Cнова дома
Шрифт:
****
После тренировки меня дружно проводили домой. Мы заказали пиццу, а потом при помощи бесплатной программки создали фоторобот нападавшего, отредактировали его в графическом редакторе, и распечатали на принтере. Каждый получил копию и отправился наводить справки. Илью я попросил задержаться, чтобы обсудить скорую поездку в Штаты.
С бокалами и графином холодного чая со льдом, мы вышли на лоджию, где стояли два кресла и несколько неприхотливых домашних растений. Минутку постояли, разглядывая виды, затем расположились в креслах. Заметив,
– Это какой-то песец, Серёга. Нападение с ножами посреди бела дня! Тебя ж могли убить! Как будто этого мало, мы ожидаем проблем даже от полиции. К кому тогда идти за помощью?
– глаза обычно спокойного друга выдавали боль.
– Не переживай ты так, Илья, всё обойдётся. Мы сами с этим разберемся.
– Разберемся с кем? С бандой уголовников? Сергей, мы же не спецназовцы! Не знаю, о чём мечтаешь ты, но я никогда воображал себя кикбоксером или снайпером. Я хочу просто быть хорошим инженером!
Ну что за жизнь! Кто бы меня самого успокоил! Впрочем, жалеть себя - последнее дело. Внутренне отстранившись от ситуации, я ощутил, как стресс понемногу уходит. Илья напряженно вглядывался мне в лицо, словно стараясь прочитать мои мысли. Я спокойно улыбнулся приятелю, шутливо приподнял свой бокал и сказал:
– За это стоит выпить. За хороших инженеров!
Илья автоматически чокнулся своим бокалом о мой и пригубил напиток. Потом покачал головой и спросил:
– Как ты это делаешь, Серёга? Минуту назад ты беспокоился как и я, а теперь само воплощение дзен.
– Если захочешь, я тебя научу. Однако давай пока поговорим о делах. Визы готовы. У тебя рабочая, у меня инвестиционная. Вчера я общался с нашим американским партнёром. Он извинился за задержки - некоторые планы поменялись. Один из его хороших знакомых держит крупный хедж-фонд в Чикаго, и в результате наш офис будет там. Я уже видел помещение по Скайпу - мы на 37-м этаже небоскреба в центре города. Виды потрясающие! Нас ждут как можно быстрее - подписать кое-какие бумаги и настроить твою программу. Когда поедем?
– Да хоть сегодня. Я недавно разговаривал с родителями, они считают, что самый перспективный вариант для меня - работать на Западе. Причем чем скорее уехать, тем лучше - с нашего правительства станется закрыть границы.
– Вот тебе раз! А как же учёба?
– Думаю, я без проблем закончу какой-нибудь университет в Штатах.
– Подожди! Я правильно тебя понимаю? Ты что, не планируешь возвращаться?
– Если и вернусь, то не скоро. Сергей, у меня здесь нет будущего. Тут все работают на государство, прямо или опосредованно. Частная инициатива не приветствуется, все ждут команд сверху. Скоро начнут ходить строем и петь военные песни. Я не хочу в этом участвовать.
Вот это новости. Илья решил эмигрировать! В голове не помещается. Мой друг тем временем продолжал:
– Я не считаю себя предателем. И к России у меня самые тёплые чувства. Но ты пойми меня правильно. С одной стороны, мне просто
– он посмотрел мне в глаза, надеясь на поддержку.
А мне вновь стало не по себе. Какие-то неприятные тектонические изменения происходили вокруг. Что бы ни случалось со мной раньше, я никогда не терял чувства фундаментальной правильности и доброты мира. Но что-то стало меняться и появилось ощущение неприятной зыбкости, как будто почва заходила под ногами. Зло вокруг крепло, а добро отступало.
Видимо заметив безрадостное выражение моего лица, Илья сказал:
– Не грусти, Серёга. Будешь приезжать ко мне в гости в Чикаго.
Я невесело улыбнулся в ответ и сказал:
– Можешь на это рассчитывать. Так просто ты от меня не отделаешься.
Я встал из кресла, налил ещё чая из графина и уставился вдаль. Вообще-то у меня были на Илью серьёзные планы. Я надеялся, что он сможет стать одним из лидеров и стратегов сообщества групп взаимопомощи, негласно взаимодействующим с Союзом Технопарков. Но уговаривать его сейчас бессмысленно, он уже выбрал для себя другой путь. Нужно искать другого, более боевого человека на роль лидера.
– Что ж, кажется я тебя понимаю. Ты кому-то говорил о своих планах?
– Нет. И тебя прошу никому не рассказывать.
– А как же ребята? Неизвестно, когда вы в следующий раз увидитесь.
– Я им всё объясню уже оттуда. Сейчас я боюсь рисковать. Кроме того, если все начнут меня уговаривать остаться, будет тяжело ехать.
Я вздохнул и кивнул головой:
– Ладно, буду молчать. Тебя будет не хватать здесь, Илья. Хорошо, что мы будем видеться в Чикаго время от времени. В твоём отъезде я вижу один плюс: ты сможешь с полной отдачей заниматься торговой системой. Не сомневаюсь, что наша компания будет процветать. Хватит тебе недели на сборы?
– Да.
– Тогда я возьму билеты и перезвоню тебе вечером.
****
Оставшись один, я решил начать с главного вопроса сегодняшнего дня: кто и почему на меня напал. Вторым уровнем стояла задача о таинственных наблюдателях, которые незримо присутствовали во время схватки. Ответы лежали в тонких планах, где хранятся отпечатки обо всех событиях физического мира. Требовалось пережить их в глубокой медитации, оставаясь абсолютно пассивным, чтобы в сознании, как в безмятежной водной глади отразились нужные фрагменты. Любое волнение или ответная реакция искажали картину или подменяли её выплывающими из подсознания видениями. Следовало подготовиться. Переодевшись в удобную домашнюю одежду, я достал из шкафа йоговский коврик и расстелил его на полу. Удобно устроившись, я минут пятнадцать ритмично и глубоко дышал, набирая энергию и устанавливая глубокий покой. Почувствовав, что готов, я сконцентрировался и устремился сознанием в тонкий мир.