мне по душе район. Здесь очень тихо. Замечательное место для отдыха.

– И как ты отдыхаешь?

Эмма искоса посмотрела на Джейка, но на его лице действительно был написан живейший интерес.

– Так, по-разному, – уклончиво ответила она. – Иногда копаюсь в саду.

– Да, я заметил, что он у тебя очень красивый и ухоженный.

Джейк погладил бутон гиацинта. С трудом отведя взгляд от его рук, Эмма произнесла:

– Это не так уж и трудно. Он у меня крошечный.

Джейк замолчал, Эмма тоже. Будь она сейчас одна, полежала бы на софе, греясь в лучах солнца, может, немного подремала. Но не тогда, когда Джейк сидит напротив нее и щурится от удовольствия. Она, конечно, могла бы прилечь на софе, но о том, чтобы заснуть, и речи быть не может – она и так сидит как натянутая струна.

– Ты могла бы помочь мне израсходовать избыток энергии, который образовался после такого сытного завтрака и двух чашек кофе, – лениво сказал Джейк и потянулся.

– Что ты имеешь в виду? – смутилась Эмма.

– Как насчет того, чтобы показать мне городской парк?

– А, ты об этом. – Сердце у нее упало. – Конечно, – призвав на помощь самую широкую улыбку, добавила она.

Джейк поднялся со стула и, взяв пустую посуду, зашел в дом. Эмма, посидев истуканом несколько секунд, скрылась в ванной. Когда она вернулась на кухню, Джейк уже вытирал посуду полотенцем.

– Спасибо, конечно, что ты вымыл всю посуду, но я бы сделала это сама.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, но раньше я так помогал маме, не столько с целью облегчить ее работу по дому, а чтобы выразить свою благодарность и любовь, – задумчиво сказал Джейк.

Вполне возможно, подумала Эмма,

что его мать и сестра были единственными женщинами, о которых Джейк проявлял искреннюю заботу и которых любил без оглядки. Ради их благополучия он был готов пойти на все. Это вполне объяснимо, потому что, когда не стало сначала его отца, а затем и деда, Джейк остался единственным мужчиной в семье. Может, он и позволял себе быть легкомысленным, когда дело касалось других женщин, но только не в отношении самых близких и дорогих его сердцу. Особенно это относилось к Сиене, которую он несколько лет назад едва не потерял.

– Ты закончил? Тогда идем, – произнесла Эмма, сообразив, что Джейк выжидающе смотрит на нее.

Несмотря на субботнее утро, в парке было многолюдно.

– Ну что, женщины в отеле стали относиться к тебе по-другому? – вдруг спросил Джейк.

Что да, то да. И не только женщины. Даже швейцар Дэн теперь смотрел на нее с интересом, тогда как раньше едва удостаивал взглядом.

– Думаю, да.

– Мне тоже понравилось – все эти взгляды, улыбки и вздохи. Забавно.

– Да, забавно, – тихо сказала Эмма.

Как она и предполагала, для Джейка их воображаемый роман был всего лишь новым развлечением. Она взглянула на него. Странно, но он не улыбался.

Они остановились почти одновременно. Джейк молча взял ее за руку, а затем увлек за собой в сторону от дорожки, к развесистому дереву. Листва заглушала шум и скрывала их от посторонних глаз. Если постараться, можно было представить, что в парке они одни.

Джейк смотрел на ее губы, его глаза ярко блестели.

– Я так больше не могу, Эмма, – хрипло проговорил он. – Я должен поцеловать тебя.

В ее глазах вспыхнула радость, а сердце забилось сильнее.

– А как же твои правила? – сглотнув, спросила она.

– Сейчас мы одни. Я абсолютно честен с тобой и желаю тебя так, как никогда еще не желал ни одну женщину.

Когда Джейк замолчал, словно искра проскочила между ними. С неожиданной для себя смелостью Эмма спросила:

– А как насчет одежды?

Уголки его губ приподнялись в легкой улыбке.

– Все не так уж плохо.

– Но я люблю совершенство, Джейк. И по возможности стремлюсь его достичь. – Господи, неужели все это говорит она? И куда только подевалась ее обычная робость?

– Ты его получишь, – притянув ее к себе, кивнул Джейк.

Эмма подняла голову. Она ждала, что он вот-вот ее поцелует, но Джейк почему-то медлил.

– Ты хочешь этого, Эмма? – наконец спросил он, лаская взглядом ее губы.