Чужой Горизонт
Шрифт:
Пауза.
– Я остановлю.
– Можешь сделать так, чтобы мальчик и мы не попали под твоё воздействие?
– Да. Не сегодня. Утро. Скоро Вспышка. Старик чувствует.
– Спасибо. Мы выйдем утром. Я прошу тебя подождать нас здесь и завтра мы пойдём вместе. Ты можешь не показываться нам. Мы отдадим тебе этих плохих людей, и они покажут безопасный путь в укрытие, где находятся остальные. Я знаю, что ты не любишь болота.
– Да. Не люблю. Покажут.
– Возьми, – Хлыщ снял часы и сделал несколько шагов навстречу кондуктору. Потом еще несколько.
– Благодарю, – кукловод неторопливо двинулся навстречу, продолжая сканировать человека взглядом.
Красивая игрушка легла в грязную, заскорузлую
– Что ты знаешь про ожившие машины?
Кондуктор задержал руку. Теперь Хлыщ не отрывал взгляда от глаз мутанта.
– Боль. Зло. Страх.
– Ты знаешь, где источник?
– Не здесь. Другой мир. Старик знает путь.
– Полигон?
– Да. И дальше. Боль.
– Твоя боль?
– Моя. И братьев.
Хлыщ не отрываясь, смотрел на кондуктора.
– Как тебя зовут?
Взгляд кукловода на секунду потух, потом снова загорелся нечеловеческим, тёмным светом.
– Не помню. Идите. Братья не тронут.
Лохматый уродец развернулся и побрёл обратно к будке. Замерший солдат зашевелился, посмотрел на свои руки, сделал несколько разминающих упражнений, ухватил трупы товарищей за ноги и поволок в дверной проём вслед за хозяином.
Хлыщ достал сигарету, не глядя закурил, и через пятнадцать секунд выкинул догоревший до фильтра окурок в заросли у дороги. Поднял руку, показал большой палец. Буквально почувствовал, как выдохнули все, наблюдавшие за ним из укрытия. И только сейчас понял, что забыл разглядеть нашивку на комбинезоне кондуктора.
«Ладно, ещё встретимся», – подумал Хлыщ, обернулся и увидел Барсука.
Лёха буквально вывалился из кустов, и теперь стоял перед напарником во всей красе – окровавленный комбинезон, грязные – словно землю рыл – руки, обезумевший взгляд.
Полный комплект, так его раз эдак!
– Лёха! – Хлыщ ухватил Барсука за воротник и начал трясти товарища, насколько позволяли силы, – Лёха! Что случилось, дружище!
Барсук вытянул измазанную болотным илом клешню и промычал единственное слово: «Дай!». Хлыщ быстро снял с пояса флягу и сунул ему под нос, сталкер сделал несколько неслабых глотков – грамм на сто пятьдесят – выдохнул, занюхал рукавом.
– Лёха, что с тобой? Где Захар?
– Гикнулся Захар…, – Барсук рыгнул и шумно высморкался, – порвали собаки как тузики грелку. Здесь, километрах в трёх, – он махнул рукой куда-то за спину и сделал еще глоток, – Вчера увёл его от греха подальше из бара на соседний хутор, а сегодня с утра погнал по достопримечательностям, всё вроде спокойно было, а потом он как стаю вдалеке увидел, заорал и шмалять начал. Ну, тут вся братва хвостатая и подтянулась… Я ему: «Беги, урод, лезь на дерево!», а он все орет, да шмаляет. Ну, я по газам, он, вроде, понял, что валить надо, да поздно уже. Я четыре рожка выпустил, остался последний, машинку заклинило. Отбивался ножом от самых резвых. Захар в сторону побежал. Короче, догнали они Захара, ну и порвали… Я уже на ветках сидел. Потом собак, похоже, кондуктор увёл, хотя – откуда он здесь?
– Пошли, Лёха – Хлыщ обнял товарища, забрал один из рюкзаков и автомат, и они вместе побрели к кордону. Барсук слегка прихрамывал и морщился, похоже, ему тоже досталось от местной фауны. Когда зашли в ворота, Хлыщ на минуту отозвал Васнецова, сказал коротко:
– Лёху – в лазарет на осмотр, останки бойцов завтра заберешь, пацана спасём. Мне с Ником поговорить надо срочно.
Андрей кивнул. Хлыщ достал КПК, отбил сообщение Дяде Серёже:
«Брат, пиши Барону, что сделка завтра, скинь мне его контакт, всё будет тип-топ. Пусть только сегодня на базе сидят и не высовываются – Вспышка будет».
Затем подошёл к профессору.
– Ник, у меня есть информация. Хорошая и полезная. Пойдем, обсудим.
Глава 4. Кукольный театр
Вспышка пришла около
Хлыщ, Антонов, профессор и капитан наблюдали за Вспышкой с крыши КПП. Пропустить такое представление было нельзя, особенно если находишься вне досягаемости его губительного воздействия. Когда всё затихло, спустились вниз, пошли проведать Барсука. Все, кроме Сладкова. Ник уединился в кабинете Васнецова, чтобы немного поработать, да и не хотел он показываться Лёхе, хотя Хлыщ резонно заметил:
– Лёху сюда сама Зона привела, пусть идёт с нами.
После случая с кондуктором профессор немного успокоился относительно безопасности экспедиции, но, всё равно, к появлению новых участников, пусть и проверенных сто раз, относился с подозрением. Хотя, какой Барсук новый – гораздо раньше Хлыща в Зону пришёл, со Сладковым много раз работал, вспомнить хотя бы те же съёмки для телеканала «Наука» в компании Лёвы Садовского. С другой стороны, любой, кто мог узнать профессора, в контексте данного похода получал своего рода «чёрную метку». Васнецов не в счёт.
– Ник, за Барсука не беспокойся, – продолжал увещевать профессора Хлыщ, – Финансовый вопрос я с ним решу, а насчёт сохранности тайны, так лучше он всегда перед нашими глазами будет. Точно никому не сболтнёт и никто его не заставит расколоться. А как сталкера ты его знаешь.
Профессор колебался. Охраняющие группу солдаты Васнецова никогда его раньше в глаза не видели, плюс ко всему – после удачного сопровождения они навсегда покинут Периметр. Армсталы до последнего момента тоже не будут знать о цели данной миссии. Васнецова даже обсуждать не надо. Но Барсук…. Лёха был хорошим бойцом и преданным товарищем, но на язык бывал слабоват. Поэтому, единственный вариант – взять его с собой. В рейде поможет, да и сболтнуть некому будет. Убирать Лёху тоже никто не стал бы. Сладков имел конкретные указания от спонсоров экспедиции по поводу случайных свидетелей, но никогда не применил бы крайнюю меру по отношению к людям, которых он знал. В конце концов – он учёный, а не вершитель чужих судеб.
Барсук чувствовал себя неплохо. Местный фельдшер, сержант Авдотьин, сделал все возможное, чтобы поставить сталкера на ноги в максимально короткий срок, хотя, для того, чтобы перестать хромать и хвататься за расцарапанное бедро, Лёхе предстоял еще не один день реабилитации, причём теперь уже в походных условиях.
Рюкзак Захара Барсук благополучно вынес с поля битвы, в нём среди прочих вещей нашли мобильный телефон, в котором, понятное дело, был номер жены непуёвого «туриста». Васнецов позвонил, пять минут внимал плачу на другом конце провода, после чего услышал: «Да так ему и надо, скотине, всю жизнь лапшу на уши вешал, по бабам шастал, да пальцы загибал!». Васнецов обещал передать не съеденные собаками останки на экспертизу и выслать их на родину, а также подготовить все нужные документы, в которых будет указана горькая правда: гражданин Захар Геннадьевич Пилипчук незаконно проник на территорию Зоны Отчуждения, что повлекло его смерть при столкновении с дикими видами местной фауны. Также было решено отправить вдове часть выплаченного Захаром гонорара. На этом тема «туриста» для Хлыща с Барсуком была закрыта.