Cтолпы общества

Ибсен Генрик

Йухан. Ура, Лона! Она едет с нами!

Бетти. Йухан! Какое легкомыслие!

Рёрлун. Может ли быть? Такой колоссальный скандал! Как сумели вы обольстить ее?..

Йухан. Ну-ну, любезный! Что такое вы говорите?

Рёрлун. Отвечайте мне, Дина. Это вы сами?.. Это ваше собственное свободное решение?

Дина. Мне надо уехать отсюда.

Рёрлун. Но с ним?.. С ним?..

Дина. Укажите мне кого-нибудь другого, у кого хватило бы мужества взять меня с собой.

Рёрлун. Ну так знайте же, кто он таков!

Йухан.

Замолчите!

Берник. Ни слова больше!

Рёрлун. Плохо тогда служил бы я тому обществу, на страже нравственных устоев которого я поставлен. И непростительно поступил бы по отношению к этой молодой девушке, в воспитании которой принимал немалое участие и которая мне...

Йухан. Остерегитесь!

Рёрлун. Она должна это узнать. Дина, этот человек - причина несчастия и позора вашей матери!

Берник. Господин адъюнкт!

Дина. Он?! (Обращаясь к Йухану.) Это правда?

Йухан. Карстен! Отвечай ты!

Берник. Ни слова больше! Теперь не время объясняться!

Дина. Значит, правда?..

Рёрлун. Правда, правда. И этого еще мало! Человек, которому вы так доверяетесь, бежал с родины не с пустыми руками... Касса вдовы Берник... Ее сын может это засвидетельствовать !

Лона. Лжец!

Берник. А!..

Бетти. Боже мой, боже мой!

Йухан (бросаясь на адъюнкта с поднятой рукой). И ты осмеливаешься?..

Лона (заступая ему дорогу). Не тронь его, Йухан!

Рёрлун. Да, ударьте меня. Но правда должна восторжествовать, а э т о правда. Сам консул Берник это говорил, и всему городу это известно... Теперь, Дина, вы знаете этого человека.

Короткая пауза.

Йухан (схватив Берника за руку, тихо). Карстен! Карстен! Что ты сделал?

Бетти (в слезах, шепотом). О! Карстен! В какой позор я тебя вовлекла!

Санстад (быстро входит справа и останавливается, держась за ручку двери). Поторопитесь же наконец, господин консул. Железная дорога висит на волоске.

Берник (растерянно). Что же это такое?.. Что мне делать?..

Лона (серьезно и значительно). Идти и быть опорой общества, зять.

Санстад. Да, да, поторопитесь, нам нужен весь ваш нравственный авторитет.

Йухан (говорит Бернику вполголоса). Берник, завтра мы с тобой поговорим. (Уходит через сад.)

Берник как-то машинально уходит направо за Санстадом.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Там же.

Берник входит слева, сильно взволнованный, с хлыстом в руке, и оставляет дверь полуотворенной.

Берник. Вот! Так-то вернее! Надеюсь, он не забудет этой трепки! (Обращается к кому-то в соседней комнате.) Что ты говоришь?... А я тебе говорю, что ты неразумная мать! Ты его балуешь, потакаешь всем его проделкам! Негодяй этакий!.. Не негодяй? А как же ты все это называешь? У меня и так хлопот полон рот, а он удирает ночью из дому, пускается в море на рыбачьей лодчонке, пропадает

чуть ли не целый день, пугает меня до смерти. И этот мальчишка еще смеет угрожать, что совсем сбежит из дому. Пусть только попробует!.. Ты? Я думаю, тебе и горя мало, хоть бы он совсем пропал!.. Так?.. Так?.. Но у меня есть дело, которое мне надо завещать кому-нибудь после себя, и мне не расчет умереть бездетным... Без разговоров, Бетти! Как я сказал, так и будет. Он посидит под домашним арестом... (Прислушиваясь.) Тсс! Чтобы никто не знал!

Управляющий Крап входит справа.

Крап. Можете вы уделить мне одну минуту, господин консул?

Берник (бросая хлыст). Могу, могу. Вы с верфи?

Крап. Прямо оттуда. Гм...

Берник. Ну? Надеюсь, "Пальма" в порядке?

Крап. "Пальма" может отплыть завтра, но...

Берник. Так вы насчет "Индианки"? Я так и думал, что этот упрямец...

Крап. "Индианка" тоже может отплыть завтра, но боюсь, она недалеко уйдет.

Берник. Что это значит?

Крап. Извините, господин консул, дверь не закрыта, и, кажется, там есть кто-то...

Берник (затворив дверь). Ну, что еще за секреты?

Крап. А то, что мастер Эунэ, видно, намерен пустить "Индианку" ко дну со всем грузом и экипажем.

Берник. Помилуй бог! С чего это вы взяли?

Крап. Иначе и объяснить себе нельзя, господин консул.

Берник. Так расскажите же мне все коротко и ясно.

Крап. Извольте. Вы сами знаете, как медленно идет у нас работа на верфи с тех пор, как мы завели новые машины и набрали новых, неопытных рабочих.

Берник. Да, да.

Крап. Но вот я захожу туда утром, смотрю, ремонт американского судна удивительно подвинулся вперед. Большая щель на днище... совсем прогнившее место, вы знаете?..

Берник. Ну, так что же?

Крап. Совершенно заделана, то есть... с виду, - новая обшивка. Говорят, Эунэ сам всю ночь работал с фонарем.

Берник. Ну, ну, дальше?

Крап. Я таки призадумался. Рабочие в ту пору как раз отдыхали, завтракали, и я пробрался незаметно на судно, чтобы посмотреть все хорошенько и снаружи и внутри. Трудненько было проникнуть в самый трюм, судно ведь загружено; зато удалось убедиться. Дело нечисто, господин консул.

Берник. Поверить не могу, господин Крап. Допустить не могу, чтобы Эунэ...

Крап. К сожалению, сущая правда. Дело нечисто, говорю я. Насколько я мог рассмотреть, ни одного бревна нового не вставлено. Щель только законопачена, забита, обшита досками и брезентом и осмолена... Одна видимость. "Индианке" не доплыть до Нью-Йорка. Она пойдет ко дну, как треснувший горшок.

Берник. Но ведь это ужасно! Какая же у него может быть цель?

Крап. Вероятно, хочет доказать негодность машин, хочет отомстить, заставить принять обратно уволенных старых рабочих.