Цвет неба
Шрифт:
Он опустился рядом.
— Ты сейчас думаешь прямо как Рий, — он слегка улыбнулся.
Когда читают твои мысли — неприятно…
— И сейчас ты тоже думаешь как он! Теперь-то я верю, что вы двое — пара Страж и Ключ. А теперь, дай-ка я. — Я с облегчением убрала руки, и он стал быстро расстегивать рубашку Демма. Со второй пуговицы на его теле стали видны коричневые следы крови. А когда он распахнул рубашку полностью… Я горжусь собой. У меня вырвался всего лишь судорожный выдох сквозь сцепленные до скрипа зубы. Хотя желудок подкатил к горлу,
Его грудь вся залита темной, почти черной кровью. Ниже линии плеч на пол моей ладони, посередине, она была ярко-алого оттенка… та ветка пробила ему легкое. Наружу торчали окровавленные толи осколки ребер, толи щепки.
Мой разум сжалился надо мной и начал воспринимать все отстраненно. Но с осознанием того, кто передо мной и кто виноват в случившемся.
Демм… тот, кто, как оказалось, дороже мне всей жизни… его кровь — часть его. Я касаюсь крови — я касаюсь его, тут нет ничего страшного.
Я сама, собственными пальцами вытащила все засевшие в ране щепки.
Я во всем виновата и я должна все исправить. И, тем более, я просто хочу избавить его от боли. Я сделаю все. Переступлю через себя снова и снова.
Кровь начала толчками выходить наружу. Так много… Не думая, быстро стянула верхнюю кофту, сложила молнией вверх и, попросив чуть приподнять Демма, скомканный низ положила под спину, а капюшон и рукава — на грудь.
Я знаю лишь что организм Демма может восстанавливаться быстрее, чем человеческий… не знаю, чем отличается еще, но уверена, что даже такой как он может умереть от больших потерь крови.
— Так, теперь помоги мне занести его в пещеру. Я беру за руки, ты зажимаешь, — демон дождался, когда я кивну и начал медленно поднимать Демма. Я старательно зажимала рану, семеня по сравнению с его широкими шагами.
Он положил Демма на каменный пол чуть дальше входа в разлом. Его глаза в темноте опять начали светиться сиреневым, как и глаза Демма ранее ярко-алым.
Демон попросил меня выйти. Наверно, оно и к лучшему.
Я вышла на свежий воздух и осела на землю.
Все руки покрыты кровью.
Я с остервенением начала тереть их об траву. Всхлипнула. Не могу больше… Когда Демма нет рядом, я уже не в силах продолжать быть сильной.
Через некоторое время вышел демон с ним на руках. Он перебинтовал грудь Демма его же порванной на полосы рубашкой, а моей и своей курткой укрыл его плечи и грудь.
Мы пошли сквозь лес.
Я старалась не отставать от демона, иногда даже переходила на бег.
Интересно, откуда он знает куда нужно идти? А вдруг он несет Демма совсем не туда, а…
— Я плохого ничего не сделаю своему драгоценному другу, — он повернул голову и задорным видом подмигнул. — Только ты не говори ему об этом, ладно? Он все равно меня не помнит…
В его голосе мне послышалась тщательно подавляемая грусть. Она промелькнула на секунду, когда он проронил последнее слово: не помнит…
Значит, он был
— Даже я сам сначала не понял этого. Ну, что он память потерял. Думал, притворяется, а сам, на самом деле, рад меня видеть. Но потом… я увидел в его глазах непонимание и ярость. Рий никогда не мог играть выражением глаз. Лица — это да, для этого у него была идеальная беспристрастная маска, которая с годами только совершенствовалась. Глаза его всегда были отражением настоящего, неподдельного "я".
Я не верил его сестре что он потерял память, был уверен, что меня-то он не мог забыть… как и не мог забыть свою семью, свой дом. Я ошибался. Во мне он увидел только врага, хотя я сам, наверное, виноват. Решил подшутить как в старые добрые времена, используя нечто очень дорогое для него. А шутить над дорогим непростительно.
Его слова заставляли задуматься о самом демоне.
Он очень ценит Демма — Рия, как он его называет. Не слова даже, а едва слышные полутона, в который меньше чем на секунду помелькают чувства.
Теперь я, наверное, верю, что он не сделает ничего плохого.
— Я не буду говорить — доверься мне, ведь эти слова только убеждают в обратном. Это полностью твое дело, верить моим словам или нет.
Хорошие слова. Он прочитал и облек в слова все то, что я даже не оформила в мысль.
С ним, почему-то, легко. Намного легче, чем с людьми, всю жизнь меня окружавшими. Демоны… о них говорят столько всего ужасного. Вот, я встретила второго в своей жизни демона, и что? Я только еще раз убедилась, что демоны совсем не такие, какими их выставляют.
— Знаешь, а ты тоже не похожа на всех остальных. Так спокойно и адекватно воспринимаешь то, что мы демоны.
— Ну, — я смущенно улыбнулась, — сначала я восприняла это не так уж и адекватно. Перепугалась очень. Но…
— Но? — повторил демон.
— Как бы это сказать… Я поняла, что в первую очередь нужно верить своим чувствам и глазам, а не мнению посторонних. Вот как-то так.
Обычно, такие высказывания высмеивались в нашем высоком обществе лжецов и предателей, только из-за того, что ты думаешь иначе, чем масса. И поэтому, еще давно, я перестала высказывать свое мнение вслух. Даже не знаю, что побудило сказать это вновь… Наверное, все же дело в том, что у меня появилось мимолетная подсознательная надежда на понимание.
— Но ведь важным является и время, потому что тоже нельзя судить о ком-то по первому впечатлению, — серьезным тоном сказал демон.
— Конечно! — обрадовано откликнулась я. — Я это тоже подразумевала, просто, я имела ввиду одного чел… кое-кого, когда говорила это.
Он ухмыльнулся.
— Рия?
Я смущенно кивнула.
Но, получается, в его случае моя теория рушится! Ведь с момента нашей первой встречи прошло меньше недели. Мало времени! Значит, я не могу составить правильное мнение о нем?? Но… я чувствую, что сделала все правильно…