Цифромагия. Исполнитель
Шрифт:
Матвей на удивление быстро переварил написанное ведьмой, что, впрочем, было ожидаемо: учитывая все ранее пережитое — порталы из игры в реальность, путешествие в другой мир, оцифровку…
— Но не слишком ли это жестоко? — спросил он, пока не трогаясь с места.
«Помнишь, я рассказывала об Игоре Лисунове, старшекласснике, который погиб? Это случилось в Бальстарре, и убили его как раз Менгель и его прихвостни. Разумеется, они не знали, что Игорь был оцифрован, однако незнание не освобождает от ответственности, да простится мне такая банальность. Вдобавок, уж поверь, Смеющиеся
«Игорь Лисунов… — разумеется, Матвей помнил рассказ ведьмы о погибшем в игре парне. — Он был в этой игре. Значит, здесь уже находились нужные ведьме артефакты, существа или еще что-то».
«Не удивляйся, такое случается довольно часто. На наличие потенциала у контента влияет не популярность игры или время ее существования. Тут все на сто процентов зависит от разработчиков, их вдохновения, стремления вложить душу в ту или иную деталь. Об этом я уже говорила в нашу самую первую встречу. А теперь найди зелье и возвращайся».
Поиски Дыхания Спящего Великана не заняли много времени, и как только сосуд с узким длинным горлышком оказался у Матвея в руках, посреди лаборатории возникла клубящаяся чернота портала в реальность.
Квест четвертый: Роковые ошибки — 4
Матвей сидел возле печки и смотрел на огонь. С тех пор, как он вышел из «Бальстарры», прошло три дня, наполненных бездельем и одиночеством, а потому очень долгих.
Безделье и одиночество… По мнению Климова, именно это погубило героя одного депрессивного классического романа, который он прочел по настоянию Алены около года назад. Питерский студент, автор теории, что разделяла людей на «наполеонов» и «дрожащих тварей» сам признавался: бросив университет и прекратив давать уроки детям, он целыми днями лежал, отдавшись на растерзание собственным мыслям.
Да, побыть одному и подумать иногда бывает жизненно необходимо, иной раз это все равно что лекарство. Однако любое лекарство имеет дозу. Стоит принять больше — и наступит отравление…
— Действительно, в твоем случае опасность отравиться собственными мыслями очень велика, — в голосе ведьмы чувствовалась насмешка.
Матвей вздрогнул и обернулся. Она стояла в дверях, изучая его темными, чуть безумными глазами и со слабой улыбкой.
— Что же, если безделье доставляет тебе столько мучений, я придумаю, чем помочь. Не очень, знаешь ли, хочется повторить судьбу несчастной Алены Ивановны…
Договорив, ведьма прошла в палату и стала осматриваться. Затем присела на край кровати.
— Конечно, твое жилище далеко от роскошного, но мне доводилось коротать время в куда более неприятных местах. Я достаточно изучила твой характер и знаю, как ты ненавидишь этот дом. Ты готов своротить горы, лишь бы вернуться к той жизни, которую построил сам и где у тебя все хорошо. А правильная мотивация способна творить чудеса.
«Почему она здесь?» — недоумевал Матвей, все еще сидя возле «буржуйки» и глядя на хозяйку убежища.
Ни разу еще она не заходила к нему в палату: когда ей требовалось видеть Климова, она всегда посылала за ним Мирона. Вряд ли ведьма пришла
— Расслабься, ничего страшного тебя не ждет. По крайней мере, в ближайшую неделю уж точно, — ведьма снова усмехнулась. — Просто сейчас мне предстоит провернуть одну сделку, и я подумала, почему бы тебе не поучаствовать в качестве наблюдателя? И, судя по тому, о чем ты размышлял до моего прихода, для тебя это может оказаться полезным, поможет развеяться. Поднимайся, пойдем.
Она встала с кровати, направилась к выходу, и Матвею ничего не оставалось, кроме как пойти следом.
— Как ты помнишь, недавно здесь было не протолкнуться от моих работников, — заговорила ведьма, медленно проходя по коридору. — За последние месяцы убежище значительно расширилось. Под этой рассыпающейся двухэтажкой сейчас огромное помещение, наполненное магической энергией, и я хочу показать тебе его.
Спустились на первый этаж, затем в загроможденный мусором и заполненный вонью подвал. Матвей сразу заметил, что участок пола в центре очищен и на нем начерчена пентаграмма. Ведьма подошла к ней, наклонилась и приложила ладонь к нескольким символам.
Спустя секунд десять весь рисунок засветился, хозяйка убежища выпрямилась и отошла к Климову. Исчерченный участок пола словно размылся и задрожал — казалось, он превратился в голограмму, по неосязаемой поверхности которой бежали помехи. Матвей невольно сделал шаг назад.
— Ничего страшного, — сказала ведьма. — Просто открывается проход.
Вскоре проход действительно открылся, и Климов увидел ведущие вниз ступени из темного гладкого камня. В подвале стало заметно теплее, смрад как будто отступил.
— Идем, — ведьма первая направилась к лестнице. — Сейчас ты увидишь место, где я надеюсь завершить дело, за которое взялась.
Помещение под заброшенным детским домом было огромным: в наполненном магией пространстве вполне мог бы уместиться целый жилой квартал. Потолок прятался за толстым слоем плотного серого тумана, отчего казалось, что над исполинским залом вот-вот разразится гроза. Лестница не могла похвастаться шириной, перила отсутствовали, и Матвей, медленно спускаясь вслед за ведьмой, чувствовал себя очень неуютно, особенно когда глядел вниз, на далекий пол, хотя раньше никогда не боялся высоты.
— Это магия, — не оборачиваясь, произнесла ведьма. — Она дестабилизирует нервную систему неподготовленного человека, уж прости меня за столь научные выражения. Сейчас мы спустимся, и тебе станет полегче.
Ведьма оказалась права: едва последняя ступенька осталась позади, как страх ушел, и Матвей, наконец, смог осмотреться. Увиденное попросту ошеломляло, он словно погрузился в игру — настолько фантастической была окружающая обстановка.
— Отчасти ты прав, — сказала ведьма. — Я смогла построить это место исключительно благодаря дарам с виртуальных просторов. Реальность и цифра стали здесь одним целым, образовав уникальное магическое поле. Хотя обустройство еще продолжается, и тебе как игроку придется выполнить немало заданий, чтобы моя подземная лаборатория работала должным образом.