Цветы для Анюты
Шрифт:
– Угу.
– Сергей…
– А?
– Мы найдем Аню. Обещаю.
– Хотелось бы найти ее живой и здоровой, – вздохнул я.
Я попрощался с Пашкой со смешанными чувствами облегчения, радости, печали и огорчения. Радовало то, что теперь у меня есть союзник в поисках Нютки. От Пашки будет больше толку, так как он, наверняка знает о ней больше, чем я. И это меня угнетало. За эти мучительные две недели я много думал. Я пытался разобраться в себе и своем отношении к Ане. Почему временами я бываю так резок и груб
Выслеживая Аньку, я руководствовался отнюдь не братской строгостью, и уж совсем не братская любовь заставила меня прийти в ярость при виде ее с Пашкой. Это ревность. Мне неприятно осознавать это, и еще неприятнее признаваться в этом, даже самому себе. Но зачем мне обманывать себя? Я должен быть честным с собой. Я должен принять правду, чтобы решить, что делать с ней дальше. А правда заключается в том, что я полюбил Аню, полюбил запретной, грешной любовью.
Глава 13.
Дверь долго не открывали. Мы постучали еще раз, затем еще, и еще. Наконец, за дверью послышались шаркающие шаги. Замок громко щелкнул, и дверь лениво, словно нехотя, открылась. Перед нами на пороге предстал небритый, в растянутой белой майке, молодой мужчина. Вид у него был заспанный. Он недоуменно посмотрел на нас, затем удивление сменилось недовольством. Его неприветливое лицо говорило о том, что он совсем не рад видеть гостей.
– Э-э-э… Извините за беспокойство, - вежливо начал Пашка после минутной игры в гляделки с хозяином квартиры.
– Мы хотели бы увидеть Катю, Катю Смирнову. Она здесь проживает?
Выражение лица парня нисколько не изменилось. По-моему оно не выражало никаких эмоций, разве что оставалось таким же неприветливым.
– Вы кто? – прохрипел он.
– Э-э-э… - протянул Пашка. – Мы….
– Мы ищем одну девушку,– вмешался я. – подругу Кати. Она ушла из дома. И мы нигде не можем ее найти. Может быть, Катя знает, где она, ведь они с Аней близки. Можно мы поговорим с ней?
Михаил – так звали парня, сделал приглашающий жест, и мы с Пашкой, переглянувшись, вошли в квартиру. В нос сразу же ударила адская смесь зловоний. Еще бы! На кухне валялись бутылки из-под водки, кусочки сушеной рыбы на столе и гора грязной посуды. Несмотря на то, что на улице стоял еще теплый сентябрь, окна в квартире были наглухо закрыты.
Михаил пригласил нас к столу, и мы, обреченно плюхнулись на стулья. Парень достал стаканы и налил в них водку.
– Нет, мы не… - в один голос запротестовали мы с Пашкой.
– Катя ушла от меня, – горестно произнес Миша. – Почти месяц назад. Я запил и меня выгнали с работы. – Миша вздохнул и шмыгнул носом. – Если не хотите, не надо. А я выпью. Вы просто посидите.
Я посмотрел на Пашку. Тот
– А почему? Почему Катя ушла? – спросил Пашка, и я пихнул его в бок. Он что, забыл, зачем мы сюда пришли?
– Мы поругались в тот день. Не так, чтобы сильно, но она собрала вещи и ушла. А потом позвонила мне, и сказала, что любит другого. Вот так! Бабы, блин… - Миша снова горестно вздохнул, и почти залпом осушил стакан. Я поморщился. Нужно сваливать отсюда, а то мало ли – вдруг еще буянить начнет. Все равно от него мало толку – он уже налакался, а вскоре вообще соображать перестанет.
– Да уж, – сочувствующе вздохнул Пашка. Я снова толкнул его, мол, пошли отсюда. Он сделал какой-то жест. Наверно, просил подождать.
– Небось ушла к этому мажору, – продолжил Михаил свою горестную тираду. – Я давно заметил, что он ее обхаживает. Нередко подвозил Катьку на своем черном этом, как его, Лексусе, да.
– Да? – вырвалось у меня.
– Ага, – вздохнул Миша.
– А вы, то есть, ты… Ты видел этого парня? – нетерпеливо спросил я. Миша отрицательно покачал головой, а потом задумался, и спохватился, будто вспомнил что-то.
– Хотя, кажется, видел один раз. Да, видел его. Ничего особенно в нем нет.
Я чуть не уронил голову на руки. Как выпытать у Миши подробности? Мне хотелось знать, как выглядит этот парень. Быть может, это тот самый тип, что окручивает Аньку. Что, если Катя совсем не уходила к нему? Что, если он ее похитил? Ну, а что! Все может быть. Вдруг и Аня тоже в беде…
– Да? А как он выглядит? – осторожно поинтересовался я. – Блондин? Брюнет?
– Блондин, кажется. А что? Ты его знаешь, что ли? – насторожился Миша. Я пожал плечами.
– За моей сестрой тоже волочился один. По описанию похож очень.
– Ого. Ну, надо же, – пробормотал Михаил. Его язык начал заплетаться.
– Ну, мы пойдем, – сказал Пашка, вставая из-за стола. Видимо, понял наконец-то, что делать нам здесь больше нечего.
– Да, нам пора! – радостно подтвердил я, и поспешно заковылял к двери. Пашка остановился, и, повернувшись к Михаилу, сказал ему на прощание:
– Ты это, завязывай с этим делом. Приберись в квартире, приведи себя в порядок, устройся на работу, а там, глядишь, все наладится. Вот увидишь! Может, и Катя к тебе вернется.
Мы вышли на улицу, и я жадно глотал воздух. Пашка глядел на меня, посмеиваясь. Когда я отдышался, он спросил:
– Что ты обо всем этом думаешь?
– О чем? – уточнил я. – О Кате, которая бросила Мишу или о Мише, который спивается? Честно говоря, меня смущает рассказ о новом ухажере Кати. Уж больно этот тип похож на того, с кем встречается Аня. И мне это совсем не нравится. Странно это. У Кати отключен телефон, Аня не отвечает на звонки, даже тебе, и у них обеих есть общий ухажер, который, возможно, замешан в их пропаже.