Цветы цвета неба

Гиппиус Рина

— Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, — угрожающе прошептал он мне на ухо, ухватив меня за локоть. — Что ты задумала?

Я удивленно посмотрела на него.

— Вы меня с кем-то путаете. Уж я-то точно ничего не задумываю и не собираюсь, — холодно ответила я.

— Не ври мне! Я тебя насквозь вижу. Надеешься занять место императрицы? Не выйдет! — зло выплюнул Вемунд.

— Меня и мое место устраивает. Я не понимаю, о чем вы, — возразила я, пытаясь высвободить свою руку.

— Уж не знаю, как тебе удалась выходка с ребенком, но учти, больше такого не повторится, — сказал мне отец Риона, отпустил мою руку, напоследок

больно сжав, оставив следы на коже и ровным шагом вернулся к праздничному столу.

Да что он себе вообразил там? Какие-то коварные планы… Бред.

Как же хочется убежать отсюда.

Сын уже крепко спал, когда я пришла к нему в комнату. Вымотался за день мой маленький вихрь. Я не стала его беспокоить и тихонько вышла, предварительно поцеловав темноволосую макушку и поправив как всегда сброшенное одеяло.

К себе в комнату идти не хотелось. Поэтому я направилась в сад, прихватив с собой подушку. Там я устроилась на уже полюбившейся мне скамейке.

Было тихо. Гости в эту часть парка заходили редко. Я могла спокойно наслаждаться минутами умиротворения.

Я не заметила, как задремала. Меня потревожил шорох.

— Так и знал, что ты тут, — Рион сел рядом.

— Праздник окончен? — спросила я.

— Да, гости разошлись. Ну и бездна с ними. Не успел я оказаться на троне, а меня это уже порядком достало, — устало вздохнул император.

— Привыкай.

Он хмыкнул и взял мою ладонь в свою руку. Погладил перстень на пальце.

— Твоя мать сказала, что мне нужно будет носить кольцо на среднем пальце, — и я вопросительно взглянула на Риона.

— А будешь на безымянном, — отвернувшись, сказал он.

— Почему? — не отставала я.

Внутренне я сжалась: пусть это значит не то, что я думаю.

— Первый раз мы столкнулись с тем, что первая леди империи не императрица. А это, — он снова коснулся кольца, — будет значить то, что ты не выйдешь замуж.

— Ка — а-а — ак? — я захлопала губами как рыба.

— Ты должна понимать в каком положении теперь находишься. Через тебя начнут пробовать воздействовать на меня, а потом уже и на наследника. Готовься — на тебя начнется охота, — невесело усмехнулся Рион.

— Но причем здесь мое возможное замужество?

Было жутко обидно. Вот так за меня распорядились моей жизнью. Я сжала руки так, что ногти больно впились в ладони. Иначе эти ногти сейчас расцарапают физиономию императора.

— Это самый удачный способ для возможности манипулирования тобой. Ты слабая женщина, что ты можешь противопоставить сильным, а главное хитрым мужчинам?

Я глубоко вздохнула. Да, Рион прав. Но… Во что же я вляпалась?!

— Что ж, раз замужество мне не светит, то я посвящу свою жизнь сыну и своей работе, — я подняла руку, чтобы император мне не начал возражать. Он недовольно сжал губы. — И ты не сможешь запретить мне работать! Меня превратили в заложницу, а этот кусочек свободы я отдавать не собираюсь. И мне плевать, чем там первая леди не может заниматься. Мой дар когда-то спас жизнь и мне самой, и многим другим, — я выразительно посмотрела на императора. Пора потребовать с него долг в конце концов. — Так что лишить меня возможности им пользоваться ты не имеешь права.

Во время моей эмоциональной тирады Рион мрачно взирал на меня, но перебивать не стал.

— Хорошо. Я назначу тебя главный целителем, — он устало откинулся на спинку скамейки и взъерошил свои волосы. —

Мы заключим с тобой соглашение. Ты будешь иметь возможность заниматься любимым делом, но в свою очередь станешь крайне осторожно выбирать свой круг общения. И каждый раз, как только кто-то попытается на тебя повлиять в своих корыстных целях, ты сообщаешь мне. Хоть ты и прожила во дворце месяц, но видела слишком мало. И не знаешь с чем именно можешь столкнуться.

— Да — да, я все понимаю, Рион. Но в любом случае, неужели я действительно могу на что-то повлиять, кроме как решить, где лучше построить новую школу или увеличить количество бинтов для больниц? — спросила я.

— Если к женщине найти правильный подход, то от нее можно много чего добиться. Не думаю, что ты исключение, — сухо заметил император, а мне вновь стало обидно. — А повлиять ты можешь на многое. Со временем.

У меня разболелась голова. От усталости. От этого разговора.

— Я все поняла. Буду вести себя хорошо. Можешь быть спокоен, — желчным тоном сказала я.

— Я в тебе и не сомневался, — он сжал мою руку. Аккуратно высвободив ее, я все же не удержалась от вопроса:

— А что будет, если ты женишься?

Рион удивленно посмотрел на меня.

— У меня есть два сына. Так что женитьба мне ни к чему, — твердо произнес он.

Я кивнула и поднялась со скамейки.

— Пожалуй, пойду спать, — сдерживая зевок, пробормотала я.

— Доброй ночи, — ответил Рион.

— Доброй ночи.

Несмотря на усталость, уснуть мне не удавалось. В голове полный сумбур. Судя по тому, какие взгляды на меня бросают придворные и какие слова я слышу за спиной, все считают, что я действующая любовница императора. Соответственно, на меня наверняка будет оказывается давление, будут искать способы настроить меня определенный образом, чтобы я могла повлиять на правителя. Разубеждать смысла нет. Не буду же я ходить и кричать на каждом углу, что я не любовница. Да и Рион наверняка в курсе сложившейся ситуации и при этом не представляет двору официальную фаворитку. Значит ему это выгодно? А как это все выдержать мне?

Глава 19

Сегодня состоится бал. Прибудут послы с других стран, соберется знать. А я хозяйка вечера. И отказаться нельзя.

Вообще-то во дворце из-за траура по Сарике, пока под запретом все увеселения. Исключение сделали только для коронации. Да и на бал пригласили не так много людей, как обычно.

Платье для этого торжества мне пошили золотой расцветки с темно — зеленой отделкой. Император же был в наряде, напоминающим военную форму. Темно — зеленого цвета с золотой отделкой. Теклария постаралась что ли у портных?

Мы стояли на возвышении у трона, когда в малый тронный зал прибыли первые послы. Лаксавирия, Эренсия, Зеденив и другие страны прислали своих представителей. Посла Камарина не было. После смерти Сарики король отозвал его на родину. Не сказать, что отношения наших стран ухудшились, но некая напряженность появилась. Слишком много непонятного и странного. Раньше-то я политикой не интересовалась. А теперь приходится.

Впрочем, на сегодня моей основной задачей было мило улыбаться и вовремя отвечать на комплименты. Эдакая говорящая кукла, необходимая как атрибут для украшения. Не более. Да и все равно, что обо мне будут думать эти персоны. Амбиций для политического поприща у меня нет. Я здесь только из-за сына.