Цвет прошлого

Чеширский Кот

— Мне сказали, что здесь я могу найти людей, которые знают, как оставить любого охотника с носом, не говоря уже о пограничной страже.

Ответом мне вновь стала напряженная тишина. Но на этот раз негромко разговаривавшие рыбаки замолчали и настороженно посмотрели на меня. Прервал свое занятие починявший сети, качнулся, просыпаясь, старик, и только их товарищ, занимавшийся готовкой еды, как ни в чем не бывало помешивал похлебку.

— Я и мой спутник хотели бы покинуть город, не привлекая внимания к нашим скромным персонам. Разумеется, вознаграждение будет щедрым, — добавил я, выкладывая на дно лодки

серебряную монету, — может, все–таки постараетесь вспомнить?

Одновременно с этим моя ладонь легла на рукоять кинжала. Если рыбаки попытаются напасть на меня, соблазнившись поживой, мало им не покажется. Чувствуя их нерешительность и сомнения, я равнодушно повернулся к реке, делая вид, что рассматриваю лунную дорожку, то и дело покрывающуюся рябью. Красивая картина. Особенно, когда видишь не только обычные краски, но и Подлинные цвета.

Хотя я не спускал глаз с перешептывающихся рыбаков, но, в какой момент исчез серебряный кругляш, не заметил. Несколько раз они невольно повышали голос, но тут же спохватывались. Впрочем, я и не собирался их подслушивать, так как был уверен, что вскоре получу ответ.

— Тебе не повезло, — усмехнулся старик, когда рыбаки закончили обсуждение. — Самую малость припоздал ты. Фроде вернулся только вчера вечером, но уже нашел заказчиков. А других сейчас нет в городе. Если у тебя есть время, то, думаю, через три или четыре дня, кто–нибудь вернется.

— Нет, время не терпит, — покачал я головой. — Может быть, кто–то из вас отвезет нас?

— Зря стараешься, — вмешался тот, что следил за котелком. — Ты откуда такой свалился, парень? Не слышал, что в Гроссфи завелись какие–то странные создания?! Сейчас лишь Фроде, да еще пара лихих ребят, отваживаются плавать по реке круглые сутки. Днем–то и мы согласны, только ты сам будешь против ночных остановок, ежели и впрямь торопишься.

Что правда, то правда, если нам придется каждую ночь приставать к берегу, то шансы попасть в лапы гильдий резко возрастут. Ведь тогда пропадет преимущество в скорости, которое мы получали, не прекращая движения ни на миг, в отличие от конной погони.

— Что за ерунда, — надменно усмехнулся я над его словами. — Может быть, в Приграничье и водятся чудовища, но откуда им взяться в Гроссфи? Насколько мне известно…

— Плохо тебе известно, — перебил он меня. — Лет десять назад так и было, а сейчас, поговаривают, что Приграничье перебирается и на этот, восточный берег Гроссфи. Пока, правда, Мастера вроде бы справляются. Вот только, несмотря на их уверения, что все в порядке, двое наших ребят пропали. Как в воду канули, — добавил он, суеверно постучав по борту лодки. — Так что даже не проси. Никто из нас не сунется.

Тяжело вздохнув, я поднялся, задумчиво посмотрел на ярко освещенные окна трактира. Спросить еще и там? Вряд ли от этого будет прок. Сомнительно, чтобы рыбаки соврали мне, скорее всего и впрямь никто не согласится на мое предложение. Может быть, знай, они, что я Мастер и могу справиться с загадочными созданиями, кто–то бы и передумал, но раскрывать свое инкогнито в мои планы не входило.

— Что–то много вас, торопливых, стало, — ворчливо сказал рыбак, снимая котелок с огня. — Спешите куда–то, суетитесь. Небось, опять что–то в столице стряслось, али гильдии что–то не поделили?

— А что, много таких? — полюбопытствовал

я.

— Да вот, сегодня одна дамочка приходила, кстати, тоже в плащ закуталась, видать, зябко ей было, — захихикал старик, протягивая плошку к котелку.

Учитывая, какая сегодня была жара, и впрямь выглядело это смешно. Особенно с точки зрения рыбаков. Побывай они в моей шкуре или любого другого беглеца, то рассуждали бы совсем по–другому. Впрочем, объяснять им, что к чему, я не собирался. Вместо этого получше запахнулся в плащ и направился обратно, в гостиницу, располагавшуюся не так уж и близко от реки.

Поднявшись на вымощенный камнем участок набережной, я приостановился. Свежий ночной ветерок принес вместе с прохладой запах водорослей и множество разных цветов. Заилившееся русло немного отдавало болотом и тиной, но после дневного зноя даже эти ароматы казались приятными. Уловив момент, я оттолкнул в сторону несколько перекрутившихся полос коричневого и болотного и подтянул к себе облако синего, с головой окунувшись в океан свежести.

К сожалению, времени на развлечение у меня не осталось. Пора было возвращаться в гостиницу, прежде чем хозяин начнет волноваться. Как–никак, он не мог запереть двери до тех пор, пока последний постоялец не вернется в номер.

Ночные улицы Альбивио в центре города окончательно опустели, так за все время своего пути я встретил лишь двух или трех человек. Думаю, однако, что на окраинах было куда больше шума и веселья, особенно в трактирах и на постоялых дворах. Шагая по темным улицам, я поражался тому, как разительно изменился облик города с заходом солнца. В неровном лунном свете здания выглядели грозно и величественно, будто сбросили груз веков, вновь обретя былое великолепие. Резкие, фигурные тени, отбрасываемые домами, казались спящими сторожами древнего города.

За пару домов до гостиницы я снял плащ и свернул его. Так что даже если неудачливый воришка или кто–нибудь из рыбаков разболтают соглядатаям гильдий или короля о подозрительном госте, то быстро выйти на мой след ищейки все равно не смогут. Главное, чтобы они не догадались, кто я и куда направлюсь, покинув город. Так что задерживаться в Альбивио было нельзя. Со дня на день прибудут гонцы с новостями из столицы, и тогда ускользать от охотников станет намного труднее.

Над дверью в гостинице висел фонарь, чуть покачивающийся на ветру. На всякий случай, я остановился у порога, прислушиваясь, не идет ли кто за мной, но кроме обычных ночных звуков ничего не было слышно. Сонный хозяин, привалившийся к стойке, тут же выпрямился, едва стукнула дверь. Пока он запирал ее на замок и задвигал увесистый засов, я посмотрел по сторонам. Обеденная зала была пуста, похоже, все постояльцы уже поужинали и разошлись по своим комнатам.

Только сейчас до меня дошло, что Фиори сидит в номере одна, голодная и наверняка испуганная. Пришлось велеть совести замолчать и распорядиться, чтобы нам в номер принесли еды, оставшейся после ужина. Хозяин пошел дать приказания слуге, а я от нечего делать обратил внимание на светильники. За те несколько часов, что прошли с обеда, лампы поблекли еще сильнее. Одна уже почти померкла, а вторая была лишь немногим ярче. Третьей это коснулось меньше, но и она начала угасать. Любопытно, неужели хозяин прав и кто–то нарочно портит их?