Цифраторий
Шрифт:
"Радбос" был огромным. Они миновали около двух десятка отсеков, пока не очутились в каюте советника. Ее тоже строили не под его рост, поэтому Грей предпочел сразу сесть, устав постоянно пригибаться.
Увы, несмотря на свой впечатляющий размер, "Радбос" оставался космическим кораблем, где каждая унция веса, каждый дюйм пространства были на вес золота. Поэтому каюта Грея ничем не отличалась от иных кают — аскетичная и тесная, с откидным столиком и откидной койкой, куда и опустился советник, а затем жестом предложил им присесть.
Сара уже заметила, что Грей не из болтливых.
— То, что я вам сейчас покажу, видели лишь некоторые члены Совета, — предупредил он и потянулся к экрану. — Это все, что у нас есть. Одна минута записи со Спэйс Нидл.
Прозрачный экран шириной в три ладони, плавающий над откидным столиком, вспыхнул от жеста и явил серебристо-серый коридор — чуть шире, чем на местном корабле.
По коридору не спеша, устало шел невысокий и щуплый светловолосый мужчина, одетый в темный мундир. Камера смотрела ему в спину, лица было не разглядеть, но все, что с ним происходило, Сара видела в деталях.
Мужчина неожиданно вскрикнул, загородился руками, как от удара, и упал, словно скошенный стебель, пропустив сквозь себя нечто почти прозрачное, едва уловимое — призрачное. Затем коридор утонул в тревожном свете красных огней и запись остановилась. Таймер в углу экрана показывал одну минуту и семь секунд.
Грей озадаченно вздохнул. Жан впрыснул в себя холодок, поглядел на Сару не моргая. Он оказался прав. Да она и сама подозревала, что упавшая с неба мумия — далеко не чья-то ошибка, совсем не случайность. Особенно, когда в Шэлл Интертаймент прилетел представитель Совета…
— Шестьдесят семь секунд, — сказала она, не сводя взгляда с застывшей на экране картинки.
Неизвестный мужчина, широко раскинув руки, лежал на полу коридора космической станции, словно накрытый красным погребальным саваном.
— Шестьдесят семь секунд, из которых вы должны выжать максимум до прибытия на станцию, — уточнил Грей.
— ИИ Спэйс Нидл? — повернулся к советнику Жан.
— После… м-м инцидента со станции перестали поступать любые сигналы, как будто она исчезла вместе со всем экипажем. Но пролетающие мимо корабли продолжают наблюдать ее визуально. Кроме того, наши приборы зафиксировали странное… волнение в момент ее исчезновения, чью природу мы пока понять не можем. Над этим уже работают. Как только что-то станет известно, я вам сразу сообщу. Запись теперь в вашем полном распоряжении. Но моей каюты она покидать не должна.
Советник поднялся, предусмотрительно ссутулился и, не проронив ни слова, вышел в коридор. Будто сбежал, не желая ломать мозг над головоломкой, подумал Сара. Хотел, чтобы пьюры сотворили чудо и разгадали пазл вселенского масштаба, имея на руках лишь минутную запись.
Как только Грей исчез, Жан сделал то, о чем думала Сара: воспроизвел запись, замедлив ее до слайд-шоу. Один кадр, другой, третий… Жертва едва двигалась на экране, не рассказывая о себе ничего нового. Да и что она могла рассказать за минуту?..
Но Сара все равно ловила каждое движение, не желая ничего упустить. А вдруг? Вдруг ей удастся заметить что-нибудь, что не бросалось в глаза во время первого
— Сделай погроме, — попросила она.
И по каюте советника разнесся звонкий шлепок, как если бы кто-то со всей мочи шлепнул в ладоши, но это жертва всего лишь опустила свою ногу на пол коридора Спэйс Нидл. Звуки шагов были ясными и, помноженные на обостренное чутье пьюра после дозы холодка, в тишине каюты громыхали настоящими выстрелами, заставляя перепонки отчаянно звенеть и дрожать.
— Отфильтрую их, — известил Жан.
Сара кивнула, продолжая сверлить чистым взглядом экран, где маленький человечек дергался и забавно переставлял ножки, словно старая кукла на ниточках.
Светлая короткостриженая голова, темный мундир на худом теле, строгие брюки, начищенные до блеска черные туфли… Жертва ничего не желала рассказывать о себе.
— П-шш!
Жан остановил запись, и мужчина застыл, подняв ногу для следующего шага.
— П-шш! П-шш! П-шш! — в каюте будто враждебно шипела испуганная кошка.
Жан пустил пойманный звук по кругу. Вперед-назад. Вперед-назад. Вперед-назад.
— Ну хоть что-то, — без оптимизма произнес он и вновь включил запись. — По крайней мере, мы знаем, что призрак…
— Призрак?
— Ну нам же надо как-то его называть, кем бы он ни был на самом деле.
— Ладно, пусть будет призрак, — согласилась Сара. — Прости, я тебя прервала. Так что нам дает этот звук?
— Ну, теперь нам известно, что его можно услышать. Если, конечно, именно он является источником шума, а не техника станции. Спэйс Нидл старая. Очень старая. Ты же видела их портал — настоящий раритет. Мало ли что на ней может шипеть. Отправлю к нам на анализ. Подкину ИИ и спецам задачку, чтобы не скучали.
— Как думаешь, почему он не побежал? Только прикрылся руками.
— Поздно заметил. Призрака и на записи едва видно. В коридоре темновато, свет мутный. Не то что в нашей каюте. — Жан театрально прищурился. — Я же говорю: старая она, станция.
— Наверное, ты прав. Останови.
Незнакомец в мундире застыл, прикрываясь руками. А напротив него замер… призрак — непонятное существо, словно отлитое из стекла, — чуть блестящее, прозрачное, как будто влажное. Оно висело в воздухе без опор — облаком, дымом. Два, может быть, два с половиной фута в длину, рыбье тело, короткие и тонкие щетки щупалец вдоль всего брюха и толстые, вытянутые, изогнутые, как у осьминога, на морде. Каких-либо глаз или клыков Сара не заметила, сколько ни всматривалась в изображение. Только щупальца, похожие на сосульки.
— Давай дальше, — попросила она.
Изображение на экране мигнуло, призрак рванулся к жертве и пролетел сквозь выставленные человеческие руки, как через голограмму — не встретив никакого сопротивления.
На этот раз Жан сам остановил запись, с интересом изучая неприятный кадр. Призрак пробил тело жертвы насквозь, вошел в грудь и вынырнул из спины, собрав щупальца на морде пучком, но не тронув мундир. Ткань осталась как новенькая. Ни прорехи, ни складки, ни… пятна.
— Не вижу никаких внешних повреждений, а ты? — спросила Сара.