Цветочное алиби
Шрифт:
Мариша покачала головой. Ей Рустам не показался таким уж подлым и коварным типом. Но, конечно, Аю видней.
– Вот именно, – кивнула Аю. – Он меня обманывал все это время! И сейчас врет. Когда я прямо в ресторане ему отставку дала, он сначала поговорить со мной пытался, а потом просто напился словно сапожник. Ну, и мог на задний дворик выползти. Вот только в это я и верю. Только никакой бабы с топором он не видел. Ему это либо с пьяных глаз померещилось, либо он просто все выдумал, чтобы иметь предлог для встречи со мной!
– Ни фига себе! – не удержалась Мариша от реплики. –
– Что именно?
– У твоего дома подкараулить.
– Я же последние дни жила за городом в доме у Рины, – напомнила ей Аю.
– Ну… У ресторана бы ждал.
– Он и ждал. Только я тоже не дура. Знала, что он может там торчать, кругом обходила. И с заднего входа просачивалась.
– Ну, в сам ресторан бы пришел.
– А там я с ним разговаривать отказывалась. И с охраной договорилась, чтобы они его ко мне не подпускали.
– А он пытался поговорить?
– Еще как пытался!
– Так, наверное, надо было поговорить.
– Нет, не хочу! Все, что надо, я ему уже сказала. А из пустого переливать в порожнее – мне это сейчас слишком больно. Словно раскаленный свинец на тело льется.
– Может быть, Рустам захочет развестись со своей женой.
– Но я этого не хочу!
И Аю упрямо вздернула свой крохотный, но очень острый подбородочек. А это служило у нее признаком крайнего раздражения и упрямства. Этот подбородок ей достался в наследство от матери. Именно так, вздернув свой подбородок, ее мать и покинула отца, забрав с собой двоих младших детей. Покинула любимого мужа и его страну, чтобы никогда больше не вернуться. И даже на похороны не приехала. И по телефону с мужем разговаривать избегала.
Сейчас Аю начала понимать свою мать. Должно быть, папа тоже натворил что-то такое, что безвозвратно разочаровало ее мать. Вот она и уехала, никому и ничего не пожелав объяснить. Гордая, одинокая и ужасно, ужасно несчастная. Бедная мама! Как же она должна была страдать!
– Вот видишь! – воскликнула Мариша, когда Аю объяснила ей, почему рвет с Рустамом.
– Что вижу?
– Твоя мать совершила ошибку! Ведь ты осталась с отцом и видела, как он тоже страдает!
– Да, – погружаясь в раздумья, пробормотала Аю. – Папа был буквально раздавлен ее побегом. Он так никогда и не смог завести себе другую женщину. Мы с ним жили вдвоем. И он все время пытался помириться с мамой.
– А она упорствовала?
– Да.
– И не желала с ним поговорить по душам?
– Да.
– Как ты сейчас?
Аю схватилась за голову.
– Да. Ой, прямо и не знаю, что мне делать! – воскликнула она. – Ты думаешь, мне нужно поговорить с Рустамом?
– Нужно.
– Но он обманщик! Он может еще чего-нибудь придумать! Как я могу ему верить после того, что узнала о нем?
– Давай все же попробуем.
– Ну… Ну, давай. А как это сделать?
– Ты ведь, насколько я помню, сегодня вечером выступаешь в «Шао-Лине»?
– Да.
– Тогда я тоже приду и попытаюсь устроить ваше свидание, чтобы все прошло гладко.
Все еще колеблясь, Аю все же дала свое согласие.
Мариша была довольна. Она не сказала Аю, но у нее самой была еще одна причина для визита в ресторан. После долгих раздумий она пришла к выводу, что кончики ниточки от убийцы к жертве тянутся через ресторан. Поэтому она так и рвалась в «Шао-Линь». Чтобы еще немного присмотреться и понаблюдать.
– Если Серов влип незаслуженно, то кто остается в качестве подозреваемого? Только Геннадий. Он единственный из всех наследников Рины мог твердо рассчитывать на то, что после ее смерти он получит внушительный куш. Остальные только предполагали, а он знал точно – ресторан при любом раскладе достанется именно ему.
Одного этого было достаточно для Мариши, чтобы насторожиться. К тому же из головы у нее не шла история с просроченными поставками. Она предприняла еще несколько попыток дозвониться до поставщиков. И ей это удалось. Однако они заверили, что у них с Риной также никаких проблем не возникло. А добиться от Гены ответа на вопрос, с кем же из поставщиков все же эти проблемы были, Мариша не смогла.
– Этим занималась Рина, – твердил он. – Нужно смотреть бумаги. А у меня сейчас, честное слово, других дел по горло.
И даже когда Мариша попыталась настаивать, он огрызнулся:
– Убийца пойман. Ваша работа закончена. Чего еще вам надо?
Он совершенно недвусмысленно давал Марише понять, что ее вмешательство в это дело не только нежелательно, но и откровенно противоречит его собственным интересам.
– Я вас нанял, чтобы вы нашли убийцу! – заявил он. – Убийца пойман. Я удовлетворен! Что вам еще нужно?
– Найти настоящего убийцу!
Ах, как это не понравилось Геннадию! Он прямо взвился:
– Оставьте эту затею! Я вам приказываю!
Вот не стоило ему разговаривать с ней таким тоном. Нет, определенно не стоило. Маришу его визг нисколько не испугал, а только разозлил.
– Вы мне приказываете? – пристально уставилась она на него. – На каком основании?
– Я вас нанял!
– Позвольте, как это наняли?
– А так!
– Хочу разобраться! – возмутилась Мариша. – Лично меня вы не нанимали. И я, и мой муж – мы всего лишь пообещали вам оказать любезность, попытавшись разобраться в этом деле. Вы нам не платили, поэтому и приказывать или запрещать что-либо не имеете права!
Это была чистая правда. И Геннадий явно не знал, что ответить. Никакого гонорара Марише и Смайлу он не предлагал. Они действовали исключительно по своему желанию. Поэтому сейчас Геннадий оказался в затруднительном положении.
– Хотите, я вам заплачу сейчас? – осенило его наконец.
Мариша только фыркнула в ответ. Какой смысл разговаривать с дураком? Решил он, что убийца пойман! И еще ей, Марише, смеет палки в колеса ставить! Смеет что-то запрещать! Одного этого было достаточно, чтобы она твердо решила найти настоящего убийцу Рины. Просто потому, что теперь это дело ее принципа! И совести!